Кристофер Банч – Крылья Урагана (страница 38)
После того как сказитель уехал, все мало-помалу вернулось на круги своя, если не считать того преувеличенного благоговения, которое шесть друзей Хэла демонстрировали своему герою-товарищу при каждом удобном случае, называя его Хэлом Ужасным, Покорителем Гидры.
Хорошо у них хватало ума делать это без посторонних.
Две недели спустя всю эскадрилью собрали перед ужином на плацу.
Сэр Фот Дьюлиш принялся расхаживать перед строем.
— Начинаем церемонию награждения, — проскрежетал он, и каждое слово точно клещами вытягивали у него изо рта. — Сержант Хэл Кэйлис... выйти из строя!
Хэл выбрался из своего ряда, ускоренным шагом добрался до конца шеренги и, выйдя на свободное место перед строем, отсалютовал Дьюлишу. Тот развязал шнурок, перетягивавший свиток, и начал читать:
Прежде чем открыть маленькую коробочку и приколоть медаль на грудь Хэла, Дьюлиш несколько раз поджимал губы.
— Поздравляю, сержант, — сказал Дьюлиш таким голосом, в котором ясно читалось, что он предпочел бы увидеть в этом приказе слово «посмертно».
— Благодарю вас, сэр, — отчеканил Хэл.
— Можете вернуться на свое место.
Хэл отсалютовал и побежал на свое место, надеясь, что Хачира, арбалетчика, тоже не обошли. Сэслик слегка наклонилась и, не шевеля губами — талант, которым при заботливом попечительстве Дьюлиша все они очень быстро, овладели, — проговорила:
— Теперь ты действительно ее заслужил.
Хэл кивнул.
Еще через три дня его снова вызвали в кабинет Дьюлиша.
— Сержант Кэйлис, мне было приказано выбрать четырех всадников, добровольцев, для выполнения специального задания. Я направил вас, Марию, Дайнапур и сэра Лоурена. Вам всем надлежит немедленно явиться в штаб Первой армии в Паэстуме со всем снаряжением, драконами и обслугой и еще несколькими добровольцами для получения дальнейших указаний относительно упомянутого специального задания.
То, с каким видом Дьюлиш произнес фразу «специальное задание», вселило в Хэла непоколебимую уверенность в том, что задание явно было из тех, которые правильнее называть самоубийством.
15
Никакого собрания по случаю их прибытия в штабе Первой армии устраивать не стали. Вновь прибывших встретил высокий, словно состоящий из одних мускулов человек с чуть поджившим шрамом от меча через все лицо. Он окинул их оценивающим взглядом своих желтоватых глаз, немедленно напомнивших Хэлу тигра, которого он как-то раз видел в зверинце.
Это был сэр Бэб Кантабри, командующий той самой особой операцией. Он отвел их в укромную комнатку в Паэстумском замке.
— Полагаю, вы четверо — добровольцы, как было указано?
— Ну да, все, сэр, — пропищал Фаррен Мария. — В лучших традициях старой армии, когда первым рядам приказывают идти в бой и погибнуть.
Несмотря на то что улыбка, видимо, причиняла ему боль, Кантабри все же улыбнулся — весьма неприветливо.
— А в четверку от другой эскадрильи, похоже, собрали всех тамошних недоумков, — сказал он. — Логично. В армии ничто не меняется, наземная она или воздушная. По крайней мере, у вас хотя бы достаточно пристойный вид. Сержант Кэйлис, вы старший по званию?
— Так точно, сэр.
— У вас случайно нет опыта плавания на морских судах?
— Никак нет, сэр, — отрапортовал Хэл. — Единственная всадница из нашей эскадрильи, у которой такой опыт был, в четверку не вошла.
— Бурные и продолжительные рыдания, — пробормотал Кантабри. — Как думаете, сумеете посадить дракона на борт корабля? Вам выдадут снаряжение и лихтер.
— Не могу знать, сэр, — честно ответил Хэл. — Я ни разу не пробовал.
— Все когда-то случается в первый раз. Видите там, на горизонте, пять кораблей?
Хэл с товарищами посмотрели, куда он показывал.
— Два из них — быстроходные корветы, три других — транспортные суда. Одно из них ведет на буксире баржу. Вы приземлитесь на нее, затем ваших драконов поднимут на борт и вы сможете отвести их в клетки. На корабле переоденетесь в тропическое обмундирование.
— Можно узнать, что за особое поручение мы... м-м... вызвались выполнять? — поинтересовалась Сэслик.
