Ксана М. – Твой дым (страница 62)

— Да, Владимир, ― развернулся в его сторону, складывая руки на столе, ― что―то случилось?

— Мисс Дэвис попросила меня приехать, и я хотел бы узнать, могу ли… ― он указал рукой на дверь, похоже даже не замечая, как я при этом вжался в кресло.

— Зачем она попросила тебя приехать? ― спросил, пытаясь контролировать свой голос. Потому что в этот самый момент мне захотелось сильно заорать.

— Помочь перевести вещи, ― на выдохе ответил он так, словно рассказал что―то, от чего с его плеч свалился огромный камень. ― Она сказала, что все проблемы уже решились, и она хочет вернуться домой. Ну, в Гарлем.

Какого хрена она заявила об этом не мне, а Владимиру?!

Какого хрена вообще приняла такое решение?!

— Сэр, она сказала, что Вы всё знаете.

Твою мать! Если бы я знал, то не сидел бы сейчас здесь! Из всей той переписки, что между нами произошла, Эбби заикнулась лишь про деньги ― что, кстати говоря, тоже поиграло на струнах моей Бешеной Арфы, ― но ни единым словом не обмолвилась о том, что собирается съехать!! И как мне, черт подери, это понимать?!

Почувствовал, как Зверь зарычал.

Глаза налились гневом, пальцы непроизвольно сжались в кулаки, а тело превратилось в раскаленный металл. Бросил взгляд на телефон, поймав два несуразных слога, значение которых до этих самых пор совершенно не мог понять.

Осв. кв. Несколько букв, не имеющих абсолютно никакого смысла, являющиеся опечаткой или обыкновенным бредом ― так мне казалось. Но теперь голове всё, наконец, встало на свои места.

Осв. кв. означало ― освободим квартиру. Эбби написала: «мы сегодня же освободим квартиру», а я не смог этого понять. Не смог прочитать между строк.

Дьявол!

— Ты свободен, ― прохрипел. ― Я со всем разберусь сам.

Владимир склонил голову, а я, схватив свой пиджак, вылетел из кабинета, на ходу засовывая мобильник в карман.

— Меня не будет до конца дня, ― гневно бросил, заставляя свою помощницу подскочить. ― Скажи Холли, пусть закончит с контрактом.

Элис тут же кивнула, а её пальцы потянулись к трубке.

Достигнув лифта, с силой стукнул по кнопке.

Эта девчонка окончательно сведет меня с ума! Я так злился на неё, что готов был придушить голыми руками! Она могла вывести меня из себя одним только взглядом. Могла заставить послать к черту свои принципы, которые всю жизнь являлись для меня священными.

Она была ангелом с характером дьяволицы.

И медленно, но верно утаскивала меня в свой персональный Ад.

Завел мотор и резко тронулся, заставляя шины завизжать по асфальту. Разгонялся, лавируя между другими машинами, крепче стискивая руль и с каждой секундой увеличивая скорость. Я желал, чтобы стрелка спидометра достигла своего пика, чтобы помогла сильнее сковать цепями Зверя внутри ― иначе я просто убью эту женщину.

Выкрутив руль, и резко затормозив у знакомого здания, выбрался из машины и практически вбежал внутрь, всё это время стараясь настроить себя лишь на одно ― главное, не сорваться.

Поняв, что оставил ключ в пентхаусе, позвонил в звонок, а затем постучал, пытаясь не думать о том, как сильно мне хотелось выбить эту хренову дверь с ноги!

Шаги послышались сразу. Замок несколько раз повернулся, а затем дверь распахнулась. Эбби подняла на меня глаза, и я успел уловить в них удивление и одновременно волнение. Но совсем не ожидал, что увижу, как в них появляется штиль.

— Что―то случилось? ― подумать только, с каким спокойствием она говорила.

— В моей жизни случилась ты, ― сказал сквозь зубы, проходя в квартиру.

Услышал, как она закрыла дверь и развернулся.

— Снова не в духе? ― выдыхая, спросила она, складывая на груди руки.

— Не играй со мной, когда я в гневе, ― предупредил, подходя ближе. ― Иначе пожалеешь о каждом своём слове.

— Я и не играла, ― как ни в чем не бывало, ответила Эбби. Только сейчас её голос стал тверже. ― Ты действительно не в духе.

Она обошла меня и направилась в сторону кухни, а я, кое―как сдерживаясь, последовал за ней.

— И виной этому ты!

— Какая новость! А я уж было расстроилась, что привилегия раздражать тебя досталась кому―то другому!

Снова зарычал, еле удержавшись от того, чтобы не долбануть кулаком в стену.

— Какого дьявола ты удумала съезжать?! ― она помолчала и, дойдя до столешницы, облокотилась о неё руками. ― Решила в очередной раз показать свою гордость?!

— Причина тебя не касается, ― спокойно сказала Эбби, ― это только моё решение.

— Правда? ― сделал два больших шага, резко схватил её за руку и развернул к себе. ― Но только вот ты не имеешь права принимать такие решения одна.

— Почему? ― вызывающе спросила она. Её глаза потемнели. ― Потому что после того, как ты надел мне на палец кольцо, я должна советоваться с тобой? Это ты хотел сказать?

