Кристофер Голден – Вот мы и встретились (страница 53)

— Всем доброе утро, — раздался голос директора Чедберна, лишенный всякой шутливости. Дальше последовал момент колебания, в течение которого система просто шипела, а затем пухлый, почти неизменно веселый мужчина снова заговорил. — Прошу вашего внимания. С глубочайшей грустью я должен проинформировать вас о том, что вы потеряли одного из своих товарищей. Некоторые уже могут об этом знать, а для тех, кто не знает; я сообщаю о том, что один из учащихся выпускного класса погиб в субботу вечером в результате дорожно-транспортного происшествия. Водитель машины с места происшествия скрылся. В час дня в главном зале состоится собрание, а консультационный персонал будет готов поговорить со всеми, кому это потребуется. Я очень сожалею о том, что мне приходится делиться с вами такими ужасными новостями. Нам всем будет очень недоставать Майкла Лейбо.

Холод. Эшли объял холод. Лед словно бы проник до костей. Лицо ее упало, и эта потеря контроля распространилась по всему ее телу. Девочка ощущала, как к глазам подступают слезы, хотела, чтобы они скорей полились жаждала ощутить их тепло. Когда слезы наконец заструились у нее по щекам, обжигая кожу, Эшли испытала облегчение и благодарность. Воздух с протяжным хрипом выскользнул из ее легких. Шатнувшись назад к шкафчику, девочка затылком ударилась о металл. Подобно марионетке с обрезанными нитками Эшли соскользнула вниз по шкафчику, жестко оседая на пол.

Слезы жгли щеки, но Эшли ими наслаждалась.

Уилл и Брайан — взрослые Уилл и Брайан — попытались спасти Майка, но у них ничего не получилось. Они вернули машину, а потому Эшли считала, что все у них… «О Господи, нет…» — вдруг подумала она. Затем Эшли обеими руками прикрыла рот, чтобы не закричать. Майк был мертв. У них ничего не получилось. Так где же они были теперь? И как они объяснят разбитое ветровое стекло?

Майк был одним из них. Одним из их компании. Их другом. Теперь там, где он был, в мире зияла дыра. В том месте, которое Майк занимал в их жизни, тепе!» была открытая рана. «Один из нас мертв, — подумала Эшли. — Один из нас».

И все-таки жизнь в средней школе Истборо шла своим чередом. Не все дружили с Майком. Не все его знали. Даже в тот момент, когда Эшли позволила своему затылку снова удариться о металлический шкафчик, у многих учеников шок от директорского объявления уже прошел. Они уже двигались, направляясь к своим классам, как будто ничего не случилось.

Но не все.

У Уилла по подбородку текла кровь. Он прокусил себе нижнюю губу.

— Господи, — шептала Кейтлин. В ее голосе звучала мольба, превращая в молитву те слова, которые обычно использовались для выражения досады. — Боже мой, Господи. Господи Иисусе. — Рука девочки словно бы сама собой поднялась, прикрывая таза, а лицо ее сжалось, словно Кейтлин пыталась сдержаться в своем горе. А затем из-под ее ладони хлынули обильные слезы, смешиваясь не то с молитвенными, не то с богохульными репликами.

Дэнни просто онемел. Взор его переходил с одного лица на другое. Он так оглядывал всю компанию, как будто искал какого-то объяснения. Вид у него был потерянный. Никто из них не мог произнести ни слова, если не считать непрерывного бормотания Кейтлин. Но теперь Эшли заметила, что внимание Уилла привлекло что-то еще. Он смотрел куда-то дальше по коридору. Эшли повернулась проследить за его взглядом.

В дальнем конце коридора стоял Брайан Шнелль — стоял, словно парализованный, такой же разбитый, как и все они. Глаза Брайана были закрыты, и он слегка покачивался, как будто собирался вот-вот упасть в обморок. Затем он открыл глаза, увидел, что Уилл за ним наблюдает; и повернулся, чтобы уйти.

Кто-то хныкал от горя, и Эшли потребовалось какое-то время, чтобы понять, что эти звуки исходят из нее. Тогда она крепко зажмурила глаза, и полились новые слезы. Чья-то рука тронула ее за плечо, и в тело Эшли проникло чуточку тепла, она испытала хоть какое-то утешение. «Рука Уилла», — подумала девочка. Он всегда был готов ее поддержать. Однако, раскрыв глаза, Эшли с удивлением обнаружила, что руку ей на плечо положил Дэнни. И тут же ощутила угрызения совести за немилосердные мысли о нем всего лишь несколько минут тому назад.

— Тсс, Эшли, ничего-ничего, — прошептал Дэнни. — Ты здесь не одна. Мы поможем друг другу. Брось. Давай я тебя подниму.

Он начал ее поднимать, и Эшли не стала сопротивляться.

Кейтлин вся дрожала. Невольно закатив глаза, она глядела в потолок.

— Просто не верится, что он… что он так это сделал. Просто… просто вот так об этом объявил. Как будто это так, ничего особенного. Как будто Майк стал учеником месяца или еще кем-нибудь в таком роде. Господи Иисусе, как будто он объявил о празднике в честь футбольного матча.

Эшли уже была на ногах, глазея на Кейтлин, когда та заметила кровь на подбородке у своего приятеля.

