Кристофер Берри-Ди – Беседуя с серийными убийцами. Глубокое погружение в разум самых жестоких людей в мире (страница 60)

Я испугался, выключил свет, вышел на улицу и поехал обратно в Вирджинию. Я пробыл там всего один день и начал беспокоиться о матери и гадать, нашли ли ее. Я уехал из Вирджинии и вернулся в Текумсе, чтобы сдаться. Меня забрала полиция в Толедо, штат Огайо, а затем вернула в Текумсе. То, что я сделал, ужасно, и я знаю, что потерял уважение семьи и людей, которые меня знают, но так получилось. Думаю, это должно было случиться.

Как оказалось, Виола умерла не сразу после нападения. Она была еще жива, когда 48 часов спустя в квартиру вернулась Опал и нашла ее лежащей в луже крови. Вызвали «Скорую помощь», но из-за продолжительного кровотечения и вызванного им шока спасти женщину не смогли. В официальном отчете полиции говорилось, что она умерла от сердечного приступа, вызванного нападением.

Генри задержали в Толедо, штат Огайо, и вернули в Мичиган, где ему предъявили обвинение в убийстве второй степени. Несмотря на первоначальные показания о действиях в порядке самообороны, позже он признал себя виновным и был приговорен к 20–40 годам лишения свободы в государственной тюрьме штата Южный Мичиган. Генри напрасно беспокоился, что потеряет уважение членов семьи, а также множества родственников, далеких или близких: клан Лукасов и жители Блэксбурга прыгали от радости, узнав о кончине Виолы. Сколько они себя помнили, женщина всем доставляла сплошные неприятности, поэтому были только рады видеть, как она исчезает под двумя метрами земли.

Во время интервью в Эллис, штат Техас, Генри, худощавый мужчина со слезящимся искусственным глазом, который он постоянно вытирает рукавом рубашки, изменил мнение об убийстве матери. Вначале признался в убийстве, но потом начал противоречить самому себе. «Моя сводная сестра Опал ее убила, и теперь она мертва», – скорбно заявил он.

Понятно, что, по словам Генри, его заключение в государственной тюрьме Южного Мичигана не было счастливым временем в его и без того поломанной жизни. Он утверждает, что ему досаждал голос мертвой матери, преследовавший его в камере. «Она постоянно подталкивала меня к дурным поступкам. Она сказала, что за стенами тюрьмы меня ждет встреча со смертью». Он порезал себе запястье бритвой и разрезал живот ножом в двух попытках самоубийства, и это поведение не осталось незамеченным тюремными охранниками.

В его собственных интересах врачи решили, что мужчину лучше поместить в государственную психиатрическую больницу Ионии, где он прошел курс электрошоковой терапии и был помещен под пристальное наблюдение врачей. Генри пробыл там почти пять лет, а затем в 1966 году после того, как психиатр пришел к выводу, что «Лукас добивается хороших результатов. Я впечатлен его ростом», вернулся в тюрьму. Однако другой психиатр не согласился. «Лукас совершенно лишен уверенности в себе, самодостаточности, силы воли и стойкости, – сообщил он. – У него не хватает смелости брать на себя ответственность за собственное поведение, но он обвиняет в ошибках и неудачах других, склонен к агрессивному социальному поведению, направленному на частичное смягчение дискомфорта».

Генри прописали «Прозак», нейролептик с седативным эффектом, и это более или менее сдерживало его кипящие эмоции, но известно, что он просил власти не выпускать его из тюрьмы, потому что знал: кровожадные наклонности вспыхнут снова. И даже сказал врачам: «Выпустите меня, и я оставлю труп у вас на пороге. Гарантирую».

Во время тюремного срока Лукаса в Департаменте исправительных учреждений штата Мичиган содержалось около 37 000 заключенных, заполняемость тюрем составляла 125,5 %; от количества людей все учреждения просто трещали по швам. Что касается Генри, его просто свели до еще одной тюремной цифры, и, несмотря на все протесты и угрозы совершить новое убийство, персонал, слишком жаждущий освободить места для принимаемых ежегодно 9000 новых заключенных, 3 июня 1970 года буквально притащил его к воротам и вышвырнул прочь.

В тот день в Джексоне, всего в нескольких километрах от мрачных тюремных стен, убили молодую женщину. На следующий день в нескольких кварталах от места обнаружения первого трупа нашли тело другой девушки. Официально ни одно из этих убийств Лукасу не приписывается, хотя дела по-прежнему классифицируются как «открытые».

Со своей стороны Генри берет на себя за них ответственность, добавляя: «Они [тюремные власти] знают, что я не бросаю слова на ветер. Мне было ненавистно все. Я был крайне ожесточен и вне себя от злости».

