Кристофер Фаулер – Руна (страница 82)
— Как ты намерена поступить с библиотекой? — спросил Брайан.
— А как я могу с ней поступить? Так и буду сидеть, сражаясь то с попечительским советом, то со строителями. Коллекция должна остаться в неприкосновенности. Нельзя допустить, чтобы она попала в недобрые руки.
Они подошли к возвышавшейся на вершине холма статуе.
— А что стало с “ОДЕЛ”? — поинтересовалась Дороти, останавливаясь, чтобы немного отдышаться. Мэй цинично ухмыльнулся:
— А вы разве не слышали? Выход запланированной передачи в эфир на время отложен, пока мы не завершим изучение их финансовых документов. В сущности, мы можем выдвинуть против них лишь незначительные претензии, да и то сугубо фискального свойства. Судя по всему, к тому времени, когда полиция ворвалась в здание “ОДЕЛ”, все уличающие их дискеты, пленки и прочие “зараженные” рунами материалы оттуда уже успели вынести. Все вымели подчистую, и никто не знает куда.
— Но ведь у вас же должны быть какие-то подозрения?
— У нас с Джоном есть нечто большее, чем просто подозрения, — проговорил Брайан. — Благодаря тебе мы располагали видеокассетой.
— Ты сказал об этом в прошедшем времени...
— Ну да, а все потому, что когда я извлек ее из одного из сейфов в нашем участке, служащих для хранения вещественных доказательств, то выяснилось, что кто-то уже стер с нее всю запись. И это еще не все. Харгриву сказали, что до окончания официального внутреннего дознания это дело изымается из его производства.
— Выглядит прямо как один из заговоров, о которых то и дело твердил Фрэнк.
— Пока нас окончательно не отстранили от дела, я все же успел установить перечень основных держателей акций “ОДЕЛ” и выяснил, что прямо или косвенно, но их львиная доля принадлежит правительству Ее Величества. Все ключевые министры так или иначе связаны с “ОДЕЛ” — в основном через пакет оборонных контрактов, подробности которых, скорее всего, сокрыты за семью печатями в каком-нибудь мрачном офисе на Уайтхолл.
— Нам следовало догадаться, что вся эта затея с самого начала была санкционирована политическими верхами, — проговорил Мэй, — а мы повели себя как самые обычные детективы, которые не способны заглянуть чуть дальше трупов. Когда же сам Кармоди умер...
— ...это стало очевидным, — закончил за него Брайан, распахивая дверцу машины и приглашая Дороти садиться.
— Что ни говори, а этот человек действительно обладал даром предвидения, хотя и весьма извращенного толка. Но при этом он тем более не должен был браться за изготовление кассеты, способной причинить вред ему самому. Значит, кто-то и его держал под контролем. Я лично не исключаю, что здесь замешано министерство обороны, которое, возможно, руками его же специалистов изготовило подобную пленку. Что ж, вполне надежное средство воздействия, как говорится, про запас — на тот случай, если их вундеркинд вздумает укусить кормящую его руку.
— А его жена каким-то образом узнала про это.
— Не исключено, что ей прямо сказали про существование этой пленки. И все же нам так никогда и не узнать, что именно заставило Силию Кармоди воспользоваться ею. Ты считаешь, что “ОДЕЛ” снова вернется в большой бизнес?
— Они наверняка попытаются сделать это, — хохотнул Брайан, отжимая сцепление.
— А что в этом смешного? — спросила Дороти.
— Мы попросили нашего юного друга найти себе новое хобби, — сказал Мэй.
В тот самый момент, когда они вели эту беседу, на другом конце города Руфус и Киркпатрик продолжали свою работу, тайком используя нерабочее время полицейского компьютера в целях разработки схемы рунических вирусов, которой суждено было поразить всю систему “ОДЕЛ”, когда она снова войдет в действие. То обстоятельство, что оба участника этого дуэта являлись своего рода гениальными изгоями общества, сближало их и позволяло наслаждаться обществом друг друга.
— Разумеется, они снова примутся за старое, — сказал Брайан, трогаясь с места и наезжая краем машины на цветочную клумбу, — но в следующий раз мы тоже уже будем, что называется, во всеоружии.
— Да ты же вроде собирался на пенсию, — сказал Мэй. — Мне показалось, что современные преступления слишком грязны для тебя. Сам же сказал, что хочешь провести остаток дней на собственном участке, выращивая морковку.
