Кристофер Сэнсом – Камни вместо сердец (страница 67)

Я распорядился, чтобы конюх должным образом напоил и почистил коня. Подобно всем слугам дома Хоббеев, конюх был угрюм и неразговорчив. Когда я выходил из конюшни, дверца в задней стене ее отворилась, и в ней появился егерь Эйвери. На нем были зеленые куртка и штаны, а узкое загорелое лицо венчала зеленая шапка. Он поклонился мне, и я шагнул ему навстречу.

– Итак, до вашей охоты осталось всего четыре дня? – спросил я.

– Да. – Из псарни донесся собачий лай: псы услышали шаги егеря, и он устало улыбнулся. – Время кормить. Они всегда слышат меня.

– Должно быть, сейчас у вас много дел.

– Ага. С собаками много возни – их надо накормить, причесать, выгулять два раза в день. A в парке работы еще больше, там нужно закончить все приготовления к охоте. Мастер Хоббей хочет, чтобы все было в порядке.

– Итак, кое-кто из деревенских все-таки соглашается поработать на него, – понял я.

Эйвери с сухой улыбкой пожал плечами.

– А велик ли парк? – продолжил я беседу.

– По миле в каждую сторону. Здесь охотились на оленей еще при монахинях. Они сдавали парк местным дворянам. Но за последние несколько лет он пришел в запустение.

– Интересно, почему мастер Хоббей не пользовался им прежде?

– А вот об этом, сэр, знает только он сам. – В голосе Эйвери прозвучала осторожная нотка. Что ж, подумал я, семейка дала и ему наставления держаться со мной настороже.

– Вы правы, прошу прощения, – пошел я на попятный. – Но скажите мне, что произойдет в день охоты?

– Гостей и членов семейства расставят по намеченному маршруту и погонят на них оленя. Я вчера видел этого рогача – великолепный зверь!

– И тому, кто завалит его, достанется каменное сердце?

– Именно так.

– А не случится ли так, что удача опять придет к мастеру Хью?

– Может случиться и так… Или она посетит одного из гостей. Я не знаю, есть ли среди них хорошие стрелки. А может быть, успех придет и к мастеру Дэвиду: он отличный стрелок, хотя никак не может усвоить того, что на охоте нужно сидеть в засаде тихо и скрытно.

– А зачем вы с ног до головы в зеленом? Чтобы сливаться с лесом?

– Да. Все охотники будут в зеленом или коричневом.

– Так, значит, мастер Эйвери, вы путешествуете по стране, организовывая охоты?

– Теперь да. Раньше я ведал монастырским охотничьим парком. Однако восемь лет назад его ликвидировали, а землю распродали по участкам.

– Где же это?

– Приорство Льюис в Сассексе.

– В самом деле? Льюис? Инженеры, разрушившие Льюис по распоряжению лорда Кромвеля, сразу после этого также снесли и здание монастыря, с которым я был связан.

Эйвери печально покачал головой:

– Я видел, как рухнул Льюис – с великим грохотом и в облаке пыли. Жуткое зрелище! А вы видели, как рушили ваш монастырь?

– Нет. Я не стал дожидаться этого, – вздохнул я, вспоминая те давние события.

С некоторой нерешительностью егерь проговорил:

– Буду рад оставить это поместье после охоты. Нелады с деревней, да еще члены семейства шипят вокруг, словно гадюки… Вы здесь защищаете интересы мастера Хью?

– Да, я здесь именно за этим.

– Среди них он лучший. Отличный парень, – заявил мой собеседник. Но потом, быть может, решив, что он наговорил слишком много, Эйвери торопливо поклонился и отправился к своим собакам.

В задумчивости я направился мимо служб к обители Барака.

– Мастер Шардлейк! – услышал я чей-то голос и повернулся на внезапный зов. В двери прачечной появился Фальстоу.

– Вы напугали меня, мастер дворецкий! – укоризненно покачал я головой.

Амброуз наделил меня своей обычной почтительной улыбкой:

– Простите. Я увидел вас сквозь открытую дверь. Вы только что вернулись?

– Да.

– Нуждаетесь в чем-нибудь?

– Только в омовении и отдыхе.

– Я распоряжусь, чтобы в вашу комнату принесли горячую воду. Вам пришли новые письма, они сейчас у Барака.

– Благодарю вас. Все ли в доме здоровы?

– Да. Вчерашний день пошел тихо. – Фальстоу с вопросительным выражением посмотрел на меня. – Успешно ли сложилось ваше дело в Сассексе, сэр?

– Успешно, но со сложностями.

– Если вам это удобно, завтра мы рано утром выезжаем в Портсмут.

– Вы тоже едете?

– Да. Как и мастер Хью с мастером Дэвидом. Они решили посмотреть на флот. – Управляющий улыбнулся. – Мальчишки всегда остаются мальчишками.

– Ну, теперь они почти взрослые люди…

Амброуз погладил свою аккуратную светлую бороду:

– И в самом деле.

– Ну, а теперь, прежде чем я отправлюсь в дом, мне нужно поговорить со своим клерком, прочесть полученные письма.

Фальстоу посмотрел на рядок бывших служб:

– Думаю, что Барак находится в своей комнате.

Я улыбнулся:

– Похоже, мастер дворецкий, что вы знаете, где находятся все обитатели этого дома.

– Такова моя работа, сэр, – отозвался Амброуз и, поклонившись, оставил меня.

Я постучал в дверь комнаты Джека. Он открыл без промедления:

– Хорошо, что ты вернулся.

– А чего это ты сидишь взаперти в такой превосходный день? – посмотрел я на него с любопытством.

– Я устал от этой докучливой задницы, то есть управляющего и его подручных, которые следят за каждым моим шагом. Боже, сколько на тебе пыли!

– Позволь-ка мне сесть. – Я опустился на соломенный тюфяк. На нем лежали два адресованных мне письма, одно от Уорнера, другое от Гая. – Что слышно от Тамасин?

– Она написала мне в день нашего приезда сюда. – Прислонившись к двери, мой клерк достал письмо из-за пазухи. – Гай говорит, что у нее все в порядке. Она по-прежнему считает, что родит девочку. Мне не хватает ее.

– Понимаю. Но на следующей неделе мы будем дома.

– Молю Бога об этом.

– Как тут вели себя Хоббеи?

– Я не видел ни хозяина, ни Абигайль. Мне позволено есть на кухне, но в дом меня не пускают. Сегодня утром мальчишки опять практиковались в стрельбе. Мы с Фиверйиром присоединились к ним. Но тут из дома выскочил Дирик и прогнал нас: дескать, Фиверйир ему нужен, а нам незачем докучать молодым джентльменам. – Джек нахмурился. – Так и хотелось дать ему сапогом в задницу и пинать до самого дома!