Ксения Баштовая – И дорога к себе так длинна (страница 34)

В руках у него оказалась небольшая, размером с пол-ладони, пластинка. В верхней ее части виднелся крохотный экранчик, покрытый сетью мелких трещин. Чуть ниже неизвестный мастер расположил несколько кнопок. Парень понажимал на кнопки, но, увы, ничего не произошло.

Элиаш вздохнул и, машинально засунув пластинку в нагрудный карман, повернулся к дриаде:

— Идем?

— Куда?

Честно говоря, за сегодняшний день этот вопрос уже поднадоел эльфу. Впрочем, как и вопрос «зачем?».

— Наверх! — сердито ответил он.

— А поесть?

Эльф закрыл глаза и начал медленно считать до десяти. Досчитал, открыл:

— Наверху поедим. Во-первых, я здесь ничего съестного не вижу. А во-вторых, если даже мы что-то и найдем, неизвестно, съедобно оно или нет.

Как ни странно, на этот раз девушка согласилась:

— Убедил. Где будем выход искать?

— Наверное, там же где и вход, — пожал плечами Элиаш. — У самого купола. Пошли.

Небольшое туманное облачко, напоминающее марево, обнаруженное возле лестницы, первой заметила Летисия. Уверенно направилась к нему, оглянулась на эльфа:

— Точно идем?

— Точно.

И, не дожидаясь новых возражений, юноша шагнул вперед.

Выход действительно очень походил на вход. Такая же расположенная вертикально труба, такая же лестница, те же огоньки-светлячки.

На этот раз Летти полезла первой. Только Мяу себе на плечо посадила.

Доползла до самого верха, с трудом сдвинула крышку, выглянула наружу, как-то резко дернулась вниз, а вслед за этим пробкой выскочила на поверхность. Так ничего толком и не понявший эльф полез за ней.

Первое, что увидел Элиаш, выглянув наружу, были ботинки. Тяжелые, на толстой шипованной подошве. Подняв взор повыше, разглядел брюки… рубашку… и татуировку — змеиный хвост, выглядывающий из-под короткого рукава.

Уже на поверхности, заметив Летисию, которую крепко удерживали за локти парочка кынсов, Элиаш попытался договориться:

— Я, конечно, все понимаю, но, может, вы нас пропустите? Спокойно разойдемся, вы двинетесь своей дорогой, а мы своей?

Переговорщик из него был посредственный. Иначе как объяснить, что на такое, казалось бы, вполне нормальное предложение главарь кынсов (вроде тот самый, что до этого общался с ними и Матеем) ощерился, как дикий зверь, но ничего при этом не сказал. Все, что досталось Элиашу, это чувствительный удар в спину. Юноша дернулся, обернулся.

— Иди давай! — рявкнул один из кынсов, махнув рукой в сторону ближайшей палатки.

— Какое милое приглашение! — не удержался от издевки эльф. Возможно, он ляпнул бы что-нибудь еще, но его остановило испуганное выражение лица дриады. Юноша скривился и кивнул: — Тьма с вами, ведите.

Удивительно, но и на этот раз и эльфа, и дриаду поместили в одну палатку. Хотя теперь в отведенном пленникам шатре не было ни подушек, ни жаровни. Да и сама палатка стояла просто на голой земле. Поднос с пустыми пиалами, правда, был.

Упал разрисованный драконами полог, путешественники отвернулись от выхода, и Летисия охнула, зажав рот рукой: на полу у дальней стены сидел, спрятав лицо в ладонях, обнаженный до пояса мужчина. Брюки были перепачканы грязью, белесые волосы спутались неопрятной гривой, на коже проступили бледные линии татуировки, изображавшей змею. На одной руке виднелся хвост, на другой — голова пресмыкающегося.

Услышав шаги, парень вскинул голову, и Летисия ойкнула, узнав Матея.

Взгляд юноши был абсолютно пустым. Вудаш смотрел на путешественников, но, казалось, не видел их.

— Матей, что с тобой?! — рванулась к нему перепуганная дриада. Упала перед ним на колени, заглянула в глаза: — Как ты?

Водяной даже не заметил, что к нему кто-то подошел. Лишь бледные линии татуировки на руке на мгновение потемнели.

Мяу, до этого момента сидевший на плече у Летти, недовольно курлыкнул и сполз на землю.

— Матей! — На этот раз девушка подергала вудаша за руку. — Да очнись же ты!

Никакой реакции. Даже легкое похлопывание по щекам не возымело действия.

— Элиаш, да сделай же ты что-нибудь! — В глазах Летти застыл страх.

