Кристофер Банч – При дворе Вечного Императора (страница 36)

— Мне и в голову не придет заняться этим, Ваше Величество, — сказал Стэн и наконец прошел в мастерскую.

Он посмотрел на груду отвергнутых инструментов на полу, обвел глазами стены. Там на крючках висели гитары разной степени законченности и просто еще неотполированные заготовки, в том числе нескольких размеров и форм шейки — с отверстиями для колков. Стэн учуял неприятный резкий запах клея, варившегося в горшке на открытом пламени камина.

— Извините, Ваше Величество, но что такое гитара?

— Музыкальный инструмент, — ответил Император. — По крайней мере, тот сукин сын, что изобрел гитару, предполагал извлекать из нее музыку.

Стэн задумчиво покивал головой.

— Так вот вы чем тут занимаетесь.

Он взял один из отвергнутых инструментов, покрутил в руках, подергал за струны, заглянул в дырку.

— А где провода? Как это будет работать?

— С большим трудом, с большим трудом, — сказал Император. Он снял с крючка на стене полуготовую гитару, сел на стул и принялся тереть ее наждачной бумагой.

— Весь секрет в строении корпуса инструмента, — продолжал властитель, зачищая пятнышки, которые показались Стэну потеками клея. — Звуки как‑то по‑особому отражаются от стенок. Беда в том, что в наше время нет ни одного специалиста по акустическим гитарам. А старинные мастера все делали на глазок — подравняют тут, убавят здесь. Эти тонкости мастерства в архивных бумагах не застряли.

Охваченный новым приступом раздражения, Император сбросил гитару на пол. Но Стэн заметил, что на этот раз он был осторожней — отбросил гитару на толстый ковер. Император заметил, куда капитан смотрит, и с гордостью прокомментировал:

— Ливанский ковер. Ручной работы. Ты и не представляешь, каких бешеных денег он нынче стоит… — Тут властитель вгляделся в озабоченное лицо Стэна и стал серьезней. — Ладно, — сказал он. — Ты хотел поговорить со мной в надежном месте, где нас никто не услышит. Это оно и есть.

Император обвел рукой свою мастерскую, в которой было множество старинных инструментов и большой запас поделочных материалов.

— Более безопасного места я не знаю. Я ежедневно самолично прибираю в этой комнате и вышвыриваю всякую дрянь.

Стэн чуть заметно улыбнулся. Из днища своего ящичка для архивных карточек он вынул крохотный приборчик изящной формы.

— А я с этой дрянью пришел, — сказал Стэн, показывая Императору противоподслушивающее устройство.

Император зыркнул на него и вопросительно поднял брови. Стэн взял ту гитару, которую властитель с презрением отшвырнул, повертел ее в руке и задумчиво произнес:

— Не исключено, что гитара звучала так паршиво именно из‑за этого аппаратика. Извините, Ваше Величество.

Вечный Император насупился и решал про себя — осерчать ему или нет. Решил — принять с юмором. Улыбнувшись, он взял недоделанную гитару, кисть и горшок с дурно пахнущим клеем и занялся работой.

Стэн с помощью своей аппаратуры проверял мастерскую на наличие подслушивающих устройств. Император оторвался от работы и поднял голову.

— Ну?

— Все чисто, — доложил Стэн.

— Валяй, рассказывай, — сказал Император и снова принялся колдовать над гитарой.

Стэн разложил на столе принесенные материалы и первым делом протянул властителю фотографию Кнокса, сделанную с экрана мозгового сканнера.

— Вот тот, кого мы искали.

Император внимательно вгляделся в лицо Кнокса.

— Большой босс, — сухо бросил он.

— Если вы хотите сказать, что он ключевая фигура в этой истории, боюсь, это не так. Он должен был просто проследить за Динсменом — чтобы тот выполнил работу. На наше счастье, этот человек не удовлетворился своей ролью и превысил полномочия.

Стэн показал следующую фотографию — крупный снимок руки Кнокса. Император тотчас же заметил эмблему на кольце.

— Разведотряд «Меркурий»!

— Да, ваше величество. К тому же мы знаем, что этот человек — будем пока продолжать звать его Кноксом — доктор. Скорее всего, он был штатным медиком в разведотряде «Меркурий».

— Был или остается?

— Надеюсь, что он уже не служит в отряде. Но точно не знаю. Инспектор Хейнз уточняет это в данный момент.

Стэн на несколько секунд замолчал, глядя, как Император ошкуривает дерево. Затем властитель вынул из кармана маленький металлический предмет — что‑то вроде вилки с двумя зубьями — и этим предметом стал легко ударять по корпусу инструмента. Раздался низкий глухой звук — протяжное «буммм»…

Император приложил вилочку к щеке — и звук исчез.

— Созвучие пока не то, — сказал он. — Продолжайте, капитан.

Стэн сделал глубокий вдох перед тем, как ступить на зыбкую почву.

— Можно мне говорить совершено свободно, Ваше Величество? — спросил он, понимая, насколько глуп этот вопрос. Кто же может говорить с Императором совершенно свободно! Но дело было слишком серьезно. Надо решаться.

— Говори.

— В этой головоломке недостает одной важной детали. Центральной детали.

— Что необходимо, чтобы раздобыть эту деталь?

— Честный ответ.

— Кто‑то не хочет сказать правду?

— Да, Ваше Величество.

Император уже давно сообразил, о чем речь. Но все еще играл в кошки-мышки.

— А может быть, загадочный кто‑то — это я?

— Боюсь, что да, Ваше Величество.

— Ну ладно, выкладывайте свой вопрос, — кивнул Император. На его лице было до странности мягкое выражение. Стэн облегченно вздохнул.

— Позвольте сперва изложить вам остальные факты. А потом я задам свой вопрос.

— Хорошо, делайте, как вам удобнее. Только передайте мне клей.

Стэн недоуменно уставился на него, потом сообразил, что Император просит передать горшок с вонючей жидкостью. Стэн подчинился.

Император промазал верх гитары этой жидкостью, снова поколотил по ее боку раздвоенной металлической штучкой и удовлетворенно хмыкнул:

— На сей раз гораздо лучше. Возможно, именно то, что нужно.

Затем он стал широкими мазками наносить клей по изгибам инструмента.

— Начну с того, — сказал Стэн, — что, похоже, существовала кодовая фраза, после произнесения которой через определенный отрезок времени должен был произойти взрыв. Жизненные ритмы Динсмена подскакивали на двенадцать пунктов всякий раз, когда мы прокручивали ему эту фразу.

— Что за код?

Внимательно слушая капитана, Император прилаживал верхнюю стенку корпуса.

— Кодом служило имя Рашид. Взрыв следовало произвести, если кто‑то использует имя Рашид. Точнее, словосочетание «инженер Рашид».

Стэн просматривал свои документы и не заметил, что на лицо Императора легла туча.

— Продолжайте, — молвил он негромко.

— Вторым кодом была кабинка «Ч», — сказал Стэн. — Динсмен должен был взорвать бомбу тогда, когда кто‑то спросит насчет кабинки «Ч».

— Стоп! — сказал Император. Сказал спокойно, но это был самый строгий приказ, слышанный Стэном за всю его жизнь. — Так, значит, это я убил ее… Стало быть, я сам.

— Простите, Ваше Величество?

Вместо ответа властитель достал из‑под стула бутылку, приложился к горлышку и сделал долгий-предолгий глоток. Потом протянул бутылку капитану.

Стэн молча ждал, вглядываясь в понуренное лицо Императора. Если можно в какие‑то моменты пробиться к скрытой сущности этого человека — ведь он не только Император, но и человек! — то сейчас один из таких моментов.