Кристофер Банч – Вихрь (страница 34)
Ладно, с этим разберемся позже. Придется придумать что‑нибудь — нужно только понять, что означают сообщения о мелких беспорядках по всей Джохи. Особенно в районах и на окраинах Рурика.
За последнее время возникло гораздо больше кровавых столкновений, чем в предыдущие дни. Уличные драки, в которых принимали участие отряды милиции. Впрочем, никто не стрелял — по крайней мере, в приступах ярости. Увеличилось количество грабежей.
Стэн продолжал читать. Добрался до еще одного срочного звонка от Милхуза. Офицеру связи удалось несколько успокоить молодого человека, так что в конце сообщения он приписал: «Добился отсрочки. Комитет согласился продлить действие ультиматума еще на неделю». Стэн отметил про себя, что этим офицером связи был Фрестон — самый опытный и надежный из всей команды. К сожалению, он настолько хорошо делал свою работу, что Стэну с большим трудом удалось спасти его от тошнотворно скучной карьеры старшего офицера какого-нибудь центрального подразделения связи.
Под заголовком «Наблюдения» Фрестон написал: «Абонент внешне спокоен. Однако напряжение голосовых связок указывает на нестабильность психики. Воспринимает посла Стэна в качестве всемогущего отца. Предлагаю выдерживать твердую линию. В противном случае нестабильность будет прогрессировать».
Стэн продолжил читать отчеты, все больше и больше удивляясь. И тут наткнулся еще на одну подозрительную странность. Началась паника — жители Джохи бросились скупать все подряд и делать запасы. По всей планете магазины, торгующие напитками и едой долгого хранения, распродавали свой товар с головокружительной скоростью. Топливо и пищевые масла тоже мгновенно исчезли с прилавков магазинов и со складов.
Стэну это совсем не понравилось. Поскольку означало, что доктору Искре придется сделать что‑нибудь более серьезное, чем произносить утешительные речи, дабы народ поверил в светлое будущее, ожидающее Алтай буквально в ближайшее время.
Стэн бросил тоскливый взгляд на стопку листков с сообщениями, которая росла так быстро, что он не успевал их просматривать. Закон Килгура о том, что неприятности ходят по трое, здесь явно не срабатывал — несмотря на то, что придумала закон «мамуля» Алекса, которая была возведена почти что в ранг святых. Стэн считал, что неприятности наступают на тебя до тех пор, пока ты в состоянии терпеть. А после этого их становится в два раза больше.
Дверь с шипением раскрылась, и в комнату связи ворвалась Синд. Стэн был рад ее видеть. Только вот выражение ее лица окончательно испортило ему настроение.
— Мне кажется, ты пришла сюда вовсе не затем, чтобы рассказать нам, что на улицах Рурика настал рай, совсем как предсказывал Искра.
— Нет, если в понятие о рае не входят массовые аресты и грозные штурмовики, — ответила Синд.
Стэн отреагировал на это заявление в своей самой изысканной дипломатической манере:
— Что за дерьмо ты нам тут на уши вешаешь?
— Я решила проверить слухи о том, что стали пропадать люди, — спокойно произнесла Синд. — Так вот, это не слухи. У меня есть свидетели. Главы семей — целые семьи — подвергаются арестам. Солдатами Искры.
— Что за игру он затеял? — задумчиво проговорил Стэн. — Пройдет совсем немного времени, и тут такое начнется… И это в самом начале!
Один из офицеров связи помахал ему рукой.
— Вас снова вызывает Милхуз, — доложил он. — Сейчас на связи. Говорит, ему просто необходимо кое‑что вам сказать. Утверждает, что это срочно.
— Конечно! — фыркнул Стэн. — Наврите ему что‑нибудь. Скажите, что у меня случился приступ или еще что‑нибудь такое… А потом соедините меня с доктором Искрой. Я хочу с ним переговорить. И немедленно!
Через несколько минут на экране появилось тонкогубое лицо доктора Искры.
— Насколько я понял, у вас ко мне срочное дело, — сказал Искра.
— Я хочу получить объяснения, доктор.
— Мне не нравится ваш тон, господин посол.
— Я всегда разговариваю таким тоном, — ответил Стэн, — когда узнаю, что правитель, которого я поддерживаю, делает все, чтобы поставить в сложное положение человека, являющегося моим непосредственным боссом. Я говорю о Вечном Императоре.
— А что такого особенного я делаю?
— У меня есть достоверные сообщения о том, доктор Искра, что ваши солдаты производят массовые аресты.
