Ксен Крас – Звериное начало. Том 1 (страница 71)

Когда Рэйара обрела способность открыть глаза и посмотреть вокруг, то обнаружила себя стоящей посреди полянки у постоялого двора. Блеклое свечение вокруг нее понемногу исчезало. Скорее всего, женщина смогла бы убедить себя, что оно и вовсе ей почудилось, если бы она не видела того же вокруг трех ее братьев, стоящих рядом с ней.

Рэ сдавлено вскрикнула, помня, во что превратилась ее семья, закрыла руками глаза, потерла их и вновь открыла. На поляне молча, словно погруженные в сон, стояли Фэйэн, Наэм и Алорэ, живые, здоровые, невредимые. На их одеяниях не виднелось ни следа грязи и крови, кроме тех пятен, что имелись после спуска с баржи. Ни одной, даже маленькой, дырки в плащах, ни лишней пылинки, как будто они всего несколькими минутами ранее не сражались с Эйэ.

– Ал, – полукровка двинулась в сторону брата. Она потянулась к нему, хотела взять за руку или обнять, но наткнулась на преграду. Сияние не пускало полукровку к лекарю, оно же не пустило и к остальным.

– Не трогай, – почти у самого уха прозвучал незнакомый голос, – Они скоро проснутся.

Перевертыш в мгновение развернулась и отскочила к спящим свэтам, намереваясь в этот раз защитить их, чего бы ей это ни стоило.

Двое существ, которые более всего напоминали тот же древний народ, к которому принадлежали братья, неподвижно стояли у постоялого двора. Мужчина и женщина, очень похожие друг на друга, высокие и уставшие, в абсолютно одинаковых одеяниях, смотрели на Рэйару.

– Кто вы такие? Что вам нужно? Что с моими братьями? Зачем вы это сделали? Они живы?

– Много вопросов ты задаешь, – мягким голосом произнесла женщина, она сразу же показалась теплой и олицетворяющей уют. Против воли Рэ выпрямилась и почувствовала умиротворение.

– Она напугана. Многое успела пережить и имеет право знать, – мужской голос, звонкий, пронзающий воздух, как и его обладатель, был освежающим и вдохновлял.

– Что все это значит? Отпустите моих братьев! Немедленно! – неуверенно прорычала перевертыш, – Или пожалеете!

– Мы никого из вас не звали, – возразила женщина, – Вы пришли сами, по своей воле переступили порог. Вы пришли в наш дом по поручению вашего главаря, но не по принуждению. Мы давно удалились от мирской жизни, спрятались в небольшом городке, до которого можно добраться лишь через горы и труднопроходимые леса или по реке. Мы скрылись за забором в «Тонущей барже». Попасть к нам случайно больше шансов у рыбохвостов и хвостоногих, чем у свэтов.

– Вы сделали остановку именно здесь. Вы шли потому, что знали, чего искали, – звонко почти что пропел мужчина, – И вы нашли нас. Не случайно, а специально.

– Мы сейчас же уйдем, – обрывки картины в голове никак не складывались в единое целое. Мертвые братья перемешались с живыми, Эйэ – с незнакомцами, а разум не желал помогать и давать хоть какую-то подсказку, – Отпустите моих братьев!

– Вскоре они будут свободны, как и ты. Мы давние друзья Эйэ и всегда поможем его приятелям, – женщина едва улыбнулась. Рэйаре захотелось поверить во все, что она скажет. Полукровка заулыбалась в ответ, не контролируя тело, – Но мы не можем пропустить вас, не зная, чего ожидать. Мы почувствовали в вас тьму, вас отметили отрекшиеся, а они – наши злейшие враги. Мы должны были отправить вас на испытание, благодаря которому многое встанет на свои места.

– Небольшое испытание, – прозвенел мужчина, – Безвредное. Мы не желали никому вреда.

– Все то, что я видела… Это все было… не по-настоящему? И Эйэ, и смерти Наэма, Фэйэна, Алорэ… Таэля? Таэль тоже жив?

– Мы не можем ничего сказать про Таэля, – ответил мужчина, – Его нет здесь. Мы не знаем его и не видим его, мы не можем сказать, жив он или мертв. Мы не приучены лгать о жизни и смерти.

– Но то, что я видела?.. Все эти разговоры, все что было внутри постоялого двора это неправда?

– Да, – согласился мужчина, в чьей родне отчетливо прослеживались свэты, – Иллюзия.

– За что вы так со мной? – обиженно воскликнула перевертыш. Пережить предательство и смерть стаи, не успеть полностью переварить это и тут же узнать, что увиденное – лишь обман, было для нее слишком.

– Мы почти не вмешивались, – протянула женщина, – большую часть всего дорисовало твое воображение. Твои страхи, твои опасения, твои знания о братьях и, напротив, то, что ты не знаешь – все это повлияло на сон, который ты видела. Ты создала его, а мы лишь немного помогли.

– Мы должны были понять, как глубоко в тебе засела тьма отрекшихся. Мы должны были узнать, какие страхи преследуют тебя, как ты будешь поступать, как быстро ты поймешь, что что-то не так, легко ли тебе делать выбор и можешь ли ты отвечать за него, за себя, за других… Это было твое испытание. Ничего большее, но и не меньше.

– А мои братья? А Эйэ и Таэль? Они здесь?