— Как ты можешь такое говорить? — возмутился Брайан. — У меня и участка-то нет. — Тоже мне, морковку... Кстати, если ты шевельнешь своими ослабшими извилинами, то возможно, и вспомнишь, что “Мгновенный образ” получил отнюдь не всю партию украденных Колтисом видеокассет. Около ста штук все еще находится на руках и бродит черт знает где. Так что надо же кому-то проявлять бдительность! Да и потом, ты уже дважды попадал в больницу, и нельзя исключать, что после очередной подобной драмы вообще концы отдашь. Разве могу я в подобных условиях оставить тебя одного?
Мэй выразительно посмотрел на Дороти.
— Итак, ты остаешься.
Брайан небрежно фыркнул и стал всматриваться в дорогу.
— Полагаю, я должен это сделать.
Их маленькая машина дважды крутанулась по площади Блэкхит, прежде чем нашла нужный поворот, после чего устремилась в сторону Сити.
— Нам бы надо засветло добраться до ресторана, — заметил Брайан. — Кажется, у меня фары не работают.
ЗАГАДОЧНАЯ СМЕРТЬ ПРЕДСЕДАТЕЛЯ ПРАВЛЕНИЯ КОРПОРАЦИИ “ОДЕЛ”
Как сообщили полицейские источники, тело, найденное два дня назад игравшими возле стока канализационных труб в Южном Лондоне ребятишками, принадлежит семидесятиоднолетнему президенту “ОДЕЛ Инкорпорейтед” Сэмюелу Хэрвуду, которому недавно было предъявлено обвинение в связи с проводимым полицией расходованием деятельности этой транснациональной корпорации, занимающейся проблемами развития средств коммуникаций. Полицейские эксперты были весьма озадачены обстоятельствами смерти Хэрвуда, который, судя по всему, в вечернее время случайно свалился в водосток и утонул из-за внезапного притока дождевой воды.
— Это он, — сказал Гарри, указывая на помещенную в газете фотографию председателя “ОДЕЛ”. — Именно этого человека в той моей галлюцинации дикое чудовище разорвало на части.
— Кармоди понимал, что он лишь приступил к освоению подлинной силы рун, и остается только гадать, осознавал ли он, как много еще в этом деле предстоит познать. — Грэйс прислонилась к перилам речного трамвайчика, наблюдая за тем, как он отчаливает от пристани Вестминстера. Небо наконец прояснилось, а воздух наполнился чистой, приятной прохладой. Резкий контур ее прежней стрижки сменился более плавной линией, хотя она категорически отказалась расстаться со своим дождевиком и ботинками. Гарри протянул ей пластиковую чашку с дымящимся напитком.
— Как ты считаешь, почему англичане пьют так много чая? — спросила она, обхватывая чашку ладонями.
— Это помогает думать.
— Ты очень будешь скучать по своей квартире? Гарри чуть задумался.
— Пожалуй, только по открывавшейся за окном панораме. Вернувшись домой, он обнаружил, что его квартиру в третий раз обыскали, после чего принял окончательное решение отказаться от нее. Он догадывался, что это дело рук людей из “ОДЕЛ”, которые продолжали тайком присматривать за ним, хотя каких-либо доказательств на этот счет у него, естественно, не было.
— Кстати, — заметил он, — я прошел еще одно собеседование.
— С кем же?
— С представителем Палаты исследования потребительского рынка. Есть такая организация, объединяющая сторожевых псов нашей индустрии. А что? Необходимый для такой работы опыт у меня имеется. — Когда трамвайчик оказался под сенью Моста доминиканцев, Гарри обнял Грэйс за талию. — Знаешь, все это время я довольно часто размышлял на тему дьявола.
— И что же?
— Мне почему-то кажется, что он уже вернулся на Землю. И остановила его всего лишь горстка людей, которых объединило нечто большее, чем просто прихоть судьбы.
— Я всегда считала тебя слишком холодным и рациональным, чтобы задумываться над подобными вещами.
— Таким я и был, а потом, как видишь, изменился. Ты была знакома с Фрэнком Дрейком, он работал с Дороти Хаксли. Она знала Брайана, а Мэй — того паренька, который разработал антирунный вирус. И если бы в этой цепи отсутствовало хотя бы одно-единственное звено, мы так и не смогли бы укротить “ОДЕЛ”.
— Ты упустил самое важное звено. Если бы ты не проявил доброту по отношению к жене Кармоди, всего лишь по-человечески поговорив с ней, она никогда не набралась бы смелости обратить против него его же оружие.
Перед глазами Гарри снова всплыл запечатлевшийся в памяти последний образ Дэниела Кармоди — оплетенного проводами, окровавленного. И он невольно содрогнулся.