Кристофер Мур – Грязная работа (страница 33)

– Резиновые куклы? – уточнил Чарли.

– Они самые, – сказал Рей. – Да ну их к буйволу, ты тут не из-за них.

Рей, конечно, был прав. Чарли пришел сюда не ради них. Рейчел умерла пять лет назад, и все говорили, что ему нужно вернуться к игре, но пойти с бывшим полицейским в спортзал он согласился не из-за этого. Слишком много времени он проводил один, особенно когда Софи пошла в садик; ведя двойную жизнь, Чарли стал подозревать, что все вокруг, наверное, такие же. А поскольку Рей тоже держался наособицу, много разговаривал об умерших соседях и, похоже, не выходил ни в какой свет, за исключением филипин, с которыми общался онлайн, Чарли заподозрил, что Рей – серийный убийца. И потому решил поближе сойтись с Реем и выяснить наверняка.

– Значит, они вроде любовниц? – спросил Чарли. – Как в Европе?

– Ну вроде, – ответил Рей. – Вот только ты видел когда-нибудь, чтобы любовницы так старались понравиться? Мне кажется, “резиновые куклы” будет точнее, потому что с возрастом хрычи перестают обращать на них внимание и у них больше ничего не остается. С ними покончено, они сдуваются.

– Боже мой, Рей, ты к ним суров. – “Возможно, Рей преследует кого-нибудь из этих баб”, – подумал Чарли.

Рей пожал плечами.

 Чарли снова оглядел ряд идеальных “мадам сижу”, пригнулся под бременем собственных лет – все равно, есть у него ребенок и две гигантские собаки или нет их, – и сказал:

– Я хочу себе резиновую куклу.

“Ага! – подумал Рей. – Он выбирает жертву”.

– Я тоже, – сказал он. – Но таким, как мы, Чарли, резиновых кукол не видать. Нас они просто игнорируют.

“Ага! – подумал Чарли. – Проглядывает озлобленный социопат”.

– Так ты меня поэтому сюда привел – чтобы я демонстрировал роскошным женщинам, насколько я не в форме, а они бы меня все равно не замечали?

– Не, на резиновых кукол прикольно смотреть, но сюда и нормальные тетки ходят. – “И тоже со мной не разговаривают”, – подумал Рей.

– И тоже с тобой не разговаривают, – сказал Чарли. “Просто видят, что ты убийца-психопат”.

– Это мы поглядим в баре, когда пойдем пить сок, – ответил Рей. “Где я сяду так, чтобы видеть, как ты выбираешь себе жертву”.

“Больной дрочила”, – подумали оба.

Чарли проснулся и обнаружил в ежедневнике не одно имя, а три; на последнее – Мэдисон Маккёрни – ему оставалось всего три дня. Чарли держал дома стопку газет и обычно просматривал все за месяц – искал некролог на своего нового клиента. Однако чаще, если адские псы хоть немного его не теребили, он просто ждал, когда имя возникнет в похоронной колонке, и только потом отправлялся изымать сосуд, когда легче было проникнуть в дом – вместе со скорбящими или под видом скупщика. Но теперь ему выпало всего три дня, Мэдисон Маккёрни в газетах не объявилась, а это значило, что она еще жива, только в телефонной книге Чарли ее тоже не нашел, а это значило, что шевелиться надо быстро. По субботам миссис Лин и миссис Корьева любили ходить на рынок. Чарли позвонил сестре и вызвал ее посидеть с Софи.

– Я хочу братика, – заявила Софи тете Джейн.

– Ой, милая, прости, но это вряд ли, потому что для братика папе придется заниматься сексом, а этого не произойдет никогда.

– Джейн, не разговаривай с ней так, – сказал Чарли. Он делал всем сэндвичи, не понимая, отчего делать сэндвичи всегда выпадает ему. Софи же он посоветовал: – Солнышко, ты бы сходила к себе в комнату и поиграла с Элвином и Мохаммедом? Папе нужно поговорить с тетей Джейн.

– Ладно, – ответила Софи и ускакала к себе.

– И не переодевайся больше, и так хорошо, – крикнул Чарли ей вслед. – За утро у нее это уже четвертый наряд, – сообщил он Джейн. – Она меняет их с такой же скоростью, как ты подружек.

– Ай. Нежнее, Чак, я чувствительная и по-прежнему в силах надрать тебе задницу.

Чарли шлепнул майонез на ломоть пшеничного хлеба – показать ей, что не шутит.

– Джейн, я не уверен, что ей полезно, когда вокруг разнообразные тетушки. Ей и так уже досталось, когда она мать потеряла, а теперь, раз ты уехала, по-моему, ей вредно привязываться ко всем этим женщинам. Их опять выдернут у нее из жизни. А ей нужно постоянное женское влияние.

– Во-первых, я не уехала. Я просто переехала на другой конец города и с девочкой вижусь так же часто. Во-вторых, я не развратна, у меня просто говенно получается с отношениями. В-третьих, мы с Кэсси вместе уже три месяца и пока у нас все прекрасно, поэтому я и переехала. И в-четвертых, Софи не теряла мать – у нее никогда не было матери, у нее был ты. И если хочешь остаться приличным человеком, тебе нужно трахнуться.

