Ксения Баштовая – Пыль дорог (страница 29)
— Наверное, вы потеряли. Увы, на него не поступало заказа, — чуть насмешливо пожал плечами дон Герад.
— Отдайте! — И тролль кинулся к Ирдесу, пытаясь вырвать колечко у него из руки.
Эльф легко ушел в сторону, но Румиел успел перехватить его за запястье и дернуть на себя. Отполированный камешек вылетел из ладони бубнового туза и упал на линии пентаграммы.
Впрочем, вряд ли драка могла продолжаться долго: подошедший сзади фавн опустил на голову троллю небольшую дубинку.
— Мог бы и пораньше прийти, — хрипло буркнул эльф, не забыв пнуть ногой лежащего на полу тролля.
Пиковый туз только ухмыльнулся:
— Не стоит благодарностей. Что за…
Его речь потонула в раздавшемся, казалось, со всех сторон оглушительном треске, а через миг, после того как треск стих, из центра пентаграммы повалили клубы белесого то ли дыма, то ли пара.
— Похоже, сейчас начнут исполняться желания господина Румиела, — мрачно констатировал Ирдес, вытаскивая меч из ножен.
— Почему не наши? — возмутился фавн, но последовал примеру эльфа.
— А ты вызывал?
Скромный библиотекарь почесал между рожками и задумчиво поинтересовался:
— И почему мне все это так не нравится?
— Я предполагаю, потому, что наверняка одним из первых желаний господина Румиела была наша смерть. Вы готовы, благородный дон?
— Всегда готов, благородный дон! Только скажите мне, благородный дон… Короче, Ирдес, ты когда-нибудь демонов убивал?
— А как же! — радостно ответил бубновый туз. — Планетных.
— Тьфу на тебя! Нашел чем хвастаться.
— Ты сам спросил. А еще я черту морду бил. — Эльф говорил спокойно и деловито. Демон? Сейчас убьет? Какая чушь, право слово. Жаль только — с Эрикой не помирился. И Рихара так и не научил толком прицеливаться. А Хэлле… Хэлле не вернул законно украденное ею колечко.
— Врешь, — восхищенно выдохнул фавн.
— Вру, — легко согласился Ирдес — Бить не бил, а пообщаться пришлось.
Как известно, стражникам вмешиваться в совершение преступления нельзя. Господа преступники должны все сделать, всех убить, трупы закопать, деньги потратить, и лишь тогда на сцену выходят доблестные блюстители закона. А то сегодня ты потерпевшему помог, а завтра основное действующее лицо заявит, что никакого правонарушения оно совершать не собиралось: так, мимо проходило. Но сейчас Фабиару было не до следования инструкциям.
— Все приходится делать самому! — мрачно буркнул стражник и, протолкнувшись к пентаклю мимо замерших тузов, не глядя, сорвал с запястья браслет и, пробормотав пару слов, бросил связку поганок прямо в проступающий туман.
Туман на мгновение замер подобно странному вопросительному знаку, потом из его центра раздалось невнятное бульканье, и дым поспешно всосался обратно в землю.
Фавн и эльф задумчиво переглянулись. Честно говоря, ни один, ни другой не знали, что же делать дальше. В самом деле, только приготовились помирать, а тут такое. Положение спас Ирдес:
— Господин стражник, какая встреча!
Фабиар, мрачно размышлявший, сколько времени ему понадобится, чтобы собрать новый браслет, только вздохнул:
— Взаимно, господин торговец. И что вы только здесь делаете?
— Да вот, иголки продаю, — хмыкнул глава гильдии воров. — Пара-тройка не нужна?
Предложенный товар, конечно, мог бы пригодиться тренти, но он очень сомневался, что «господин торговец» вообще знает, что это такое и с чем его едят. А потому вместо ответа на, казалось бы, невинный вопрос стражник огляделся по сторонам и задумчиво протянул:
— Итак, что мы тут имеем? А имеем мы тут попытку незаконного вызова демона, пресеченную добропорядочными… э-э… благородными донами. — Насмешку в голосе стражника, прекрасно знавшего, из чьих уст может звучать подобное Обращение, господа «добропорядочные благородные доны» постарались не заметить. — Что ж, остается только арестовать преступника…
Бубновый туз не дал ему договорить.
— Господин стражник, — сладко улыбнулся он, — я надеюсь, вы понимаете, что господин вызывающий находится под сильным впечатлением. Он так надеялся на появление демона, но благодаря нашей беспримерной храбрости у него ничего не вышло. — Фавн за спиной у Ирдеса поперхнулся смешком. Поперхнулся именно потому, что Ирдес, не оборачиваясь, двинул его локтем. — И сейчас он может попытаться наговорить на нас — нести всякую ерунду, приписывать двум верноподданным Его Величества совершение невесть каких преступлений.
— Я все понимаю, господин торговец, — хмыкнул тренти. — А также я понимаю, что к смерти родственника господина вызывающего вы не имеете никакого отношения?
— Абсолютно! — в один голос заверили Кроссарта его собеседники.