Неофициальная история несколько иная. Старший сотрудник правоохранительных органов, имя которого упоминать не будем, эксклюзивно сказал автору: «Конечно, все знали, что этих девушек убил Генри. Решение не арестовывать его шло сверху, я имею в виду самый верх. Эти засранцы не хотели того дерьма, которое на них прольется, если пресса узнает, что в день освобождения он угрожал кого-нибудь убить. Если бы это сделали, все «зубры» и сам директор тюрьмы вылетели бы за ворота вместе».

Многие инциденты в неоднозначной истории Генри, зажатой между его освобождением из тюрьмы в Мичигане и последним арестом в округе Монтегю, штат Техас, 13 лет спустя, окутаны тайной. Первоначально он был условно освобожден и поселился у Альмеды, другой сводной сестры, которая жила в Мэриленде, и в течение почти года избегал проблем с полицией. В августе 1971 года у него закончился запас «Прозака», и не удалось продлить рецепт. Лукас сказал, что отсутствие лекарств сделало его беспокойным и очень злым.

В октябре 1971 года он подошел к направлявшейся в школу 15-летней девушке и приказал ей сесть в его машину, иначе выстрелит. В поле зрения показался приближающийся школьный автобус, и мужчина умчался в облаке пыли, оставив перепуганную девушку на обочине дороги. Через несколько дней попытался похитить еще одну школьницу, но и ей удалось сбежать без каких-либо повреждений. Однако обе потенциальные жертвы записали номерные знаки и сообщили в полицию.

В марте 1972 года Лукас снова предстал перед судом и был приговорен к пяти годам тюремного заключения за попытку похищения детей. После освобождения 22 августа 1975 года Генри отправился в Порт-Депозит, штат Мэриленд, чтобы навестить сводную сестру Альмеду Кисер и ее дочь Аомию Пирс. По имеющимся данным, он пробыл там три дня, после чего переехал в Чатем, штат Пенсильвания, к Аомии Пирс и ее мужу. Он устроился подсобным рабочим на ферме, а затем его представили Бетти Кроуфорд, вдове одного из его племянников. Вначале они были просто друзьями, но отношения неуклонно развивались, пока 5 декабря 1975 года пара наконец не поженилась.

Пожив короткое время у Пирсов, Лукас вместе с Кроуфорд и тремя ее детьми вернулся в Порт-Депозит и поселился в трейлерном парке. Генри переходил с работы на работу, зарабатывая небольшие суммы денег. Основную часть дохода семьи обеспечивали выплаты Бетти по социальному обеспечению. Семья жила таким образом до июня 1976 года, когда вместе с другой семьей из трейлерного парка переехала в Херст, штат Техас. Согласно их плану Бетти отправится навестить мать, пока Генри ищет работу. Когда план провалился, они переехали в Иллинойс, а затем вернулись в Мэриленд.

Вскоре после возвращения Бетти обвинила Лукаса в приставании к ее дочерям. Тот отрицал обвинения, однако сказал, что все равно решил уйти. 7 июля Генри собрал немногочисленные пожитки и направился во Флориду. По пути на юг он сделал остановку в доме Опал. Месяц спустя вместе с шурином Уэйдом Кисером поехал в Западную Вирджинию для воссоединения семьи. По дороге, во время стояния в пробке, у Генри завязался разговор с одним мужчиной, после чего он оставил Кисера и отправился с незнакомцем в Шривпорт, штат Луизиана. После короткой остановки в Вирджинии, чтобы навестить сводного брата Гарри Во, Лукас прибыл в пункт назначения.

Во Шривпорте ему предложили работу по перегону автомобилей в Лос-Анджелес, но он отказался после того, как убедился, что это работа на мафию. Генри покинул Луизиану и вернулся в Порт-Депозит. Там он пробыл недолго и переехал в Уилмингтон, штат Делавэр, где родственник, Лиланд Кроуфорд, дал ему работу в магазине ковров. Эта работа продлилась несколько месяцев, затем мужчина снова вернулся в Порт-Депозит, где провел Рождество с другой родственницей, Норой Кроуфорд. В январе следующего года покинул Нору и переехал в Хинтон, штат Западная Вирджиния, и пошел работать в другой магазин ковров, принадлежащий Джо Кроуфорду. Находясь в Хинтоне, он встретил женщину по имени Ронда Наклз и жил с ней до марта 1978 года, однако устал от отношений и снова вернулся в Порт-Депозит. Лукас оставался там ненадолго, пока его сестра Альмеда не предложила квартиру и работу на свалке мужа. Казалось, жизнь налаживается, но тут Альмеда обвинила его в сексуальных домогательствах к ее внучке. Мужчина снова отверг обвинение.

Лукас рассказал, что примерно 4 сентября 1977 года был в Дэвисе, штат Калифорния, городке средних размеров, примерно в 40 км к западу от Сакраменто и в 24 км от того места, где, по его утверждению, и убил Элизабет Вольф. Что он делал так далеко на юге, остается загадкой, хотя покойная мать была в отношениях с человеком по имени Диксон родом из одноименного города. Возможно, искал настоящего отца.