— Господи Иисусе, — прошептала Кейтлин, уставившись на него. — Уилл, у тебя кровь. У тебя весь рот в крови.

Трясущими руками Уилл потянулся к своему рту. Когда пальцы коснулись нижней губы, он вздрогнул от боли. Эшли наблюдала за тем, как Уилл пробегает по губе языком и слизывает кровь с раны. Затем он взглянул на свои пальцы, липкие от крови после того, как он коснулся ими губы и подбородка.

И тут Уилл буквально развалился на куски. Он был лучшим другом Эшли, и ей невероятно мучительно было наблюдать за тем, как лицо Уилла кривится, и он начинает плакать.

— Почему Майк? — с трудом выдавил из себя Уилл. Слова застревали у него в глотке. — Ну почему именно он?

Эшли протянула к нему руку, желая хоть как-то его поддержать, но Уилл даже не смог встретиться с ней взглядом. Протолкнувшись мимо Дэнни, слепо заковылял, устремляясь к двери в мужской туалет. Дверь туалета с треском распахнулась, а затем негромко закрылась за ним.

Долгое время все трое оставшихся смотрели в пол прямо перед собой. В конце концов Дэнни и Кейтлин почти одновременно поняли, что им нужно в учительскую, но Эшли лишь попрощалась с ними и сказала, что они поговорят потом. Всем было больно.

Однако Эшли не ушла из коридора. Вытерев слезы с лица, она стала терпеливо дожидаться, пока Уилл выйдет из туалета. Когда он наконец снова появился в коридоре, девочка взяла его за руку и заставила заглянуть ей в глаза.

— Уилл, — сказала она. — Нам надо поговорить.

Усталый, грязный и давно небритый Уилл Джеймс стоял у дверей сберегательного банка Истборо, дожидаясь Брайана, и прикидывал, догадываются ли прохожие о том, что он бездомный бродяга. Воскресенье, как показалось, тянулось целую вечность, и все же горе и угрызения совести, которые Уилл испытывал по поводу событий субботнего вечера, странным образом притупили все остальное и тем самым помогли ему пережить этот день.

Брайан настаивал на том, что Майка вытолкнули прямо под машину. Уилла не в чем было винить. И все же воспоминания о том тошнотворном звуке, с которым тойота сбила Майка, а также о крови, разлитой под головой трупа на мостовой, никуда из его головы не делись. Сколько Уилл ни пытался их оттуда вытряхнуть, ничего у него не получалось.

И все же в течение последних дней Уилл четко усвоил ту истину, что, пожалуй, никакие воспоминания не были неизменными. Они могли выветриваться. Или стираться.

Две ночи они с Брайаном провели на сеновале в амбаре у Джиллиан Мэнсар. Они перешептывались, спорили и плакали, а Уилл расхаживал взад-вперед, пока шли часы, и начинало вставать солнце, прикидывая, не может ли Брайан все-таки неким образом быть в этом замешан. Уилл сильно в этом сомневался — особенно видя боль в глазах старого друга. Но Уилл больше не желал ничему и никому доверять. Ни глазами, ни воспоминаниям… ни даже своим друзьям.

И тем не менее в то воскресенье он принял сознательное решение доверять Брайану. Уилл чувствовал, что у него просто нет другого выхода. А кроме того, ему пришлось признаться (по крайней мере самому себе), что из подобной переделки гораздо лучше выбираться в компании с кем-нибудь. Только не в одиночку. Так у него оказывалось хоть какое-то утешение.

Потратив все воскресенье на споры и планирование, Брайан решил, что им лучше вернуться обратно к Эшли, но Уилл наотрез отказался так рисковать. Впрочем, его настойчивость в этом вопросе была связана не столько с риском, сколько с одним простым фактом. Уилл просто не мог заставить себя рассказать Эшли о том, как капитально они просрались, о том, что они… нет, что он сам, чуть ли не собственными руками, убил Майка Лейбо. Всякий раз, как Уилл об этом думал, в горле у него поднималась желчь. Рассказ Эшли о том, как именно было разбито ветровое стекло тойоты ее отца, как пить дать вывернул бы его наизнанку.

Поэтому они с Брайаном так и не вернулись к Эшли. Однако им по-прежнему требовался автомобиль, а угнать его они не могли, ибо понятия не имели о том, сколько им придется здесь прокантоваться, прежде чем они вернутся назад в свое время. Друзья также нуждались в еде и крове. К счастью, они обнаружили у себя целых сорок семь долларов в банкнотах, достаточно старых, чтобы их можно было тратить и не быть при этом арестованными в качестве фальшивомонетчиков.

Сорока семи долларов хватило довольно надолго. Буквально через минуту после открытия аптеки они туда зашли и купили там пару зубных щеток заодно с большим тюбиком зубной пасты. Уилл очень радовался тому, что Брайан согласился с ним на предмет этой части их плана. Во-первых, у Уилла был настоящий пунктик по поводу регулярной чистки зубов, а во-вторых, у Брайана по утрам жутко воняло изо рта. Завтрак они пропустили, после чего взяли кое-какие субпродукты на ленч и пиццу на обед. К тому времени, как друзья тем вечером проскользнули в амбар Мэнсаров, у них еще оставалось четырнадцать долларов с мелочью.