— Если бы вы сначала спросили меня… — проговорил доктор Искра. — Впрочем, я считаю, что называть эту акцию массовыми арестами несколько преждевременно. Я принял решение — исключительно ради удобства — арестовать всех виновных одновременно и отправить их для содержания в тюрьму, которая называется крепость Гатчин и является единственным местом на Джохи, предназначенным для заключения преступников перед судом и вынесением приговора. Уверяю вас, это самые обычные меры, направленные на восстановление порядка в нашем созвездии. Мои люди хотят получить доказательства того, что в наш мир вернулась справедливость. Типы, о которых идет речь, обвиняются в совершении самых разнообразных преступлений. Некоторые из них очень серьезны. Однако буду с вами до конца откровенен: я полагаю, что большая часть этих обвинений не подтвердится. Уверен, что кое‑кто из этих несчастных стал жертвой мелочных обид. Но я уже сказал вам, что народ требует суда над преступниками. И я намереваюсь организовать такие суды. Справедливые. Чтобы все те, кто подвергся ложным обвинениям, могли вернуть себе доброе имя.
— А как насчет тех, кто будет признан виновным? — спросил Стэн.
— Не кажется ли вам, господин посол, что вы задаете вопросы, которые не имеют к вам никакого отношения? — отрезал Искра. — Разве система правосудия, принятая на Алтае, должна заботить имперского посла?
— Нет, конечно, — признал Стэн. — Но я собираюсь сделать все, что в моих силах, чтобы выполнить приказ Императора. А это означает установление мира и покоя в созвездии Алтай. Способствуя возникновению новых кровавых междоусобиц, доктор Искра, вы вряд ли добьетесь успеха в том, чего ждет от вас Император.
— Обещаю вам, господин посол, — проговорил Искра, — суды будут абсолютно честными и справедливыми. И я постараюсь проявить гуманность к тем, кого суд признает виновным. Вы удовлетворены?
Стэн вынужден был сказать, что совершенно удовлетворен обещанием доктора Искры. Естественно, тот лгал. Но Стэн не мог себе позволить вступить в открытую конфронтацию. Он потеряет контроль над ситуацией, и его миссия потерпит крах.
— Наш разговор доставил мне огромное удовольствие, сэр Стэн, — заявил Искра, когда они прощались.
А через мгновение экран погас.
— Пожалуй, стоит усилить наблюдение, — сказал Стэн Синд. — Нужно поднять в небо еще несколько летучих мышек Килгура.
— Тебе понадобится гораздо больше этих мышек, чем ты думаешь, — проговорил Алекс.
Стэн подпрыгнул на месте, потому что не слышал, как Килгур вошел в комнату.
— Если только меня не обманывает мой превосходный слух, сейчас стреляют где‑то возле Университета.
Стэн остолбенел.
— Студенты? Где они взяли оружие?
— Не думаю, что это студенты стреляют, — заявил Алекс.
— Проклятье! — воскликнул Стэн и бросился к двери.
Алекс и Синд поспешили за ним.
Пробегая по коридорам посольства, Стэн собрал отряд бхоров и гурков и выскочил на улицу, уже сообразив, какое несчастье может произойти. Этот Милхуз был прав по поводу, по крайней мере, одного — если что‑нибудь случится с любимыми детками высокопоставленных особ, на Алтае разразится настоящий ад.
Добравшись до ворот посольства, Стэн услышал выстрелы, которые доносились со стороны университета Пушкан.
И тут ему пришлось остановиться. Бульвар за посольскими воротами был перекрыт джохианскими солдатами. Люди Искры. И два бронированных танка.
К Стэну подошел плотный крепкий майор.
— Освободите дорогу! — рявкнул Стэн.
— Прошу прощения, господин посол, — ответил майор, — но я не могу разрешить вам покинуть посольство.
— Чей это приказ?
— Доктора Искры, сэр. Вы должны понять нас правильно. Это для вашей же безопасности. Я получил инструкции извиниться перед вами за доставленные неудобства. Вы сможете покинуть посольство после того, как инцидент будет исчерпан.
Стэн услышал новые выстрелы со стороны университета.
— Это и есть инцидент?
— Молодые хулиганы безобразничают, — пожав плечами, сказал майор. — Совершают ужасные злодеяния. Уничтожают общественное имущество. Убивают. Грабят. Сексуальное насилие. Ужасно, просто ужасно.
— Вранье вонючее, — пробормотала Синд.
— Я должен посмотреть на это собственными глазами, — настаивал Стэн.
Майор сохранял профессиональное спокойствие. А вот солдаты, окружавшие его, напряглись — это Стэн заметил. Кто‑то шепотом передал приказ, и пушки танка развернулись в сторону посольства.
— Я не могу вам этого позволить, — проговорил майор. — Честное слово. Ради вашей собственной безопасности. Прошу вас не настаивать и не вынуждать меня выполнить свой долг.
Когда Стэн повернул назад к посольству, он почти ничего не чувствовал. Услышал новые выстрелы. И крики боли.