Кристофер Фаулер – Руна (страница 53)
Несмотря на почти двухсотлетнюю историю своего существования, собрание в Кэмдентауне, громко именуемое в кругах проповедников колдовства и черной магии “шабашем”, уже утратило свою былую популярность, в результате чего число его постоянных членов сократилось до семи человек, шестеро из которых были женщины. Эти люди собирались вечером по понедельникам в частной квартире, находившейся над баром “Конец света”, напротив станции подземки “Кэмдентаун”. Вплоть до недавнего времени этот бар носил название “У матушки в красном чепце”, в честь одной из самых злобных кэмденских ведьм. Там они организовывали нечто вроде посиделок с танцами, разбирали полученную “корреспонденцию, занимались прочими мелочами, после чего спускались в уютный бар, чтобы выпить немного джина с тоником. Время от времени они встречались с членами других аналогичных “шабашей”, однако предпочитали действовать сепаратно. Изредка Дороти знакомила их с сокровищами потаенного знания из собрания своей библиотеки. Сегодня же они пригласили ее на своего рода экстренное совещание.
Постучав в дверь рядом с баром, она невольно подивилась тому, что до сих пор никто не догадался о существовании их организации. Тем более что на укрепленной под дверным колокольчиком поржавевшей от времени стальной пластинке было прямо написано:
ОБЩЕСТВО СВЯТОГО ДЖЕЙМСА-СТАРШЕГО
— О, здравствуйте, — проговорила открывшая ей дверь маленькая и энергичная женщина лет пятидесяти. — Извините, что заставили вас ждать.
У нее было простое, добродушное лицо, а хорошо поставленный голос выдавал в ней человека либо привычного к публичным выступлениям, либо начинающего терять слух. Ее цветастый платок с трудом удерживал непослушные, малинового цвета волосы. Клипсы в ушах напоминали миниатюрные связки бананов, а на шее болталась цепочка с очками в пурпурной пластмассовой оправе, украшенной “алмазами”. Она изобразила приветливую улыбку, прищурив глаза, отчего они стали похожими на два полумесяца.
— Мы только начали, так что вы ничего не пропустили.
— Мэгги, как я рада снова видеть вас, — проговорила Дороти, ступая через порог. — Я принесла кое-какие книги, которые могут вам пригодиться.
— Спасибо, хотя боюсь, что, с учетом чрезвычайных обстоятельств, нам придется на время приостановить свои обычные занятия, — сказала женщина, провожая гостью вверх по крутой, слабо освещенной лестнице.
— Да что случилось-то?
— Знаете, мы все немного встревожены, — проговорила женщина, распахивая дверь. — Понимаете, в прошлый вторник Дорис должна была провести для нас сеанс магии, однако у нее взорвалась скороварка, и она не смогла приехать. Бетти тоже слегла с ногами, и нам ничего не оставалось, как заняться своими таблицами. Ну, мы провели кое-какие подсчеты как по длинной, так и по короткой планкам, и в итоге пришли к выводу, что нас, судя по всему, ожидает Армагеддон. — Она сделала секундную паузу. — Внушительно звучит, вы не находите? В общем, конец всей цивилизации, вот так-то.
Дороти вошла в небольшую гостиную на втором этаже дома, где участники “шабаша” сгруппировались посередине комнаты, образовав некое подобие круга.
— Привет! — воскликнула одна из женщин, легонько помахав ей рукой. — Мы как раз дошли до середины гимна. Нима забыла принести магнитофон, так что сегодня нам приходится обходиться без музыки.
Присутствующие медленно перемещались по кругу, повернувшись спинами к его центру и держась при этом за руки. Дороти прошла к стоявшему у окна старому стулу от обеденного стола и, присев, стала наблюдать за происходящим.
Мебель и ковер на полу были далеко не первой свежести, однако в целом здесь царила приятная атмосфера, невзирая на кипы газет, брошюр и рукописей, сваленных на полу. Но при этом Дороти нигде не обнаружила ни одной черной свечи. Стены были увешаны астрологическими таблицами и всевозможными графическими диаграммами, куда цветным карандашом вписывались соответствующие статистические данные. В углу примостился и компьютер, обрабатывающий километры цифровых данных.
Завершив свой странный танец, собравшиеся расселись кто где, причем явное предпочтение отдавалось молодой азиатке на сносях. Одиноко стоящий мужчина — бледный страховой агент, лицом напоминавший хомяка, — представился Дороти, смущенно пожав при этом плечами, словно его застигли за каким-то непристойным занятием.
— Общеизвестно, — голос Мэгги звучал спокойно и уверенно, — что Армагеддон, то есть последняя великая война на Земле, произойдет в конце двадцатого столетия. — Мы всегда заботились о благосостоянии и процветании этого славного города, а поэтому следим за знамениями Вселенной, чтобы первыми обнаружить проявления силы зла.