Её слова ударили хлыстом по обнаженной коже, но ч не подал виду. Я умел терпеть.

— Та помолвка ничего не значила, ― хрипло отозвался, скорее пытаясь уверить в этом самого себя. ― Это был просто спектакль, и ты прекрасно об этом знаешь. ― она будто вздрогнула от услышанного, но сделала и всё возможное для того, чтобы умело это скрыть. ― Но в твоей жизни есть люди, которые заслуживают решать такие вопросы вместе с тобой. Это твоя семья, Эбигейл. Сестры, которые будут идти с тобой бок о бок, и которые так же имеют право голоса.

Она резко выдернула запястье из моей хватки.

— В этой семье решаю только я, ― подобной жестокости в словах и во взгляде, как сейчас, я не видел ещё никогда. От нежной и милой Эбби в один момент не осталось и следа. ― Много лет я пыталась вытащить нас из ямы, в которой мы оказались. Это были долгие и мучительные годы, наполненные болью, страданием, отчаяньем и трудом. Каждодневным, кропотливым и порой слишком непосильным. Мы пробивали себе дорогу вот этими руками, ― она подняла свои ладони вверх, ― и каждую минуту я просила своих сестер надеяться и тихо молиться. Даже тогда, когда сама не знала, стоит ли. Когда уже не верила, что хоть кто―то услышит эти мольбы. Да, мы никогда не знали подобной роскоши, ― усмехнулась она, ― потому что там, где мы выросли, её просто нет. Мне было двенадцать, когда жизнь, которую я любила, превратилась в ад. Мэнди было пять, а Элли всего год. Мы оказались на улице, и единственным местом, где могли получить еду и одежду, был приют. Именно он стал нашим домом. И каждый час пребывания в нём мы боролись за жизнь.

Увидел мимолетный страх в её глазах, и понял, как больно ей было. До сих пор.

— Я защищала своих сестер со дня их рождения. И не перестану делать этого после смерти. Твоё кольцо, ― она бросила драгоценность на стол, следом за ним полетел бумажный конверт, ― и твои деньги. Спасибо за всё. Но дальше мы справимся сами.

Задержал свой взгляд на кольце, а затем слегка усмехнулся.

— Не справитесь.

Эбби замерла на половине пути. Остановилась, а затем не спеша повернулась.

— Что ты сказал?

— Что вы не справитесь, ― повторил, встречая её взгляд. ― И не потому, что в тебе недостаточно силы, а потому, что теперь твоя жизнь находится в моих руках.

— Это не так.

— Так, ― ответил, двигаясь в её сторону. ― Вспомни это чувство. Когда ты находишься на самом краю обрыва, и от твоего следующего шага зависит всё. ― Заметил, как на её лице промелькнула тень страха. ― Вспомнила, верно? А теперь вспомни, кто в эти моменты оказывался рядом, ― двигался неторопливо, почти шептал. ― Решал твои проблемы… тянул от утеса назад… не позволяя каждый раз, снова и снова, лететь с него вниз. ― когда подошел к ней вплотную, услышал, как гулко стучит её сердце. ― Ты зависишь от меня. И понимаешь это.

— Нет, ― завертела головой она, ― я отдала тебе деньги. Вернула кольцо. Ушла с работы. И больше ничего тебе не должна.

— Ошибаешься, ― её аромат окутал каждый миллиметр меня. ― У тебя есть неоплаченный долг. И я собираюсь его забрать.

Эбби подняла на меня глаза. Она боялась. Всё ещё боялась, как бы усердно не старалась доказывать обратное.

— Чего ты хочешь?

— Свои призы, ― ответил, резко разворачиваясь к окну, ― не так давно мы заключили пари, правила которого ты приняла. Из пяти благодарностей, которые мне полагались, была использована лишь одна. А остальные четыре всё ещё нет, ― немного помолчав, повернулся к ней лицом. ― Пришло время потратить их.

— А если я откажусь? ― тихо, но гордо спросила она. ― Заставишь меня силой?

— Скажем так, я имею рычаги, на которые смогу надавить, когда захочу. Это не лучшие методы, но самые действенные. Тебе придется выполнить все условия хочешь ты этого или нет, но можешь сама выбрать способ, ― не сводя с неё взгляда, опустился на кожаный диван. ― И почему―то мне кажется, что ты способна мыслить здраво.

Эбигейл замерла, заново прокручивая в своей голове мои слова. Она понимала, что я не шучу. Прекрасно осознавала, что у меня достаточно власти и уверенности для того, чтобы заставить её подчиниться. И именно поэтому не спешила с ответом.

При всей своей вспыльчивости и редкой безрассудности, она была умной и здравомыслящей. И я знал, что недавние события вынудили её стать менее гордой ― теперь она думала прежде, чем сделать или сказать что―то, что могло навредить её семье.

— Что тебе нужно? ― спросила она, и мой Зверь победно заликовал.

Мне бы хотелось ответить иначе, хотелось бы произнести то, что я ощущал рядом с ней, но сказал лишь то, что четко спланировал в своей голове: