Кристофер Браунинг – Обычные люди: 101-й полицейский батальон и «окончательное решение еврейского вопроса» (страница 3)

Трапп был бледен и нервничал, его голос дрожал, а в глазах стояли слезы. Было заметно, каких усилий ему стоило держать себя в руках, пока он говорил. Батальону, произнес он удрученно, предстоит выполнить крайне неприятную задачу. Лично ему эта задача совершенно не по нраву, и, разумеется, все это весьма прискорбно, но приказ поступил с самого верха. Если бойцам станет от этого легче, пусть вспомнят о том, что прямо сейчас в Германии бомбы падают на головы женщин и детей.

Затем он перешел непосредственно к делу. Евреи подбили американцев объявить бойкот, нанесший ущерб Германии, – так вспоминал слова Траппа один из полицейских. В деревне Юзефув были евреи, связанные с партизанами, – об этих его словах позже свидетельствовали еще два человека. Батальону приказано схватить этих евреев. Трудоспособных мужчин нужно отсортировать и направить в рабочий лагерь. Остальных – женщин, детей и пожилых – батальон должен расстрелять на месте. Объяснив, что предстоит его подчиненным, Трапп затем сделал им необычное предложение: если кто-то из старших по возрасту бойцов чувствует, что не способен выполнить поставленную перед ним задачу, он может сделать шаг вперед{7}.

Глава 2

Полиция порядка

Как же случилось, что батальон, сформированный из немолодых резервистов, летом 1942 года оказался в польской деревне Юзефув, имея приказ расстрелять около полутора тысяч евреев? Чтобы ответить на этот вопрос, вначале необходимо пояснить, как именно была учреждена полиция порядка (Ordnungspolizei, Orpo – орпо) и какую роль она сыграла в нацистской политике уничтожения евреев в Европе.

Полиция порядка возникла в Германии в результате третьей попытки в период между двумя мировыми войнами создать крупные полицейские формирования с армейской подготовкой и вооружением{8}. После поражения в Первой мировой в Германии разразилась революция. По мере разложения армии боевые офицеры и государственные чиновники, опасаясь, что их вот-вот сметут революционные силы, занялись организацией контрреволюционных военизированных подразделений – фрайкоров (Freikorps – свободный корпус, добровольческий корпус). После того как в 1919 году ситуация в стране стабилизировалась, многие из фрайкоровцев влились в ряды обычной полиции, став основой крупных полицейских формирований, которые находились на казарменном положении и были всегда под рукой на случай возникновения новой революционной угрозы. Однако в 1920 году Союзные державы потребовали распустить эти полицейские части, видя в них угрозу нарушения статьи Версальского договора, согласно которой численность регулярной немецкой армии не должна была превышать 100 000 солдат.

После того как в 1933 году в стране установился нацистский режим, была создана «полицейская армия» (Armee der Landespolizei), насчитывавшая 56 000 человек личного состава. Эти подразделения размещались в казармах и проходили полноценную военную подготовку в рамках программы скрытого перевооружения. Когда в 1935 году Гитлер открыто отказался от соблюдения пунктов Версальского договора, предусматривавших разоружение Германии, и вновь ввел призыв на военную службу, эта «полицейская армия» влилась в состав быстро растущей регулярной армии, обеспечив ее офицерскими и унтер-офицерскими кадрами. «Полицейская армия» сыграла совсем не малую роль в деле подготовки будущих армейских офицеров. По состоянию на 1942 год не менее 97 генералов вермахта имели опыт службы в «полицейской армии» в 1933–1935 годах{9}.

Решение о сохранении в составе полиции крупных военизированных формирований было принято не раньше 1936 года. В тот год Генрих Гиммлер, на тот момент уже занимавший должность главы СС, был назначен шефом германской полиции. Гиммлер разделил ее на две части, командование обеими осуществлялось из Берлина. Главное управление полиции безопасности (Sicherheitspolizei) возглавил Рейнхард Гейдрих, под его началом находились печально известная тайная государственная полиция (Geheime Staatspolizei, или гестапо), предназначенная для борьбы с политическими противниками режима, и криминальная полиция (Kriminalpolizei, или крипо), занимавшаяся главным образом расследованием неполитических преступлений. Другая служба германской полиции получила название «полиция порядка». Ее главой стал Курт Далюге. В состав полиции порядка вошли муниципальная полиция охраны (Schutzpolizei, или шупо), сельская жандармерия (Gendarmerie), более или менее соответствующая окружным полицейским в США, а также «общинная» полиция (Gemeindepolizei), действовавшая в небольших поселках.