– Эйэ и Таэль не приходили к нам, – ответил мужчина. Он не был красив, совсем не должен был понравиться Рэйаре, однако, она не могла оторвать от него взгляда, – Каждый из присутствующих здесь твоих братьев проходит свое собственное испытание. Мы не можем предсказать, когда оно завершится, и не станем вмешиваться более – все, что требовалось, мы уже сделали. Теперь остается только ждать.

На некоторое время перевертыш замолчала.

Странная парочка и пугала, и завораживала. Рэ не поняла, были ли они мужем и женой, или братом и сестрой, или, быть может, матерью и сыном, или имели иные родственные или не очень связи. На самом деле, это не имело значения.

Женщине немного полегчало, когда она поняла, что Эйэ никого не предавал и не убивал, когда она увидела своих спутников живых и здоровых, пусть и спящих. Да, сейчас они, скорее всего, переживали нечто схожее с тем, что пережила Рэйара, и все же это было намного лучше, чем смерть. Намного лучше, чем ее одиночество.

Осознание, что семья не потеряна навсегда, что каждый жив и здоров, делало тело легким. Рука, сдавливающая горло, исчезла, слезы перестали катиться по щекам.

Когда душа закончила разрываться на куски, а сердце биться от страха в несколько раз быстрее, когда полукровка смогла отдышаться и собраться с мыслями, у нее появились новые вопросы.

– А я прошла испытание? – поинтересовалась Рэ. Она ожидала услышать положительный ответ и даже похвалу.

– Нет, – мягко и тихо произнесла женщина, – Ты не сделала ничего, чтобы спасти свою семью. Ты не сделала выбора и потеряла всех. Ты не уверена в своих чувствах и никому не предана.

Перевертыш замерла и с ужасом смотрела на незнакомку, которая обвиняла ее. Женщина-свэт не обратила внимания на взгляд и продолжала обычным будничным тоном, будто, ничего страшного и не происходило, словно она вовсе не осыпает Рэ обвинениями.

– Ты довольно быстро поняла, что что-то не так, быстрее, чем мы ожидали. Однако, недостаточно уверенно убеждала братьев. Еще больше времени ты потеряла, пока думала, нужно ли тебе что-то делать, и не пора ли спасать семью. Ты не знала, на чью сторону перейти. Не смогла принять окончательный выбор даже когда убедилась, что Эйэ в самом деле опасен. Ты провозилась непростительно долго для силы и скорости, которыми ты обладаешь, никому не помогла. Ты позволила уничтожить свою жизнь и жизни всех твоих близких.

– Моя сестра слишком строга, – вмешался мужчина. Он улыбнулся Рэйаре, и полукровка почувствовала трепет. Она хотела обидеться, оскорбиться, начать кричать и возмущаться, обвинить незнакомцев в ответ, но, глядя на приветливое лицо, сама глупо заулыбалась в ответ, – Ты перенесла испытание весьма достойно. У тебя интересные страхи, обычные, но такие, на которые сложно повлиять. Тот, кто попробует надавить на них, может не сломать тебя, а сделать сильнее, вынудив действовать жестче. Твоя стая растет и уничтожить ее одним махом мало кому под силу, убив же часть, враг может обречь себя на месть.

Мужчина говорил куда более приятные вещи, чем женщина. Рэйаре больше нравилось слушать его, она закивала в ответ.

– Твой выбор очередности, – продолжил мужчина, – показал нам, к кому ты испытываешь наибольшую привязанность, и с кем в союзе ты чувствуешь себя защищенной. Ты горевала о каждой смерти, а это – демонстрация доброй души и чистых помыслов.

– При этом ты в глубине души подозреваешь о симпатии или, даже, скорее о любви, одного из твоих братьев к тебе. Ты попыталась спасти его намного раньше волшебника, который куда сильнее. Значит, хотела оставить того, кто тебя любит в живых, потому что это удобнее. Он умер первым из трех, а значит, ты можешь принять его жертву и примешь ее скорее, чем остальные. Это показывает тебя не с лучшей стороны, ты эгоистична и желаешь обеспечить себе комфортные условия, чего бы это ни стоило. Ты готова пожертвовать тем, кто безгранично доверяет тебе для спасения тех, в ком больше нуждаешься.

Рэйара опустила взгляд, а когда вновь подняла голову, то смотрела на женщину с яростью. Незнакомка между тем совершенно не пугалась взгляда перевертыша и, наверное, не думала, к чему ее могут привести обвинения, и продолжала.

– Таэль и вовсе не присутствовал в твоем сне. Ты избавилась от него раньше, чтобы не мозолил глаза, так как не можешь понять, как же на само деле к нему относишься. Ты не испытываешь к нему ненависти. Ты привыкла к нему, но твои братья смеются над ним, и ты смеешься вместе с ним. Хочешь быть одной из них, а может, не желаешь иметь собственного мнения, чтобы не страдать выбором. Эйэ, к которому ты не безразлична, может вытворять почти все, что захочет и ты не станешь пресекать это, пока он не пересечет некоторую грань. Однако, ты и в этом не уверена. К тому же ты не знаешь, в чем эта грань заключается. Ты можешь предположить, что он не лучший представитель своего народа и Общины, ты готова увидеть в нем предателя и жестокого тирана, но это не будет иметь для тебя значения, если он предложит тебе перейти на его сторону. Хуже всего, что и в этом случае ты не сможешь понять, что тебе нужно. Ты нерешительна.