Она подошла к карте, раскрашенной в разные цвета, и сразу стала похожа на учительницу истории.
— За последние два месяца мы обнаружили целый ряд совершенно определенных знамений. Наши братья из хендонского филиала Общества Святого Джеймса-старшего также обратили на них внимание. Таким образом, сбываются все пророчества, ибо сказано, что первым знамением будет все увеличивающееся количество умирающих. Известно, что уже сейчас уровень смертности в Лондоне сравнялся с уровнем рождаемости. Далее сказано, что из праха павших восстанут силы порока — в результате недавних катастроф на фондовой бирже финансовые учреждения города все более трансформируются в новые могущественные конгломераты. Одна из этих злобных сил нашлет порчу на Землю. Прошу вас, взгляните вот сюда.
Она развернула номер “Файнэншл таймс”, один из заголовков которой гласил:
ВЗЛЕТ БРИТАНСКОЙ ПРОМЫШЛЕННОСТИ НА ГЛОБАЛЬНОМ УРОВНЕ
— Кстати, вам случайно не доводилось слышать о Четырех Задачах дьявола? — спросила Дороти, вспомнив, что сообщила кошка Эдны Уогстаф.
— О, было бы очень интересно узнать об этом. Ведь эти Задачи непосредственно связаны с пророчествами, — с кроткой улыбкой проговорила Мэгги, явно имея в виду телепередачу, прошедшую накануне. — В самом деле, весьма необычно уже то, что, вопреки обыкновению, они апеллируют не к отдельным индивидуумам, а к целой отрасли промышленности. На протяжении ряда лет оккультисты всего света бдительно следили за возможным появлением антихриста, будучи уверены, что дьявол непременно примет обличье какого-то вполне конкретного человека. Откуда же нам было знать, что вместо “Новостей психики” надо читать “Файнэшшл таймс”? Бог мой, сколько же времени мы потратили зря, отыскивая в колонках рождений и смерти зловещее число 666!
— Но каким образом Четыре Задачи соотносятся с отраслью промышленности? — спросила Дороти.
— Давайте посмотрим, мы ведь сделали некоторые записи. Она покопалась в лежавшей у нее за спиной кипе бумаг и, отыскав основательно потрепанный блокнот, нацепила на нос очки.
— “Обман глупцов”, то есть не что иное, как способность порождать ложные образы. Мы вполне вправе утверждать, что речь идет о тех манипуляциях общественным мнением, которыми занимаются современные средства массовой информации, реклама, все эти представители по связям с общественностью и тому подобное...
— Речи американского президента, — вставил страховой агент, — их всегда корректируют с учетом результатов компьютерных опросов по поводу того, что именно хотят слышать избиратели. Ничего себе, связь с общественностью!
— Благодарю вас, Найджел, — сказала Мэгги, хотя по ее тону можно было предположить, что впредь она не намерена слушать подобные заявления. — Далее, “Развращение невинных”. Ну что ж, это происходит сплошь и рядом. Сейчас бизнес готов пойти на все, лишь бы остаться на плаву. Так, насколько я помню. Третья Задача — “Уничтожение добра” — подразумевает устранение деловых конкурентов...
— А я думала, что это вырубка лесных массивов, — проговорила Нима.
— Нет, — уверенно возразила Мэгги, — именно устранение конкуренции. Мы так решили. — Она окинула взглядом своих коллег. — И наконец, “Поклонение злу” — как олицетворение триумфа глобального конгломерата.
— Чем, собственно, и занимается бизнес уже в наше время, — с вызовом заметил Найджел.
— Но это еще не самое худшее, — парировала Мэгги, решительно захлопывая блокнот. Ее слушательницы невольно поежились. — Сами по себе предсказания, естественно, ничего не значат.
— Но почему? — спросила Дороти. — Что же вам еще нужно?
— Подтверждения сказанного. К счастью, нам удалось обнаружить и это.
Из стоявшей рядом с ней сумки она извлекла какой-то предмет и с силой грохнула им о стол. Дороти недоуменно наблюдала за происходящим. Она всегда была склонна относиться к “шабашу” как к некому сообществу в принципе добропорядочных приверженцев оккультного знания, ну, или чему-то вроде того, и разрешала им пользоваться своей личной библиотекой, поскольку все эти люди стремились — пусть подчас и весьма бессистемно — к новым знаниям, в том числе и о царившей над миром духовной власти. Самое худшее, что можно было сказать про Мэгги и других “белых ведьм”, — это то, что они абсолютно безвредны. Поэтому сейчас Дороти была немало удивлена.