К 1938 году в распоряжении Далюге находилось свыше 62 000 полицейских. Примерно 9000 из них служили в составе полицейских рот, называемых «сотнями» (Polizei-Hundertschaften), по 108 человек в каждой. В каждом из десяти крупных городов Германии три полицейские роты были сведены в еще более крупные «подготовительные отряды полиции» (Polizei-Ausbildungsabteilungen).

В 1938 и 1939 годах численность полиции порядка стремительно росла. Угроза войны подталкивала потенциальных призывников поступать на службу в орпо, ведь молодых полицейских не призывали в армию. Кроме того, полицейские батальоны – подобно частям Национальной гвардии в США – организовывались по региональному принципу, и это, казалось, гарантировало, что альтернативная регулярной армии служба пройдет не только в более безопасных условиях, но и недалеко от дома.

К сентябрю 1939 года – когда война началась – численность полиции порядка достигла 131 000 человек. Разумеется, возникли серьезные опасения, что ее крупные военизированные формирования вольются в германскую армию. Этого удалось избежать, пойдя на компромисс, за который полиция порядка заплатила высокую цену. Многие из ее лучших подразделений были переведены в состав полицейской дивизии, насчитывавшей примерно 16 000 человек и подчиненной армейскому командованию. Впоследствии эта дивизия сражалась в 1940 году в Арденнах, участвовала в наступлении на Ленинград в 1941-м и лишь в 1942-м, став 4-й полицейской гренадерской дивизией СС, вернулась под командование Гиммлера. Два полицейских полка, набранные в недавно захваченном Данциге, в октябре 1939 года также были переведены в состав вермахта. И наконец, полиция безопасности передала более 8000 человек в состав армейской военной полиции, или полевой жандармерии (Feldgendarmerie). В обмен на это остальные полицейские сохранили отсрочку от призыва в армию.

Для пополнения рядов полиции порядка разрешили завербовать 26 000 молодых немцев. Из них 9000 были добровольцами 1918–1920 годов рождения, а 17 000 – добровольцами более старшего возраста, родившимися в 1909–1912 годах. К ним прибавились 6000 так называемых «этнических немцев», или Volksdeutsche, которые до 1939 года проживали за пределами Германии. Кроме того, полиция порядка получила разрешение призвать в свои ряды 91 500 резервистов 1901–1909 годов рождения. Эта возрастная группа на тот момент еще не подлежала призыву в армию. Постепенно призыв в полицию порядка распространялся на людей все более старшего возраста, и к середине 1940 года ее численность выросла до 244 500 человек{10}.

В планах мобилизации, составленных до войны, полиция порядка почти не учитывалась. Никто не задумывался о возможности использовать ее в военное время, но успехи Германии на полях сражений и стремительная территориальная экспансия очень скоро потребовали увеличения количества оккупационных войск за линией фронта. С началом войны в Германии на базе различных полицейских рот и учебных подразделений был сформировал 21 полицейский батальон, каждый из которых насчитывал примерно 500 человек. Тринадцать батальонов были приданы армиям, вторгшимся в Польшу. Их задействовали для задержания польских солдат, отрезанных наступающими немецкими войсками, для сбора оружия и военного снаряжения, брошенного поляками при отступлении, а также для других задач по обеспечению безопасности тыловых районов.

К середине 1940 года, после того как из 26 000 молодых призывников и большого количества мобилизованных резервистов старшего возраста были сформированы дополнительные подразделения батальонного уровня, общее количество полицейских батальонов резко увеличилось до ста одного. Тринадцать батальонов были размещены в занятых немцами центральных районах Польши, ставших Генерал-губернаторством, а семь – в аннексированных Третьим рейхом западных польских землях, на так называемых «присоединенных территориях». Еще десять батальонов дислоцировались на оккупированных чешских территориях Богемии и Моравии, получивших название «Протекторат». Кроме того, шесть батальонов были направлены в Норвегию, а четыре – в Нидерланды{11}. Полиция порядка стремительно превращалась в важный источник живой силы, с помощью которой немцам удавалось удерживать контроль над оккупированной Европой.

Новые батальоны создавались двумя способами. Во-первых, опытные полицейские и набранные до войны добровольцы, из которых состояли первоначальные батальоны, направленные в 1939 году в Польшу, получали повышение по службе и распределялись по вновь формируемым частям, укомплектованным призывниками старших возрастов, что позволяло обеспечить эти части необходимыми унтер-офицерскими кадрами. Эти подразделения стали называться «резервными полицейскими батальонами». Во-вторых, из 26 000 молодых добровольцев, набранных осенью 1939 года, создавались отдельные батальоны (получившие номера от 251-го до 256-го и от 301-го до 325-го), которые стали новыми элитными формированиями полиции порядка{12}.