Кристофер Райх – Клуб патриотов (страница 69)
И тут Болден наткнулся на цифры, которые все расставили по местам. Трансакция, которая связала все воедино, — не входящий, а исходящий платеж банку «Милбэнк энд Мейсон» в Нассо на Багамских островах на сумму двадцать пять миллионов долларов. Получатель — номерной счет, какой обычно открывается в банке для сокрытия имени вкладчика, но в данном случае во внутренних записях «ХВ» имя владельца счета было указано — Ги де Вальмон, вице-президент «Джефферсон партнерс».
Болден дважды проверил номер счета. Именно им пользовались, когда платили Ла Ванде Мейкпис и некоторым другим.
Расследование закончилось.
Но было еще одно — последнее — имя: Соломон Г. Вайс. Сумма: пятьдесят миллионов долларов. Скорее всего, платеж, чтобы скрепить долгосрочное сотрудничество. Так, небольшая сумма на карманные расходы, чтобы лишний раз не проявлял любопытства.
Болден выбрал опцию «распечатать». Хватит с него догадок. Теперь у него были неопровержимые доказательства. Принтер принялся выплевывать один за другим листы бумаги. Болден просмотрел один из них.
Когда принтер закончил распечатывать файл, Болден выключил компьютер и вышел из кабинета.
Он закрыл дверь и посмотрел в дальний конец коридора.
— Бах! — произнес голос у него за спиной, — Тебя убили.
Болден замер на месте. В одном шаге от него стоял Волк, и в руке у него тускло поблескивал пистолет с глушителем.
— Даже не думай, — предупредил Волк.
57
— Волк взял его, — сообщил Гилфойл, нагоняя Джеймса Джаклина у кабинета.
— Ну наконец-то! Аллилуйя! А то я уж думал, этот день никогда не настанет. Где его накрыли?
Гилфойл придержал Джаклина за локоть.
— В кабинете Микки Шиффа.
— И что он там делал?
— Совал нос в финансовые дела некоторых из наших консультантов.
— Находчивый малый, надо отдать ему должное!
— Вас удивляет?
Гилфойл пытался прочитать выражение лица Джаклина. И, как всегда, у него ничего не получилось: на лице этого человека отражались только презрение и разочарование в том, что мир вертится не совсем так, как ему хотелось бы.
Для вечера среды в офисе было тихо. Все сотрудники получили приглашение на ужин. Большинство директоров сейчас были или у Джаклина дома, или по пути туда. Несколько задержавшихся еще сновали по коридору, но и они уже натягивали смокинги и поправляли галстуки.
— Ты говорил с Шиффом? — спросил Джаклин.
— Отвечает голосовая почта. Поговорю с ним, как только прибудет. Кстати, вот документы, которые изъяли у Болдена.
Джаклин взял пачку бумаг, присланных в столицу по факсу специально для Гилфойла.
— Хорошо потрудилась пчелка, а? Другой бы ноги в руки — и бежать. — Просматривая страницу за страницей, Джаклин нахмурился, когда дошел до отчета из «Лексис-Нексис», где Шифф значился как директор ассоциации «Дефенс». — Отчет-то сегодня днем распечатан. Кто там у него свой человечек?
— Его секретарша. Зовут Алтея Джексон. Мы допускаем, что она тоже знает содержание этого отчета.
— Замужем?
— Нет, есть сын двенадцати лет.
— Черт, — вздохнул Джаклин, качая головой. — Присмотри, чтобы о мальчишке потом хорошо позаботились. Назначьте стипендию и все такое. И напомни мне позвонить в Сент-Пол. Я знаком с ректором местного колледжа. Он часто идет мне навстречу, когда надо пристроить нуждающегося.
Гилфойл кивнул.
— Еще я поговорил с Марти Кравицом. Он клянется, что Болден, когда заказывал эти досье, прикинулся одним из старших руководителей «ХВ». Похоже, он силой заставил Кравица передать ему материалы. И по-моему, вполне можно рассчитывать на то, что Кравиц будет держать язык за зубами. Если бы в «Прелл» каждый раз трезвонили, когда делается что-то подозрительное, они давно бы лишились всех клиентов.
