Кристофер Мур – История Канады (страница 77)

Не менее значительное место в истории Канады, чем деятельность Кунарда, занимает «Аллен Лайн». Эта шотландско-канадская судоходная компания была основана в 1819 г. В 1854 г. консорциум Аллена создал в Монреале «Монтриол Оушен Стимшип Компани», а в 1855 г. она также выиграла контракт на доставку почты в Британской империи. Как и компания Кунарда, «Аллен Лайн» процветала благодаря использованию нового типа судов и их оснащения. С 1850-х до 1909 г. канадцы путешествовали в основном на пароходах этой компании, затем она была продана КТЖД. На протяжении шестидесяти лет канадцы плавали на таких кораблях «Аллен Лайн», как «Кэнэдиэн» («Canadian»), «Индиэн» («Indian»), «Сармашиэн» («Samatian»), «Паризьен» («Parisian»), печально известный «Хангэриэн» («Hungarian»)[275], «Сардиниэн» («Sardinian»), «Буэнос Ейриэн» («Buenos Ayrean») (первый стальной пассажирский рейсовый пароход, пересекший Атлантику) и многих других. Эти пароходы отплывали летом из Монреаля, а зимой — из Портленда, штат Мэн. Однако предпринимательские способности Хью Аллена не ограничивались судоходством — он также занимался железными дорогами, банковским делом, страхованием и промышленным производством. В 1864 г. он основал в Монреале «Мерчантс Бэнк» («Merchants’ Bank»), который вскоре стал одним из наиболее агрессивных канадских банков. Аллен представлял собой квинтэссенцию монреальского финансиста, и его очень успешная деятельность способствовала становлению Монреаля как финансовой столицы Канады начиная с 1860-х гг.

Судовладельцы и правительство работали рука об руку. Успех «Аллен Лайн» стал возможным благодаря тому, что в 1853 г. по указу правительства Канады главный фарватер реки Св. Лаврентия на участке река Св. Лаврентия — озеро Сен-Пьер — был углублен на 16 футов. Правительство также приняло решение профинансировать установку и дальнейшее обслуживание нескольких маяков на подходе к заливу Св. Лаврентия. Самый важный маяк находился на мысе Рейс на южной оконечности острова Ньюфаундленд.

Через 25 лет после открытия первых трансатлантических пароходных линий по дну Атлантического океана был проложен подводный телеграфный кабель. Телеграфные компании появились в Канаде через два года после удачной прокладки первой телеграфной линии Сэмюэла Морзе между Вашингтоном и Балтимором в 1844 г. В 1847 г. Хью Аллен основал «Монтриол Телеграф Компани», которая вскоре соединила Монреаль с Портлендом, Торонто и Детройтом. Трансатлантический подводный кабель был естественным порождением судоходства и телеграфа. Первый кабель был проложен по морскому дну в 1858 г. из Ирландии в залив Тринити на острове Ньюфаундленд. Королева Виктория посылала сообщение президенту США Джеймсу Бьюкенену, прежде чем кабель перестал работать из-за того, что морская вода просочилась через изоляцию. Второй кабель, проложенный с помощью нового стального корабля-гиганта «Грейт Истерн», вышел на берег в бухте Хартс-Контент на острове Ньюфаундленд в июле 1866 г. Трансатлантический кабель и пароходы, так же как железные дороги, были символами того, насколько остальной мир стал ближе к Канадским берегам и насколько расстояния сократились благодаря мощи технологии.

Эта великолепная новая сеть телеграфных кабелей, новшества в сфере транспорта и конструкции судов подкрепляли политическое движение к созданию Конфедерации. Политики Британской Северной Америки были в полной мере знакомы с этими техническими новшествами и пользовались ими; они путешествовали на судах компаний Хью Аллена и Сэмюэла Кунарда, были клиентами «Мерчантс Бэнк», посылали сообщения в телеграфной компании Аллена. Движение за образование Конфедерации направлялось бизнес-сообществом Монреаля, но делалось это тихо и незаметно. Монреальская «Газетт» («Gazette»), в наибольшей степени выражавшая взгляды этого сообщества, была поборником нового движения к Конфедерации — объединению всех колоний Британской Северной Америки.

Новые изобретения и новые технологии порождали новые экспансионистские политические и социальные идеи. Хотя не все их разделяли, но те, кто читал газеты, должны были знать, что мир быстро меняется. Неудивительно, что еще в 1851 г. Джозеф Хау говорил о том дне, когда внимавшая его словам молодежь услышит паровозный гудок в ущельях Скалистых гор. В том же году Хау сделал неудачную попытку дать им возможность услышать этот гудок в районе Кобекид-Хиллс (Cobequid Hills), предложив правительствам Новой Шотландии и Нью-Брансуика, Провинции Канада, а также правительству Великобритании построить Межколониальную железную дорогу из Галифакса в Монреаль. Принимая во внимание эту неудачу, Хау нельзя упрекнуть в том, что он считал морские просторы за пределами Новой Шотландии более привлекательными, чем 1 тыс. км (600 миль) лесистой местности между Галифаксом и Монреалем, и что в своих устремлениях к образованию «федерации империи» он отдавал предпочтение пароходам, а не поездам.