Кынсы даже не попытались обыскать путешественников. Элиаш снял с пояса флягу с водой, отлил немного жидкости в пустую пиалку, а потом плеснул ее содержимое в лицо вудашу, надеясь, что это хоть как-то поможет.

На мгновение взгляд Матея стал чуть более осмысленным. Парень поднял руку, провел кончиками пальцев по мокрой щеке, потрясенно уставился на влажную ладонь.

— Вода? — Голос его звучал как-то хрипло. — Воды! — На этот раз послышались приказные нотки.

Летисия и Элиаш переглянулись, эльф пожал плечами и, отлив еще немного воды в пиалу, протянул вудашу, думая, что тот хочет пить.

Не тут-то было. Юноша, по-прежнему глядя куда-то мимо путешественников, сложил ладони ковшиком:

— Лей!

Эльф молча подчинился приказу.

Вопреки всем законам природы, драгоценная жидкость даже не думала просачиваться сквозь пальцы. Она попросту впиталась в кожу.

Татуировка стала практически не видна.

А Матей мотнул головой и ошарашено уставился на Летти с Элиашем:

— Вы? Как вы здесь оказались? Вы же ушли из Истока!

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

1) Человеку нельзя причинять вред.

2) Эльфы, гномы, тролли, вудаши, дриады, кельпи и прочие — не люди.

3) Пункт первый не распространяется на эльфов, гномов, троллей, вудашей, дриад, кельпи и прочих.

Ближе к вечеру, когда пленников, всех троих, вывели из шатра, Элиаш наконец получил возможность рассмотреть лагерь — благо сейчас путешественников вывели за пределы бивуака. К удивлению эльфа, выяснилось, что становище кынсов расположилось на самом краю огромной поляны. Самое странное было то, что татуированные словно и не замечали, что вокруг было много свободного места: палатки теснились одна к одной, а переходя лесную проплешину, кынсы жались к самой границе.

Матею, едва он покинул палатку, вновь стало плохо. Кынсы предложили оставить его в палатке, но эльф и дриада упрямо потащили приятеля с собой. У вудаша заплетались ноги, он спотыкался на каждом шагу, Элиашу постоянно приходилось его поддерживать. А кынсы этого словно и не замечали. Двое шли впереди: показывали дорогу. Еще трое — сзади: подталкивали, если пленники начинали отставать.

Выведя путешественников за пределы лагеря, конвоиры остановились, осмотрелись, словно ожидая чего-то. Первые несколько мгновений ничего не происходило, и оглядеться вокруг теперь смогла и Летисия. Тем более что уже смеркалось и толком понять, что и где расположено, было очень трудно. Как странники умудрялись не врезаться ни в одно дерево, одной Тьме известно.

Девушка, бережно поддерживая вудаша с одной стороны, удивленно прищурилась, увидев между двумя внешне ничем не примечательными деревьями невесть как попавшую сюда дверь.

— Что за бред? — озадаченно пробормотала дриада. При этом она не обратила внимания на то, что выпустила Матея и теперь его поддерживал только эльф.

Дверь мигнула и пропала.

Парень покосился на дриаду, но промолчал.

Летисия пораженно хмыкнула, наконец вспомнила, что она не одна, подхватила вудаша… и дверь проявилась вновь. Естественно, девушка не придумала ничего умнее, кроме как потянуть водяного вслед за собой к этой двери. А вместе с ним и эльфа.

Впрочем, далеко им уйти не дали. Словно выросший из-под земли кынс преградил дорогу. Пришлось остановиться.

Сумерки сгущались, за спинами путешественников, в лагере, один за другим разгорались костры. Тихий шелест женского платья первым услышал именно Элиаш, хотя бы потому, что Матею было не до чего, Мяу сладко зевал, забравшись на плечо дриаде, а сама дриада пыталась разглядеть, что же это за дверь виднеется. Оборачиваться, чтобы посмотреть, кто там приближается, эльфу как-то не захотелось.

Вдобавок у него противно зачесалось запястье, но, к сожалению, даже чтобы просто потереть руку, пришлось бы выпустить сползающего в обморок вудаша. Приходилось терпеть. И это было обиднее всего.

Одна минута прошла, вторая…

Элиаш решился было обернуться (благо местные жители пока не стремились пообщаться да вставить какую-то дрянь в затылок), когда что-то изменилось.

Юноша замер, не обращая внимания на то, что дриада опять потянула его с Матеем куда-то в сторону, и прислушался к собственным ощущениям. Что-то было не так. Что-то было по-другому.

Или показалось?