Ксен Крас – Бремя раздора (страница 28)

– Именно для этого я и позвал тебя. Цом освободит нескольких человек из культистов и поможет им сбежать из-под твоего носа.

– Любопытно. Вы желаете помочь сбежать преступникам и убийцам?

– Я слышу твое неодобрение и понимаю его. Но ради того, чтобы достичь конечной цели… Да, я пойду на это. Нам так и не удалось поймать хотя бы одного из верхушки. Среди людей, что уже казнены, и тех, что ожидают своей участи, нет главарей. Ты и другие палачи работают без устали, однако результата нет. Кайрус, я ничуть не преуменьшаю твоих заслуг, мне бесконечно приятно, что ты мой верный подданный, и я жалею, что не выказываю тебе одобрения и похвал в должной мере. Но пытки не помогают нам избавиться от врагов. И, боюсь, только их будет недостаточно. Эти крысы прячутся по углам, сидят в своих норах, которые мы не можем отыскать, а на улицы выгоняют портить всем жизнь лишь пешек.

– Я не желаю похвалы. Мне достаточно того, что я достойно справляюсь со своей работой, и того, что ко мне у вас не имеется нареканий.

– Ты превосходно выполняешь свою работу, а твоя верность радует меня каждый день. Я жалею, что законы запрещают мне сделать тебя своим советником.

– Ваше Высочество, – Кайрус улыбнулся, – палач среди советников наводил бы страх на весь Ферстленд и на Его Величество Аурона.

– Не в таком уж и трепетном возрасте нынче молодой король, чтобы бояться тебя среди советников.

– Мне нравится мое место, Ваше Высочество, мне интересно мое дело. Мой отец служил Его Величеству Гийеру Старскаю, отец моего отца служил Его Величеству Фалину Старскаю. Мое призвание – выполнять то, чему я обучен, а не раздавать советы. Но ваше предложение – высшая похвала для меня. Кого должен освободить Цом?

– Я хотел бы выслушать твои предложения. Желательно, чтобы эти люди содержались недалеко друг от друга. И были более ценными, чем молодняк, который используют разве что как гонцов и дебоширов.

– В таком случае я могу предложить освободить Тимаю. Эта женщина не боится пыток, на ее теле я обнаружил множество старых шрамов и подозреваю, что она уже имела дела либо с палачами, либо с худшими из людей Ферстленда. Она достаточно умна, преданна и знает немало своих союзников. Вы читали мой отчет?

– Да-да, припоминаю. Что ж, я не считаю необходимым истязать женщин – зачастую они лишь идут по пятам за своими избранниками или детьми, и обвинять их можно разве что в глупости и слабовольности. Пусть будет Тимая. Еще одного или двоих подбери и сообщи сиру Торджу, он заглянет к тебе через два дня. Не думаю, что отвлекать тебя и вечно вызывать в Малый зал правильно.

– Для меня это не затруднительно, Ваше Высочество. Но вы правы – лишние поводы для слухов в преддверии задуманного ни к чему.

– Цом, ты напуган и потому молчишь?

– Немного, мьелорд. – Юноша поднял голову и глядел на лорда Фореста со страхом. – Встреча с палачом – плохая примета, мьелорд.

– Встретить палача в своей камере – это плохая примета. Но не в Малом зале. Не бойся, Цом, но, если ты передумал, я пойму.

– Нет-нет! Нет, мьелорд! Я хочу помочь. Я все сделаю.

– Я рад, что могу положиться на тебя, Цом. А теперь нам стоит обговорить детали. Кайрус, поведай Цому, какие выходы есть из тюрьмы.

Королевский палач покинул замок не менее чем через четыре часа. С Цомом же лорд продолжал вести беседу и в другие дни. Юношу надо было подготовить, успокоить, и, чтобы Цом не уставал, регент предложил ему отдохнуть от дел. Слуга отказался и продолжил обеспечивать быт лорда Фореста.

Когда уже все было готово и оставалось дождаться подходящего времени, Клейсу пришло письмо – племянница Фейг приглашала его на свою свадьбу с лордом Вихтом Вайткроу. Лорд Форест любил свою юную родственницу не меньше, чем остальную семью, а может, и больше – дочь Райана напоминала Аалию – и с удовольствием бы отправился на праздник, однако в данной ситуации он не мог покидать столицу. Слишком многое от него зависело.

Написать вежливый и тактичный отказ для будущей леди Вайткроу Клейс пытался несколько раз, каждый из которых получался хуже предыдущего. В конечном итоге, намучавшись, мужчина составил текст для Фейг без всех требуемых формальностей и честно объяснил ситуацию, избегая упоминания слуги, палача и культистов и попросив не посвящать отца и дядю в причины отсутствия регента.

Клейс испытывал горечь от того, что уже второй раз не видит, как ребенок, которого он качал на руках в своей юности, заключает союз и, в отличие от всей родни, именно с тем, с кем желает. Не успел он отойти от этого, как грянула очередная новость. К войне между Флеймами и Глейгримами, кроме Бладсвордов, возжелал присоединиться еще один род, теперь уже к другой стороне.