— Когда вы подниметесь на борт и мы отправимся в плавание, вы узнаете все, что вам необходимо знать. Пока скажу лишь одно — на тот случай, если вы упадете с дракона и утонете. Чтобы вы могли умереть как настоящая патриотка. Это задание будет самым важным из всех, которые вы, вероятно, когда-либо получите. Остальное я расскажу вам на борту «Авантюриста Гальгорма». — Он фыркнул. — Ну и имечко для старой калоши, которая занималась перевозкой лошадей!
Хэл ожидал худшего и — впервые за то время, пока служил в армии, — ошибся в своих ожиданиях.
Их драконов отковали от повозок, и они поднялись в воздух. Сначала, как им было приказано, отряд направился в сторону от Паэстума, а затем они повернули к морю и полетели к ожидающим их кораблям.
На море было небольшое волнение, и Хэл заволновался, сможет ли удержаться на плаву, если вдруг свалится со своего зверя.
Как старший по званию, который всегда должен идти замыкающим, он сделал сэру Лоурену знак садиться первым.
— Я уступлю эту честь кому-нибудь другому, — прокричал в ответ Лоурен.
Хэл махнул Фаррену, которому не понадобилось второго сигнала. Он послал своего дракона вниз по спирали, потом натянул поводья. Великан взмахнул крыльями и с торжествующим криком приземлился на палубу баржи.
Ликующий рев зверя сменился криками страха и смятения, когда на баржу по трапам спустились моряки и развернули в его сторону стрелу подъемника. Под брюхо дракона завели широкие кожаные стропы, а на грозную пасть надели намордник.
После этого дракона аккуратно подняли на борт корабля, и Фаррен, стараясь держаться подальше от нервно хлещущего из стороны в сторону огромного хвоста, повел зверя в просторную клетку.
Следующей на посадку пошла Сэслик, но ее дракон заартачился, и ей пришлось сделать еще один круг, прежде чем приземлиться на барже.
За ней приземлился и был благополучно перегружен на корабль сэр Лоурен. Последним садился Хэл, послав своего дракона в пике и затормозив, в самую последнюю минуту. Когти великана проскребли по деревянной палубе, и он очутился в безопасности.
Зверь попытался укусить одного из моряков, и Хэл укоризненно шлепнул его ладонью по шее.
У Хэла было время рассмотреть «Авантюриста Гальгорма». Не будучи моряком, как Минта Гарт, Хэл не мог со знанием дела судить о бывшем торговом судне. Оно определенно не было самым красивым кораблем, который он когда-либо видел, поскольку его корпус — по крайней мере, в той его части, которая возвышалась над водой, — состоял из одних только прямых линий. Судно достигало почти пятисот футов в длину, имело три мачты с прямым парусным вооружением и кливером, одну грузовую палубу с пандусом для погрузки лошадей, а также верхнюю палубу. На этих двух палубах располагались стойла, расширенные с учетом габаритов драконов. Половину нижней палубы перекрыли, разместив там спальные места для солдат. Верхняя палуба и ют были просторными, и там были оборудованы каюты, вне всякого сомнения предназначавшиеся владельцам или дрессировщикам лошадей. Теперь в них размещались офицеры и всадники, участвовавшие в операции.
С обеих сторон корпуса были пристроены выдающиеся вперед выдвижные абордажные мостки, ничуть не красившие внешний вид корабля.
Моряки развели четверку всадников по каютам, после чего новоприбывшие смогли наконец познакомиться с остальными всадниками. Хэл не стал торопиться составлять о них мнение, поскольку — в отличие от Кантабри и Дьюлиша — не считал, что хороший всадник обязан отличаться также и хорошо выглядящей формой.
На борту уже было две сотни солдат. По той легкости, с какой они управлялись с оружием, и по цепким, оценивающим взглядам, которые они бросали на все, не говоря уже про чувство собственного превосходства, сквозившее в каждом их жесте, Хэл понял, что воины они действительно опытные.
И какая бы особая миссия на них ни лежала, она явно была не увеселительной прогулкой.
— Тропическое обмундирование, — с улыбкой протянул Фаррен. — Здорово было бы полетать там, где тепло. У нас-то здесь уже начало холодать.
Но никто ничего не знал, все ждали, когда появится сэр Бэб Кантабри.
Наконец его лихтер с эскортом других, везущих припасы и специалистов по драконам, прибыл, и грузы и людей переправили на «Авантюриста».
Хэл был очень рад видеть Гэредиса, отца Рэя. Он прибыл вместе с Кантабри в числе двадцати помощников и, узнав от Хэла о том, что Рэя не послали выполнять это поручение, казалось, расстроился и обрадовался одновременно.