Ксения Богда – Ребенок от предателя (страница 53)

– А где тогда твоя жена?

Леша шумно вздыхает, садится в кресло и упирается подбородком в ладони.

–Я бы и сам хотел это узнать. А ещё хотел бы узнать, на сколько она оставила маленького ребенка в такой ситуации и как теперь с этим поступить?

Поднимает на меня вопросительный взгляд. Как будто я смогу принять решение за него.

– Что ты имеешь в виду?

– Я позвонил Русу и сказал про исчезновение Вероники. Он обещал передать все, куда надо. Но, – он замолкает, трет подбородок, – неизвестно, как быстро её смогут найти и что теперь делать мне?

Я параллельно занимаюсь переодеванием. Артем замолкает, когда оказывается в чистом памперсе.

– Судя по памперсу, часа три четыре, думаю, прошло. – Снова беру малыша на руки. – А теперь кушать, да? – задеваю его по крохотному носику. – Будем кушать, малыш?

И снова Леша за нами тенью.

– Нужна смесь. Ты знаешь где? – растерянно кручу головой.

– Сейчас попробую найти. Как она выглядит?

Стараюсь не засмеяться при виде непонимания на лице Леши. Да уж, Климов оказался абсолютно не готов к тому, что на него свалится забота о новорожденном.

– Обычно в банках круглых.

Кивок, и Леша принимается за поиски. Открывает все ящики, и я замечаю что-то похожее на смесь.

– Вот это, – киваю на полку.

Леша достает и вопросительно выгибает бровь.

– Ну а теперь я буду учить тебя готовить еду для маленького ребенка, – улыбаюсь, – или можешь подержать Артемку.

Протягиваю ребенка. Леша мотает головой.

– Не, я боюсь ему навредить. Я пока тебя ждал, боялся шевелиться, чтобы больно не сделать.

Качаю головой. Леша такой забавный с этой своей растерянностью. Такой беспомощный, сам как маленький ребенок.

– Они не такие хрупкие, Леш, как кажется.

– Это хорошо, конечно, но я пока воздержусь. Ты не против? Лучше приготовлю еду, да. Это безопаснее, надеюсь, будет.

Командую Лешей и слежу за каждым его действием. Леша все внимательно делает, отмеряет. Скорее всего, в данную минуту он вспоминает навыки ювелира. Периодически бросает взгляд на нас с Артемом. Я стараюсь почаще ему улыбаться и говорить, что он все верно делает. И вот, наконец-то, еда готова, и Леша вручает мне бутылочку.

Артем слегка мутноватыми глазками следит за бутылочкой.

– Ага, голодный все же, – смеюсь и даю наесться.

По мере того как малыш наедается, его глазки открываются все реже. И он все же в итоге засыпает. Аккуратно укладываю его в кроватку и выдыхаю.

– Да уж, – Леша вытаскивает меня в гостиную и усаживает на диван, сам садится на корточки напротив и внимательно смотрит мне в глаза, – спасибо тебе.

Прикусываю губу.

– За что, Леш?

Кивает на прикрытую дверь детской и усмехается.

– За помощь. Так бы он и был у меня с полным памперсом и ненакормленный, если бы ты не пришла на помощь.

– Уверена, ты бы справился со всеми проблемами, – кладу голову на его плечо и вздыхаю. – Мне надо к Кириллу возвращаться, Леш.

Леша напрягается, и это напряжение чувствуется даже под моей щекой. Прислоняется губами к моей макушке, делает глубокий вдох и переплетает наши пальцы.

– Я понимаю, конечно.

Поднимаю на него взгляд, смотря снизу, и утопаю в голубом взгляде. Леша улыбается, и от этой улыбки в уголках глаз рассыпаются морщинки. Такой родной и знакомый.

– Что ты будешь дальше делать?

Взгляд Леши меняется. Темнеет. На лицо тень набегает. Он медленно качает головой.

– Я не знаю. Утром созвонюсь с адвокатом. Но есть надежда, что Вероника одумается и вернется к ребенку. Ну должно же быть какое-то материнское чувство у неё?

И с такой надеждой смотрит на меня, что мне становится горько от такого поступка его жены. Даже после всего, что она сотворила с нами. Хотя я прекрасно понимаю, что она после такой выходки вообще не имеет права называться матерью и быть матерью этой крохи.

– Леш, – обхватываю Лешу за талию и жду, пока она посмотрит на меня.

Взгляд Леши плавно скользит от двери в детскую ко мне, и он вопросительно выгибает бровь.

– А с малышом что? – голос резко проседает, и мне приходится перейти на шепот.

Леша поджимает губы. Стискивает меня в объятиях.

– Не знаю, Ник. В голове столько вопросов, что страшно становится. Смогу ли я все разрулить?

– Сможешь, конечно. Но, – осекаюсь и перехватываю его вопросительный взгляд, – если вы оба от него откажетесь, то его же могут забрать в дом малютки.

Мне даже произносить такое страшно. Как представлю, что такой крошка попадет в тот суровый мир без родителей. И да, я прекрасно осознаю, что Леша тоже ему не родной отец. Но… но это будет жестоко по отношению к малышу.

Тяжелый вздох Леши, от которого у меня волосы разлетаются. Он прикрывает глаза. Достает телефон и кому-то набирает.

– Рус, извини, что поздно. Но тут вопрос, который что-то я никак не могу сообразить, как решить. По поводу ребенка.

Слушает ответ, я же нервно комкаю футболку Леши и, не отрываясь, смотрю ему в лицо. Леша сглатывает, его кадык дергается, и он прищуривается.

– Да, я помню, что тест сегодня только был готов. Документы на ребенка? – переспрашивает Леша с круглыми глазами.

Опускает на меня вопросительный взгляд.

– Свидетельство о рождении, – подсказываю ему шепотом.

Он дергает бровями и кивает.

– Не делал ещё ничего. Вероника тоже вряд ли озаботилась этим. Что должно быть?

Леша подвисает, а я толкаю его и вопросительно заламываю бровь. Я уже сама и не помню, что и как я с Кирюшкой оформляла. Там все как в тумане было, я помимо рождения сына переживала ещё и предательство любимого мужчины, и половина стерлась из памяти.

– Понял, поищу. Скину фотку, если найду. На кого записывать?

Леша округляет глаза и снова этот потерянный взгляд на меня.

– А как это делать, если мать пропала, а сын не мой? Как? А, то есть он все равно моим может стать? Из-за брака с Вероникой? Супер. Что? Пошел.

Отключается и ерошит волосы.

– Нужно найти какие-то выписки из роддома, и Рустам позаботится об оформлении свидетельства о рождении, но вопрос с отцовством теперь в подвешенном состоянии. Потому что если мы заявим о пропаже Вероники, то ребенок получится совсем…

– Один, – заканчиваю вместо Леши и хмурюсь. – Ты же не хочешь его в детский дом отдать, Леш?

Он в ответ сжимает сильнее зубы, и на скулах выделяются косточки.

– А найти настоящего отца если?

Леша нервно смеется. Качает головой.

– Там не все так радужно, Ник. Он женатый мужик. Жена и трое детей. Ему явно не нужен подкидыш. Ну, по крайней мере тому Вероникиному хахалю, кого я подозреваю в отцовстве.