Очень рискованная затея

В конечном итоге через вышеупомянутую 1 тыс. км лесистой местности были проложены рельсы. Конфедерация вскоре создала централизованную правовую и политическую структуру, но для ее окончательного воплощения в жизнь нужны были технологии строительства железных дорог. Порывистый романтик из Шербрука Александр Т. Голт, финансовый гений Конфедерации, был изначально тесно связан с железными дорогами; Жорж-Этьен Картье, экспансивный участник восстания 1837 г., занявшийся юриспруденцией и «поправевший», приобрел свой первый политический и юридический опыт, занимаясь финансами компании «Гранд Транк Рейлуэй». Этим же путем пошел и его более сговорчивый и гибкий коллега Джон А. Макдональд. Как и они, большинство отцов Конфедерации являлись юристами и бизнесменами, прекрасно осведомленными о новшествах 1860-х гг.

Конфедерация была во многих отношениях поразительным явлением. Можно перечислить причины ее создания, но так и не понять сути. В образовании Конфедерации, как и в образовании всех удачных политических структур, сыграли свою роль подходящее время, везение, сочетание нужных людей и событий. Люди в этом случае представляли несколько совершенно разных и отделенных друг от друга колоний.

Еще в 1858 г. в Провинции Канада существовало движение за Конфедерацию, отчасти вызванное крахом фондовых рынков в Нью-Йорке в 1857 г. и его экономическими последствиями, отчасти — внутренними проблемами самой Провинции Канада. Это была политика, принятая правительством Картье-Макдональда (Жорж-Этьен Картье занимал тогда пост премьер-министра), состоявшая в потребности найти что-то более существенное, чтобы избежать второстепенного скандала, связанного с его обязательствами сделать Оттаву новой столицей провинции. Но это первое движение к Конфедерации в 1858 г. не вызвало большого интереса в Атлантических колониях, поскольку они шли своим собственным курсом и достаточно успешно. В Лондоне британское правительство также отнеслось к этому движению прохладно, полагая, что нарушение политического равновесия в Провинции Канада — временное явление. Депрессия 1857–1858 гг. шла на убыль, и правительство провинции удержалось, приняв Оттаву в качестве будущей столицы. Для создания Конфедерации не было сделано почти ничего, но самая возможность этого была предана гласности и стала предметом обсуждения. И это уже было кое-что.

Консервативная партия Провинции Канада относилась к идее Конфедерации скорее со страхом. Прежде всего, ее создание было большим шагом, поскольку даже консерваторы неохотно признавали, что в состав Конфедерации придется включить Северо-Запад (территорию КГЗ, называвшуюся Землей Руперта). Консерваторы и некоторые реформаторы считали этот регион всего лишь огромным «белым слоном», огромной пустынной территорией, управление которой будет только поглощать значительные средства. Заселение Северо-Запада, по их мнению, могло произойти только спустя десятилетия.

Реформистская партия, которую не удовлетворяло тогдашнее положение Северо-Запада, проводила более напористую политику по отношению к нему. Реформистам было тяжело находиться в одной политической упряжке с франкоканадцами, и они были вполне уверены в том, что провинции необходимы изменения. Их не сильно волновала жизнь Атлантических колоний, но очень беспокоило «франкоканадское доминирование» в Провинции Канада. При этом реформисты не хотели полного разрыва с франкоканадским регионом на востоке Канады, так как железные дороги, каналы и порт Монреаля имели для них слишком большое значение. Они собирались создать что-то вроде общего рынка для двух частей провинции, с тем чтобы объединить основные коммуникации и транспорт, разделив и так не имевшие ничего общего культурные учреждения этих частей. В ноябре 1859 г. члены Реформистской партии собрались на большой съезд в Торонто, где скрытые сепаратистские настроения и стали явными.

Это был съезд Джорджа Брауна, и это была его партия. Браун был высоким, довольно грубоватым шотландцем с длинным лицом, напоминавшим бутылку виски «Джонни Уокер». Принадлежавший по своему вероисповеданию к Свободной пресвитерианской церкви[276], Браун негативно относился к католикам, и политика, которую он проводил, была антикатолической. Используя свою газету «Глоуб» (Торонто), он создал политическую партию преимущественно из фермеров-протестантов, проживавших в западной части провинции. Реформистская партия ставила перед собой две главные цели, которые в дальнейшем она преследовала все более и более активно.