— Ладно. Давай сюда Болдена. Хочу побеседовать с ним с глазу на глаз.
— Он уже в пути. — Гилфойл подошел к Джаклину еще ближе. — Можно еще минуту?
— Меня лимузин внизу ждет — могу подбросить.
— Это не займет много времени. — Гилфойл взял Джаклина под руку и вместе с ним вошел в кабинет. — Есть еще кое-что, о чем вам необходимо знать. Насчет Олбани.
Джаклин сложил руки на груди и стал внимательно слушать.
— И что насчет Олбани?
— Один детектив из Нью-Йорка пробил по системе отпечатки вашего большого и указательного пальцев и получил совпадение.
— Проклятье! Откуда у него мои отпечатки?!
— Не знаю, но вынужден допустить самое худшее.
— Что именно?
— Отпечатки с пистолета, из которого убили Дэвида Бернстайна.
— Как такое может быть? Дело же давным-давно подчищено!
— Тогда эти отпечатки так и не нашлись. И я очень беспокоился по этому поводу. Но когда Ковача не стало, исчезла и причина для волнения: проблема была локализована и исчерпала себя. Двадцать пять лет, Джей-Джей. Поверьте, я потрясен не меньше вас.
— А я вот в этом сильно сомневаюсь, — заметил Джаклин. Когда он заговорил в следующий раз, его голос напоминал тихое шипение гремучей змеи. — В этом была суть нашей сделки: ты улаживаешь дело, а в обмен получаешь тепленькое местечко в «Джефферсон партнерс». И я считал, обе стороны честно выполнили свои обязательства, но теперь я в этом не уверен. — Джаклин сделал шаг к модели боевого корабля «Мэн». — Кто докопался? — спросил он.
— Детектив Джон Франсискас. И Болдена он же допрашивал прошлой ночью.
— Откуда такое любопытство?
— По-моему, просто прилежный коп. Мы проследили его до посадки на столичный рейс.
— Он летит сюда? Отлично. Может, ему еще и приглашение на ужин в аэропорт послать?
— Не сердитесь, Джей-Джей! Я расстроился не меньше вашего.
— Ты? — Джаклин погрозил ему пальцем. — Да ты бесчувственное бревно! В тебе вообще есть хоть какие-то эмоции? Откуда тебе знать, что такое — расстроиться?
Внутри у Гилфойла что-то замкнулось: он знал о чувствах не меньше, чем любой другой, и знал, как разрушительны они бывают, особенно когда берут власть над тобой. Стоит только поддаться — и ты уже бессилен.
— У нас есть человек в Ла-Гуардиа — послали туда на случай, если появится Болден, — сообщил он. — Так вот ему удалось попасть на тот же рейс, каким летит Франсискас.
— И чего ты ждешь? — спросил Джаклин.
— Он же полицейский.
— Да? Раньше тебе это не мешало. Помни, эти отпечатки нас обоих потянут ко дну.
— Для начала, чтобы привлечь кого-то к суду, им потребуется свидетель.
— И он у них есть, — вспыхнул Джаклин. — Бобби Стиллман. Эти отпечатки — ее билет на свободу.
58
Оперативник «Сканлона» тяжело дышал, завалившись набок.
— Неплохо, — проговорила Бобби Стиллман. — Даже не ожидала, что за деньги можно купить такую преданность. — Присев, она подсунула руку ему под плечо. — Поднимайся.
Он не шевелился, но она снова усадила его на колени. Лицо пленника покраснело там, куда пришелся ее удар, в остальном его состояние было не хуже. Однако она не могла не заметить, что друзья смотрят на нее по-другому.
Злющая баба, ничего не скажешь.
— Итак, ты в самом деле ничего не знаешь о «короне»? — спросила она. Мужчина замотал головой. — Тогда ты не будешь возражать, если я прибегну к последнему способу? — Бобби Стиллман вытащила из кармана специальный нож для резьбы. Медленно, миллиметр за миллиметром, она начала выдвигать лезвие —
Ею овладело спокойствие. Сначала она кричала на него, запутывала и запугивала и в конце концов ударила, и вот теперь она заключила с собой опасное перемирие. Все это время ей не давал покоя вопрос, насколько далеко она сможет зайти, если он откажется говорить.