Ксана М. – Твой дым (страница 52)
Бросила сумочку на диван и распахнула дверь.
Глаза расширились, и я инстинктивно вцепилась пальцами в дерево.
— Ты…
— Ждала своего доктора? ― выпалил Дарен, залетая в мою квартиру словно торнадо. ― Извини, если разочаровал!
Не без беспокойства, которое я теперь всячески пыталась скрыть, осторожно закрыла дверь и снова прислонилась к ней спиной.
Так было проще, ― когда я чувствовала опору.
— Что ты здесь делаешь? ― старалась говорить холодно, предпочтя никак не реагировать на очередной ядовитый сарказм с его стороны.
— Пришел узнать, какого черта ты флиртовала с Грегом Мартином?! И какого черта позволяла это делать ему?! Ах да! И еще, какого черта он целовал твою руку?!
От его злости и крика даже мой дом, кажется, содрогнулся.
— Не думаю, что это твоё дело, ― резко отрезала, преодолевая дрожь, ― моя жизнь тебя не касается.
— Нет, касается, ― взревел Дарен, подходя ближе, ― и ты ответишь на все мои вопросы!
— Я не дам ответа ни на один из них, ― старалась говорить как можно тверже, ― и ты не сможешь меня заставить.
— Уверена? ― он подошел почти вплотную и упер руки по обе стороны от моей головы. ― Потому что я думаю иначе.
Дьявольская ярость, которая еще секунду назад горела в его глазах, движениях и словах исчезла так же, как и появилась ― в одно мгновение. Я ощущала, как от его близости кружится голова, а от горячего дыхания кожа покрывается мурашками.
Сильнее вжалась в стенку. Грудь часто вздымалась, а пальцы царапали краску на двери. Я не знала, как справиться с тем, что чувствовала, но понимала, что теряла контроль.
— Тебе лучше уйти, ― выдохнула, отчаянно пытаясь дышать.
— Нет, ― тихо ответил он, медленно приподнимая её подбородок вверх, ― больше я не совершу подобной ошибки.
Я мгновенно растворилась в его глазах. Безвозвратно пропала в его запахе и словах. С каждой секундой он забирал меня всё глубже и глубже, в свой личный Ад. А я безвольно, как послушная раба, следовала за ним.
Он сжал свою руку в слабый кулачок и указательным пальцем мягко коснулся моей щеки. Резко выдохнула и прикрыла глаза, чувствуя, как на его прикосновения отзывается каждый участочек тела. Он вел нежную дорожку из прикосновений по моей щеке и подбородку, заставляя ощущать, как кровь быстрее бежит по венам.
Из горла вырвался едва различимый стон, когда он провел большим пальцем по нижней губе. Чувственность этого момента заставила задохнуться.
— Дарен…
— Я не могу контролировать это, ― прошептал у моего уха, ― останови меня, или будет уже слишком поздно.
Открыла глаза, осознавая, что он прав. Если я не прекращу это, то, возможно, мы оба об этом пожалеем. Но кто бы сейчас знал, как плевать мне было на свой здравый смысл.
Я помедлила всего секунду, после чего, послав далеко и надолго все предрассудки, притянула его к себе и поцеловала. Страстно. Сильно. Со всем чертовым желанием, которое уже который день заставляло тело сгорать в дьявольском огне.
Обняв руками спину, одним движением он приподнял меня, позволяя обхватить ногами его бедра, а затем прижал к стене. Я обвила руками его шею, прижимаясь к нему сильнее и чувствуя, как с каждым мгновением желание внутри разрастается всё сильнее.
Ощущала вкус темного шоколада на языке, но даже его горькость никогда не казалась мне слаще, чем сейчас. Я жадно вбирала этого мужчину и пыталась отдать ровно столько же в ответ.
— Ты уверена? ― на пределе прохрипел он, сумев прервать поцелуй.
Я видела, как тяжело ему было сдерживаться, и то, что он делал это ради меня, заставило что―то внутри предательски ёкнуть.
— Нет, ― тихо ответила, снова обхватив руками его лицо, ― но это лучшее, в чем я когда―либо сомневалась.
И больших слов ему не требовалось. Его губы моментально нашли мой рот, и он ворвался в него с новой, удвоенной силой. Я тихо застонала, прижимаясь к нему всем своим телом и ощущая, что ещё чуть―чуть, и просто рухну… провалится в забытье.
Я не знала, что именно испытывала: обыкновенное желание или что―то большее, но даже если за этим и не крылось ничего особенного и на утро я пойму, что совершила самую большую в своей жизни ошибку… черт, эта ошибка будет того стоить.
Я не помнила, как он отнес меня в спальню, потому что всё, о чем могла в тот момент думать ― его мягкие и пьянящие губы. Но когда ощутила под собой мягкость знакомых простыней, неосознанно пришла в себя.
— Дарен… я…
— Не надо, ― прошептал он, указательным пальцем касаясь моих губ, ― я всё знаю.
— Откуда? ― тихо спросила, чувствуя, как пульс начинает стучать как бешеный.
Он немного помолчал, нежно разглядывая её лицо.
— «Навсегда отдать человеку своё сердце»… ― прошептал, повторяя мои недавние слова. ― Оно ещё никому не отдано. И до сих пор бьется внутри тебя. ― Дарен осторожно убрал светлую прядь с моего лица, касаясь пальцами дрожащей кожи и пропуская через всё тело мощнейший электрический заряд. ― Я не знаю, имею ли право просить тебя…
Я не позволила ему договорить. Приложила ладонь к его губам, а затем, встретившись с его глазами, отрицательно покачала головой. Не спеша убрав руку, позволила ей скользнуть вниз к его шее, а затем притянула к себе.
На этот раз поцелуй был нежным и бархатистым ― легкое, едва ощутимое касание губ губами. Я даже не подозревала, что мужчина, так яро доказывающий свою жестокость и бессердечность, способен проявлять такую мягкость, заботу и чувственность.
Сколько ещё граней в нем оставалось для неизведанными?
Руки Дарена медленно сползли вниз и, ухватившись за край платья, потащили его вверх. Услышала, как лязгнула молния и непроизвольно приподнялась, чувствуя, как кожа вновь покрывается мурашками ―
Он осторожно снял с меня платье и, а я стянула с него футболку. Когда мои ладони легли на его обнаженную грудь, ощутила, как по всему телу разлилась волна невероятной теплоты. Дарен едва ощутимо коснулся губами ключицы, шаг за шагом продвигаясь всё ниже и ниже, заставляя чувствовать трепет каждым оголенным нервом.
Мне казалось, что за моей спиной выросли крылья, а в животе начали зарождаться бабочки. Много―много разнообразных бабочек… кто бы мог подумать, что эти нелепые и, казалось бы, на первый взгляд выдуманные фразы в одно мгновение станут такими настоящими и значимыми. И что я поверю в каждую из них.
— Что ты делаешь со мной, ― шептал он, прокладывая сладостную дорожку из поцелуев по линии моего живота, ― что творишь…
Выгнулась от удовольствия и тихо застонала, закрывая глаза и бесконтрольно сминая пальцами простынь. Пока Дарен целовал моё тело, нежно касался его кончиками своих пальцев и лишал последней «защиты», я чувствовала, что вместе со своим телом в этот самый момент отдаю ему что―то не менее важное, то, что уже никогда не смогу забрать назад.
Да, было страшно. Очень страшно.
Но эту боязнь перекрывало то, что сейчас было намного сильнее любого страха ― необъяснимое и безумное желание раствориться в этом мужчине и позволить ему испить себя до дна. До самой последней капли.
Когда его пальцы потянулись к трусикам, я зажмурилась, вжимаясь в кровать, чувствуя, как гулко колотится сердце.
— Посмотри на меня, Эбби, ― его внезапный шепот прорезался сквозь затуманенное сознание.
— Эбби, ― повторил Дарен, на этот раз взяв моё лицо в свои ладони. ― Посмотри на меня, ― когда я открыла глаза, он тихо сказал: ― я не хочу, чтобы ты боялась меня.
Ощутила, насколько тяжелыми для него оказались эти слова.
В его взгляде была такая сильная мука, что у меня до боли сжалось сердце.
Я знала, как сложно ему было контролировать себя, он был именно таким ― вспыльчивым, несдержанным и заводился с пол оборота… но ради меня готов был стараться из последних сил, удерживая в узде Зверя, и я хотела дать ему что―то взамен.
— Никогда, ― прошептала на выдохе, увереннее обнимая его за плечи и ощущая бешеную пульсацию внутри, ― я никогда не буду бояться тебя.
И в этот момент ощутила, как он начал неторопливо, бережно заполнять меня собой. Всё моё пространство. Не смея отрывать друг от друга взгляда, мы сливались воедино, слыша, как наши сердца бьются единым ритмом.
Я приоткрыла губы, стараясь ничем не выдать своей боли, лишь впивалась ногтями в его кожу и сдерживала рвущийся наружу крик. Он немного помедлил, словно почувствовав, что мне необходимо выдохнуть, привыкнуть к новым ощущениям, и лишь потом, заметив в моих глазах готовность, медленно задвигался.
С каждым его толчком болезненные ощущения становились всё глуше, сменяясь сладкой истомой, заставляющей тело взрываться и гореть.
Дарен прижался губами к моей шее, и я сильнее стиснула пальцами его плечи, желая ощущать его внутри дольше, сильнее, глубже. Я почти задохнулась, но когда он снова нашел мой рот ― испытала что―то запредельное: словно где―то внутри меня открылось второе дыхание. Словно я обнаружила источник сладостного наслаждения и безграничных желаний, который до этой минуты был заперт под множеством замков и спрятан от чужих глаз.
Дарен нежно целовал каждый участочек моего тела, и с каждым новым толчком, наполненным чувственностью и заботой, я ощущала, как реальный мир перестает существовать, рассыпаясь на мельчайшие частички, превращаясь в пыль.