– Вот об этом я и говорю – нельзя так разговаривать при Софи.

– Чарли, но это же правда! Софи сама все видит. Хоть и не знает, зачем это, но у тебя на лбу написано, что тебе этого не хватает.

Чарли оторвался от конструирования сэндвичей и подошел к стойке.

– Дело не в сексе, Джейн. Дело в человеческом контакте. Я как-то на днях стригся, парикмахерша грудью задела мне плечо – и я чуть не кончил. И едва не расплакался.

– Похоже на секс, братишка. Ты был с кем-нибудь после того, как Рейчел умерла?

– Сама же знаешь – нет.

– Это неправильно. Рейчел бы так не понравилось. Ты должен об этом помнить. В смысле, она тебя пожалела и с тобой связалась, а это нелегко, если учитывать, что она была достойна лучшего.

– Пожалела?

– Ну да. Она милая женщина, а тогда ты еще не был так жалок, как сейчас. И волосы погуще, и не было ребенка и двух собак размером с “вольво”. Черт, наверняка же есть какой-нибудь орден, где монашки лягут с тобой из милости. Или епитимью отработать.

– Прекрати, Джейн.

– Сестры Неослабных Мук Суходрочки.

– Да у меня все не так плохо, – возмутился Чарли.

– Священный Орден Святых Стояка и Отсоса, покровителей сетевой порнухи и неизлечимых дрочил.

– Ладно, Джейн, прости меня, что я так сказал про смену подружек. Я был не вправе.

Джейн откинулась на табурете и скрестила на груди руки с видом удовлетворенным, но скептическим.

– Однако проблема остается.

– У меня все прекрасно. У меня есть Софи и свое дело. Мне подружка не нужна.

– Подружка? Подружка для тебя – это слишком амбициозно. Тебе просто надо кого-то уестествить.

– Не надо.

– Надо.

– Да, надо, – сдался Чарли. – Только сейчас мне пора. Тебе нормально за Софи присмотреть?

– Конечно, я ее к себе отвезу. У меня на улице есть противный сосед, я хотела познакомить его с щеночками. Они умеют какать по команде?

– Сумеют, если Софи им скажет.

– Идеально. Ну, до вечера. Дай мне слово, что позовешь кого-нибудь на свидание. Или по крайней мере поищешь, кого бы позвать.

– Даю.

– Хорошо. Тебе уже подогнали тот синий костюм в полоску?

– Не лазь ко мне в гардероб.

– Ты разве никуда не собирался?

Рей прикинул: история запросто могла начаться, когда Чарли поубивал зверюшек, которых натаскал домой. Может, купить пару здоровенных собак – это был вопль о помощи: пропажу таких любимцев наверняка заметят. Судя по кино, все так начинают: сначала зверюшки, совсем немного погодя – автостопщики и уличные шлюхи, а скоро уже мумифицируют целый выводок вожатых из детского лагеря и рассаживают их заскорузлые останки за карточный стол в своей горной берлоге. Горная берлога Чарли как-то не подходила, потому что у него аллергии, но это может указывать на его дьявольский гений. (Рей работал патрульным, изучать психологию преступника ему не было необ-ходимости, а все его теории тяготели к красочности – побочка воображения бета-самца и обширной коллекции DVD.)

Но Чарли раз десять просил Рея выйти на знакомых в Отделе транспортных средств и отыскать каких-то людей – и все эти люди через пару недель оказывались на кладбище. Но не убитыми. И хотя за последние годы в лавке появлялось много вещей свежих покойников (на каких-то Рей отыскивал номера, которые ставили на случай ограбления, передавал их приятелю в полиции, и тот по ним определял владельцев), никого из хозяев тоже не убивали. Было несколько несчастных случаев, но по большей части смерть наступала от естественных причин. Либо Чарли хитроумен до необычайности, либо Рей лишился рассудка, а такую возможность он не отвергал хотя бы потому, что в ее пользу могли свидетельствовать три его бывшие жены. Вот он и придумал эту уловку с тренировкой в спортзале – выведать у Чарли хоть что-нибудь. Но с другой стороны, Чарли всегда относился к Рею очень хорошо, и если окажется, что у него и впрямь нет горной берлоги, набитой мумифицированными вожатыми, Рей знал, что ему будет неловко.

Что, если у Чарли на самом деле все в порядке, – ну, кроме того, что ему надо с кем-нибудь трахнуться?

Рей болтал в чате с Эдуардо – своей новой подружкой с “Отчаявшихся-Филипин.ком”, – когда по черной лестнице спустился Чарли.

– Рей, ты не найдешь мне кое-что?

– Секундочку, только разлогинюсь. Чарли, глянь, какая у меня теперь девчонка. – Рей увеличил на мониторе фото очень накрашенной, однако симпатичной азиатки.

– Хорошенькая, Рей, только сейчас я не смогу дать тебе отпуск съездить на Филиппины. Пока мы не наймем кого-нибудь вместо Лили. – Чарли вгляделся в монитор. – Слушай, ее же зовут Эдуардо.

– Я в курсе. Это по-филиппински. Вроде Эдвины.

– У нее щетина.

– Ты просто расист. У некоторых народов на лице больше волос, чем у других. Мне это без разницы, я хочу личность – честную, заботливую и привлекательную.