Сир Тордж явился по первому же слову лорда Фореста, с рассветом. Он оделся так, словно был готов выдвигаться в поход прямо сейчас. Его оружие и шлем блестели, сапоги были начищены, а во внутреннем дворике, Клейс мог бы дать руку на отсечение, стоял конь с набитыми седельными сумками.

Лишь только непричесанные волосы да помятое лицо выдавали, что рыцаря разбудили и тому пришлось очень спешить.

– Что творится с Ферстлендом, Тордж?! Что?

Регент метался по Малому залу, он злился и выплескивал эмоции уже не менее получаса, но так и не успел остыть.

– Ваше Высочество… Милорд! – Тордж схватил регента за руку, после того как тот ударил кулаком по столу. – Клейс, успокойся. Приди в себя и объясни, что случилось.

– Северяне! Холдбисты возжелали присоединиться к войне. Мне доложили, что они отправили Глейгримам одно войско в помощь, несколько дней назад. И они не собираются останавливаться на этом! И о чем только думает Рогор Холдбист? Совсем недавно он… Болван! Ты понимаешь, что это значит? Четыре Династии из девяти уже вступили в противостояние. Дримленсы без правителя, Аурон еще мал, а значит, уже более половины земель сражаются незнамо из-за чего!

– Я понимаю, Клейс. Но сейчас не время лишаться ума, крушить мебель и калечить себя. Ты должен успокоиться. Может, следует позвать за лекарями и их настоями?

– Мне не нужны сейчас никакие настои и отвары. Мне давно надо было вздернуть Флеймов и Глейгримов и тем самым объяснить всем, что произойдет, если подобное повторится!

– Сядь. Прошу тебя, сядь, и мы решим, что делать дальше.

Сиру Торджу пришлось нелегко, но он сумел усадить регента и сел напротив.

Клейс барабанил пальцами по столу. Он нервничал и ничуть не скрывал этого. Мирная жизнь, что была при Гийере Справедливом Старскае, уважаемом и всеми любимом короле, вмиг закончилась вместе со смертью правителя. Лорд Форест и не подозревал, какие проблемы могут свалиться на его голову, и на каждую беду, на которую он находил управу, приходилось две новые.

– Я устал. Я не могу достучаться до этих дуболобых лордов и леди, до народа и культистов. Никто не хочет понимать язык слов, они не желают принимать мои просьбы за необходимость к действию, мои приказы им не интересны. Я отозвал всех рыцарей, лорды остались почти без командующих и опытных воинов, но это не остановило войну. Я отправлял глашатаев, что предупреждали лордов о потерях, что они понесут, присоединившись к противостоянию. Они все понимают, Тордж, что тем самым идут против меня.

– Полагаю, что понимают. Но, боюсь, лорды не относятся к твоим словам с должным… уважением.

– Ты хотел сказать «с должным страхом», верно? О да, никто не хочет воспринимать молодого регента всерьез. Кто я для них? Четвертый ребенок, третий сын лорда Мертора Фореста, который занял место наставника и советника юного короля лишь из-за дружбы с Гийером? Я глупец, что сидит в Санфелле, трясет перед их лицами кулаком и ничего более не может?

– Я не думаю, что лорды не воспринимают всерьез регента, Клейс. Сейчас у всех есть свои ссоры, свои взаимоотношения, и они хотят поставить в них точку. Быть может, не все воребы долетели до замков…

– Мои послания были отправлены в каждый замок, каждому лорду, даже тем, у кого из поданных два десятка человек да три овцы! Мои послания отправились к лордам всех Великих Династий, даже к Райану, хоть мы и поддерживаем непрерывную связь и он узнает о моих решениях одним из первых. Нет, Тордж, знатные правители посчитали, что я не могу никак навредить им!

– И ты намерен это теперь исправить? Продемонстрировать свою силу?

– Не зря тебя прозвали Проницательным, друг. Именно это я и собираюсь сделать. Время для пустых слов прошло. Они не хотели слушать меня и делать так, как положено, теперь я объясню им по-другому.

– Позволь поинтересоваться, как именно?

– Указ. Теперь любой, кто вступит в это противостояние, несмотря на его принадлежность к какому-либо роду, даже если это единственный представитель Великой Династии, будет признан виновным в измене короне и над ним совершится правосудие. Разумеется, я отзову рыцарей у Холдбистов. И Холдбисты, и Бладсворды на ближайшие пять лет лишаются привилегии обучать детей у рыцарей, участвовать в турнирах и получать советников Его Величества при необходимости. Любой лорд, что возжелает оказать какую-либо помощь участвующим в войне лордам, также лишится рыцарей и всех лекарей, Гроссмейстеров и других мудрецов, что были присланы им в помощь от имени короны. Если Холдбисты и Бладсворды не отступят, я отправлю свое войско и закончу эту войну раз и навсегда.