Кристофер Голден – О святых и тенях (страница 43)

Он посмотрел на них, казалось, их вполне удовлетворило его объяснение. Они ничего не узнают о действиях Гарбарино.

— Из Рима отправится специальный поезд, мы подготовим его в нашем депо. Вам следует позаботиться, чтобы все о нем знали, он будет формироваться в двух с половиной милях от станции. И вот что, Томас.

— Сэр?

— Предупреди наших людей в Венеции о прибытии поезда Пусть встречают нас ровно в полночь, к северу от станции Санта-Лючия, на складе возле церкви Скальци. К этому времени все должно быть готово, нам нужно будет подъехать к городу, занять позиции, мы выступим на рассвете.

— Ночью, святой отец? Можем ли мы быть уверены, что ночью нас не обнаружат? — спросил Исаак.

— Конечно, противник заметит, возможно, некоторых даже убьет. Однако на рассвете мы должны быть готовы к атаке. Передайте всем нашим людям: ночью никто не должен нападать на Непокорных. Если кого-то из нас атакуют, можно защищаться, это понятно, но если это произойдет, нужно прикончить всех нападавших Непокорных, чтобы они не сумели предупредить своих собратьев.

— А что с обычными людьми? Как быть с ними во время схватки?

— Мы уже говорили об этом раньше, Томас. Мы не должны допустить, чтобы люди увидели чудовищ и нашу схватку с ними. Но если до этого дойдет, вы знаете приказ. Люди могут и погибнуть. Может быть, что чья-то собственность будет уничтожена или повреждена, ведь огонь — наше лучшее оружие. Еще вопросы есть?

— Сейчас нет, святой отец, — мягко ответила Мария.

— Нет, сэр, — в один голос сказали братья Монтези.

— Встретимся здесь же через час. Вы должны быть готовы к полному отчету, а я дам вам дополнительные инструкции.

— Во имя Господа, — сказали все четверо.

— Во имя Господа, — ответил Малкеррин.

Странным было само появление незваного гостя. Они никогда прежде не встречались, но его лицо и Питеру, и Меган показалось знакомым, и это тоже было странным. Он появился как раз тогда, когда Питер и Меган собирались, так сказать, познакомиться поближе, что уж и говорить, как он пришел к ним. Ведь, кроме Питера, никто не мог постучать в окно мчавшегося поезда. Однако это было не все. Войдя в купе, госта назвал Питера его первым смертным именем — Никифор Драгазес. Когда первый момент удивления прошел, Питер почувствовал раздражение.

— Значит, вы меня знаете, — сказал он.

— Полагаю, да, — ответил незнакомец.

— Не припомню, чтобы мы раньше встречались.

— О да, вы меня не видели, но я с вами, Никифор Драгазес, хорошо знаком. — Он вновь повторил имя Питера, чем немало оскорбил его.

— Черт подери, откуда вы знаете это имя? — прорычал Питер.

Незнакомец отступил на шаг, обезоруживающе подняв руки.

— Пожалуйста, сэр. Я не хотел вас оскорбить. У нас общее горе, мы переживаем смерть нашего друга и отца Карла фон Рейнмана, — заявил гость, опустив и руки, и голову.

Питер не был уверен, что гость говорит правду.

— Как тебя зовут, брат? — спросил он незнакомца.

— Коди Октябрь, — не без гордости ответил тот.

Питер Октавиан рассмеялся и покачал головой, показывая тем самым, что вовсе не хотел оскорбить Коди. Смех только искрился в его глазах.

— О черт, ты нас напугал. Вот почему твое лицо показалось мне знакомым.

На этот раз удивился Коди.

— Но мы уже выяснили, что никогда не встречались.

— Я сожалею об этом, эта встреча для меня — большая честь, — сказал Питер.

Они пожали друг другу руки.

— Я много лет восхищался твоим свободолюбием, да и прочими талантами тоже.

Коди покраснел, если можно так сказать о бессмертном, и низко поклонился Питеру и Меган.

— Я польщен.

— Хм-м-м, — откашлялась Меган.

Питер повернулся к ней, он уже немного пришел в себя от удивления.

— Извини. Меган Галахер, разреши представить тебе Уильяма Ф. Коди, — сказал Питер.

Меган с улыбкой кивнула, а Коди снова поклонился ей.

— Впрочем, Коди больше известен как Буффало Уилл¹⁵.

«Буффало Уилл?!»

Меган посмотрела сначала на Коди, потом на Питера, в ее глазах читалось сомнение.

— Да ладно, этого не может быть, — сказала она, имитируя бостонский акцент.

Коди скорчил гримасу.

— Если честно, мне никогда не нравилось это прозвище, я предпочитаю Уилл, или Коди, с другой стороны, именно оно сделало меня знаменитым. Впрочем, известность хороша далеко не всегда.

— Не могу поверить, — пробормотала Меган, качая головой. — Интересно, кто следующий? Сидящий Бык?¹⁶

— К сожалению, нет, — ответил Коди.

Впрочем, Меган и не ждала другого ответа.

— Из-за этого ублюдка Маклолина¹⁷ мой кровный брат давно мертв.

Затем обратился к Октавиану:

— Питер… или ты предпочитаешь свое настоящее имя?

— Не больше, чем ты свое прозвище.

— Неплохо сказано. Простите, что я испортил вам с Меган!., хм-м-м, вечер, но раз уж я здесь, может быть, нам следует заглянуть в книгу?

Слова Коди вернули Питера и Меган к реальности.

— А что тебе известно о книге? И откуда ты знаешь, что она у меня? — спросил Питер, вновь охваченный подозрениями.

— Ну, честно говоря, я не случайно угадал, что вы окажетесь в этом поезде. Я наблюдал за Ватиканом, надеясь, захватить кого-нибудь и задать ему пару вопросов. А вот о книге, как я полагаю, мне стало известно из того же источника, что и тебе.

— И откуда же? — спросила Меган.

Она по-прежнему очень о многом даже и не догадывалась. Ей было страшно, но она решила никогда не показывать свой страх.

— От Карла, естественно, — разведя руками, ответил Коди.

— От Карла? — удивился Питер.

— Конечно. Он уже много лет пытался отыскать книгу. Мне кажется, из-за этой книги его и убили. Он ведь не был таким старым и могущественным, как остальные жертвы.

— О чем ты? — спросил Питер.

Впрочем, ему совсем не хотелось услышать ответ.

— Проклятье, что здесь происходит? — пробормотала Меган.

И Коди рассказал все, что ему было известно об убийствах, об интересе Карла к книге, о покушении в Монте-Карло и о том, как он наблюдал за Ватиканом. В ответ Питер и Меган поведали ему о кардинале Жискаре, об убийствах, которые привели к схватке с Малкеррином, и о других совпадениях, которые заставили Питера принять участие в сражении.

— Знаешь, — сказал в заключение Питер, — я думал или отложить поиски убийц Карла до тех пор, пока не разберусь с книгой, или предоставить месть клану. Но теперь… все дороги ведут в Рим.

— Ты снова про какой-то клан, — вмешалась Меган, — я так ничего о вас и не знаю. Если вы оба — члены одного клана, как вы могли не знать друг друга?