Фабиар только вздохнул. Подхватив и с трудом удерживая тяжеленное тело бесчувственного тролля, он направился к выходу.
— Мальчик далеко пойдет, — чуть слышно бормотнул фавн.
— Главное, чтоб в противоположную от нас сторону! — не остался в долгу эльф.
Тренти сделал вид, что ничего не услышал.
Сдав злобного и ужасного нарушителя на руки дежурному по городу, Фабиар решил, что до рассвета всего ничего, и вернуться домой, выспаться и вновь прийти на работу он попросту не успеет, а потому заглянул в свой родной кабинет. Собирание нового браслета столь уморило юного стражника, что он так и заснул — в обнимку с горстью поганок, иголкой и суровой нитью.
— Кроссарт, мать твоя горгулья, что это значит? — Грозный рык начальства застал Фабиара в тот момент, когда он еще видел сны.
Стражник выронил толстую оркскую иголку, подскочил на месте и, отсалютовав, бойко начал:
— Докладываю! За сегодняшнюю ночь было окончательно выяснено, что дело по убийству архивариуса Румиела может быть передано в архив за отсутствием события преступления. Господин Дэмитриас Румиел, неоднократно обращавшийся в городскую стражу с требованиями найти убийцу его отца, в настоящее время задержан в связи с попыткой незаконного вызова демона, и в ближайшее время в отношении него будет возбуждено уголовное дело в соответствии с требованиями статьи сто сороковой Уголовно-процессуального Уложения Гьертской импе…
— Издеваешься ты надо мной, что ли? — взревел боггарт, яростно тыча пальцем в обложку дела. — Это что такое?!
Фабиар осторожно скосил глаза вслед за указующим перстом О'Кадогана, разглядел свое ночное художество и мысленно застонал, представляя, как он будет объяснять начальству свои экзерсисы.
Впрочем, господин стражник был не единственный, кто встретил это утро не в самом радужном настроении. Рассвет застал бубнового туза на пороге небольшого дома в Ольховом переулке. Ирдес не собирался ни стучать в дверь, ни пытаться вскрыть ее — он просто ждал. А так как ждать пришлось долго, то сейчас эльф сидел на ступенях, прислонившись щекой к дверной створке, и сладко спал.
Солнце осветило улочку, пустило солнечных зайчиков по дороге. Мимо прошла, чудом не задев спящего Ирдеса, молодая, крепко сложенная тролльчанка, гоблинша-цветочница перебежала через дорогу с полной корзиной начинающих распускаться зангедских фиалок, фавн в военной форме промаршировал, чеканя шаг. А эльф все спал.
Дверь открылась неожиданно, от души толкнув бубнового туза и выпустив на улицу двух детишек. Некоторое время они стояли, оглядываясь по сторонам, а потом повисли на не до конца проснувшемся Ирдесе, радостно вереща:
— Папа! Папа пришел!
Но если чада были счастливы видеть отца, то найти общий язык с их матерью оказалось сложнее. А точнее, вообще невозможно. Эрика Герад, выглянувшая на улицу вслед за детьми, наотрез отказалась общаться с Ирдесом и, затащив Хэлле и Рихара в дом, попросту захлопнула дверь.
Бубновый туз уныло пнул ногою захлопнувшуюся створку и, развернувшись, направился прочь. Надо было что-то делать.
Трефовому тузу перстень отдал Тишт, свой гильдейский знак Ирдес попросту сдал в переплавку, раздавив камень-вставку сапогом — ювелир Ормениел пообещал к вечеру сделать копию, а вот возвращать кольцо в Червовую гильдию эльфу пришлось самому.
В особняк, принадлежащий червам, глава гильдии воров заходил с некоторой опаской. Каково же было его удивление, когда на невинную просьбу проводить его к донне Корсолиани юная черва внезапно уставилась на него так, словно на месте эльфа вдруг появился огнедышащий демон, сглотнула комок, застрявший в горле, и ткнула пальцем в сторону неприметной, настежь распахнутой дверки.
Следующее потрясение ждало бубнового туза в комнате: в мягком глубоком кресле сидела, вольготно откинувшись на спинку… Илейшериа Эштас.
Светлая эльфийка даже не попыталась встать при виде бубнового туза. Лишь улыбнулась и сладко протянула:
— Доброе утро, благородный дон.
— Доброе утро… — Внезапно до эльфа дошло, как к нему обратились. — Благородная донна?
— Я тоже рада видеть вас, благородный дон, — промурлыкала эльфийка, отбрасывая с высокого лба прядь волос — Что привело вас сюда?
— Простите, благородная донна, но мне показалось, что еще вчера я разговаривал с другой главой гильдии? — Ирдесу очень хотелось сказать ей какую-нибудь гадость. И, судя по тому, как омрачилось чело донны Эштас, это ему удалось.
С ее лица пропал всякий намек на улыбку:
— Донна Корсолиани приняла решение, что она слишком стара для подобной работы, и предложила этот пост мне.
— Добровольно? — невинно поинтересовался эльф.
— Абсолютно, — не менее честно ответила эльфийка. Ирдес помолчал и медленно начал: