– Слава желтому господину, повелителю Рока, – машинально сказала Рената.
– Слава, – искренне повторил дворецкий. – И принес он мужчинам знания о том, как остановить это безумие и вырождение. И главным его учением было остановить внешнее загрязнение и кровосмешение, – взволнованно сказал Маркус.
– Загрязнение? – переспросила девушка.
– Именно, – кивнул дворецкий, стуча мелом по рисунку на доске. – Мужчины берут свои силы из внешнего мира. И это… приводит к определенным последствиям. Когда аристократ черпает силу из места, в котором кто-то испытывал боль, ужас или ненависть, то сильно нагружает свое ядро и может сойти с ума, – равнодушно произнесла кукла. – Вторым учением господина Энеля был запрет. Он сказал, что аристократам нельзя быть богами. Никто не должен им поклоняться и возносить молитвы. Если аристократы выберут для себя землю, то между ними и простолюдинами должен быть кто-то… в нашем случае это король. Когда аристократы совершают что-то великое, то король получает все поклонение, – сказал Маркус. – Если же этот запрет будет нарушен, то… пара родов пытались, – пожал плечами дворецкий. – Последствия были довольно пугающими.
Ренату передернуло, и она мрачно сказала:
– Ладно, это объясняет, почему аристократы стали подписывать тот глупый договор с королем. Но как это связано с родами?
– О, – оживился Маркус. – Здесь все проще… невозможно предсказать, где есть загрязнение, а где его нет. Может, на этом месте какой-то бандит убил нескольких человек, а потом закопал их тела. Стал бы убийца распространяться о подобном? – весело спросил дворецкий. – Уловить же загрязнение практически невозможно. Разве что служители Ватикана на такое способны, но их крайне мало. Поэтому само знание о загрязнении было лишь предварительной мерой… основной же идеей Великого Рока было образование Родов при помощи древнего ритуала, – радостно сообщила кукла и повернулась обратно к доске. – Несколько аристократов схожей крови объединяют свои ядра родовой связью, после чего стягивают их к самому сильному, – Маркус нарисовал еще несколько человечков и свел стрелочки к одному из них. – Благодаря расширенной сети все участники уравновешивают друг друга, а сильнейший отслеживает состояние каждого и… можно сказать, задает основное направление для членов Рода. Его и называют Главой Рода. С одной стороны, это позволяет аристократам оставаться в своем уме… с другой же делает их довольно закостенелыми в своей сути. Госты хитрецы, Блуфайеры холодны и рациональны, Рэды агрессивны и легкомысленны… Блэкфайеры же властны. Глава Рода определяет его политику и основные черты своей семьи, поэтому именно от Главы зависит лицо Рода, – довольно сказал Маркус.
Рената пристально смотрела на нарисованную картинку. Ее взгляд не отрывался от человечка, к которому тянулись все стрелки.
– То есть… этот Глава может управлять мной? – испуганно прошептала девушка. – «Задавать направление»?
– О нет! – отмахнулся Маркус. — Это касается мужчин. Они довольно нестабильные создания, хоть и крайне могущественные… обычно, женщины не настолько подвержены влиянию Главы. Вы не берете силы из внешнего мира, поэтому только ваши эмоции могут повлиять на ваше ядро. Из-за этого обязанностью Главы Рода является контроль за ядрами мужчин, а Глава Дома должна быть умнее. Она следит за психическим состоянием женщин, опираясь лишь на собственную наблюдательность, – гордо сказал Маркус.
– То есть кто-то контролирует Джорджа? – сердито спросила Рената.
– Ну, контролирует, не совсем то слово, – задумчиво сказал Маркус. – Глава не может внушать мысли. Скорее, его характер влияет на остальных… и чем он сильнее, тем больше влияние. Если Глава психически нестабилен, остальные тоже это ощутят… но не волнуйтесь. Этот слуга уже оградил молодого господина от возможного воздействия, – поклонился Маркус.
Рената задумчиво нахмурилась:
– Ты про те наручники, что мы принесли из тюремного этажа? – нерешительно спросила девушка.
– Верно! – воодушевленно подтвердил дворецкий. – Они отсекают аристократа от внешних потоков… и от влияния Главы, в том числе. Если молодой господин потеряет контроль, то просто наденет их! Это эффективный метод, – улыбнулся Маркус.
Рената расслабленно осела на стуле, после чего задумчиво прищурилась:
– Получается… без Главы, род существовать не может? – спросила девушка.
– Несомненно, – подтвердил Маркус. – Бывали случаи, когда погибали все кандидатки на место Главы Дома… это было ужасно, но род продолжал существовать. Но когда умирают все мужчины… женщины не могут поддерживать магию ритуала, молодая наследница. В этом случае вся структура рода распадается.
– А может, она уже распалась? Как вообще определить, есть род, или нет? – заинтересовано спросила Рената.
– Ну, самое эффективное доказательство, это то, что вы открыли дверь, — сказал Маркус. — Защита учитывает родовую связь, и, если бы ее не существовало, дверь бы не открылась. Еще есть определенные ритуалы… но для них нужен ритуалист и некоторые ингредиенты. Ах да, еще госпожа Элеонора рассказывала, что когда-то нашла вас при помощи вашей связи… это оно и есть. Близнецы изначально крайне близки – магия ритуала считает вас одним целым, из-за чего может слишком сильно вас связать. Если бы ее не было, вы бы не могли ощущать друг друга… и это самый краткий список признаков, – любезно пояснил Маркус.
– Ясно, – хмуро сказала Рената. – Значит, где-то в мире существует еще один Блэквуд… и мы о нем совершенно ничего не знаем. Просто превосходно, – мрачно заключила девушка. – Может, можно как-то его найти? – печально спросила Чендлер.
– Разумеется, – просто ответил Маркус.
– Действительно?! – заволновалась Рената, резко подпрыгивая на стуле.
– Нужен родовой круг… центральная точка ритуала, – любезно сказал дворецкий. – При помощи круга мы сможем обнаружить точку схождения.
И тут в душу Ренаты закралось нехорошее подозрение.
– И где же он? – с легким напряжением спросила девушка.
– Так как родовой круг крайне важен, то он находится на самом нижнем слое, – пояснил Маркус. – На этаже Блэкфайеров.
Левый глаз Ренаты нервно дернулся:
– Я думала верхний этаж, этаж Блэкфайеров, – сказала девушка.
– О нет. Это… можно сказать, прихожая, – ласково улыбнулся дворецкий. – Там мы встречали дорогих гостей. Тихое и спокойное место для переговоров… для тех, с кем госпожа желала говорить, разумеется. Остальные пускались на удобрение и материалы, – доверительно поведал Маркус.
Левый глаз Ренаты снова дернулся.
– Я не буду думать об этой фразе, – решительно подумала девушка. – Не буду!
– А других способов нет? – печально спросила Чендлер.
– Наследник сильнее всех связан со следующим Главой – сказал Маркус. – Это необходимо для обучения и стабилизации… при некоторой помощи, он сможет ощутить Главу.
– Ага… — мрачно сказала Рената. – дай-ка угадаю… наследник НЕ Джордж.
– Боюсь, что нет. Сначала он был слишком юн, а после я не заметил признаков установления связей с Главой, – поделился Маркус. – Значит, есть кто-то еще.
Теперь, в качестве разнообразия, дернулся уже правый глаз Ренаты:
– То есть, сейчас на свободе бродят минимум ДВА Блэквуда? – очень спокойно спросила Рената – Прекрасно… прекрасно… Маркус, – внезапно улыбнулась девушка.
Тот внимательно посмотрел на любящий взгляд молодой наследницы и умилился.
– Вы так похожи на дорогую госпожу… она часто мне так улыбалась, – ностальгически вздохнул дворецкий.
– Не сомневаюсь, – ласково сказала Чендлер. – Так вот… если ты знаешь какую-то жизненно важную информацию, мой дорогой… говори мне ее сразу! – внезапно закричала девушка, ударом руки разбивая подлокотник многострадального стула.
О лицо Маркуса ударилось несколько щепок, которые он полностью проигнорировал, продолжая зачарованно смотреть на взбешенную девушку. По поврежденному столу прошла еще одна трещина.
– Вы так похожи, – всхлипнул дворецкий. – Разве что крик не такой гневный, но этот слуга так счастлив… он не достоин столь великих господ, – обожающе заключил Маркус.
Некоторое время, Рената сверлила умиляющегося дворецкого взбешенным взглядом, после чего… тяжело вздохнула и осела на побитом жизнью стуле. На дворецкого невозможно было долго сердиться… его логика была слишком странной.
– Ладно… получается, способов у нас нет, – устало заключила девушка.
– Глава крайне важен для рода… если бы его можно было легко обнаружить, то он стал бы живой мишенью, – сказал Маркус.
– Да понимаю я, – раздраженно сказала девушка. – Понимаю… ладно, я поняла… пойду спать, – грустно сказала Рената. – От недостатка сна я становлюсь раздражительной… нужно успеть выспаться до возвращения Элеоноры с очередного бала, – мрачно заключила девушка, поворачиваясь к двери гостиной.
– И надеюсь, в этот раз обойдется без кошмаров, – печально подумала Чендлер.
***
Она стояла на пороге особняка и смотрела на братьев, воодушевленно предвкушающих будущую войну. Они были одеты в богатую военную форму и стояли около карет, запряженных выносливыми лошадьми. На их лицах было написано предвкушение и гордость… они не боялись. Они знали, что сильнейшие и обязательно вернутся.
– И чем думали эти немцы, объявляя войну? – снисходительно спросила Изольда, махая старшему брату. – Все, что они могут, это бросаться водичкой и не подыхать… это будет быстрая война, – усмехнулась девушка. – И позорная для них. Отец уже выехал… братьям нужно будет поторопиться. Папа всех там сожжет, – гордо сказала сестра.
