Кристина Зайцева – Забудь меня (страница 2)
У него новая работа?
Он смотрит в мое лицо, взгляд опускается на мои губы, обведенные красной помадой.
Когда он разглядывает мои губы, я чувствую себя пойманной в клетку добычей, потому что слишком хорошо знаю, что он может с ними сделать. Он целует их так, что у меня напрочь отключаются мозги. Иногда так жадно, что я забываю свое имя.
Иногда боюсь, что, если захочет, он может сделать со мной все что угодно, и я не буду сопротивляться, но он никогда не переходит черту. Ни разу не попытался пролезть в мои трусы.
– Давно ждешь? – спрашивает хрипловато.
Я вижу, как сбито его дыхание. Даже несмотря на то что он пытается это скрыть. Вдыхает носом так, что я слышу шипение воздуха.
Он что, бежал?
Чтобы ответить на его вопрос, поднимаю руку с зажатым в ней телефоном и говорю, наконец-то позволяя своим зубам застучать:
– Вот… Он, кажется, примерз…
– Блин…
Быстро распахнув свой бомбер, Антон укутывает меня в него, прижимая к себе.
Падаю на его грудь, обнимая за талию, а вокруг моих плеч смыкаются стальные руки.
Его тело горячее, как печка, и твердое, как камень.
От контраста и головокружительного тепла меня потряхивает.
Холодным носом утыкаюсь в его ключицу, не в состоянии разговаривать.
Глава 2
Приходится наплевать на то, что мои туфли не предназначены для прогулок по неровным тротуарам. Каждый раз, когда каблук издает скрип, мне хочется скривить лицо, как от боли.
Я люблю эти туфли, но Антон отдал мне свою куртку, и, если мы не доберемся до клуба в ближайшие минуты, он окоченеет так же, как и я, поэтому прикусываю язык, семеня следом за ним вниз по улице.
Втянув голову в плечи, он ведет меня за собой.
Моя ладонь в его руке, для этого ему пришлось пробраться в рукав своей куртки и нащупать кончики моих пальцев. От тепла его ладони у меня под кожей маленькие вихри. От этого и оттого, как он посмотрел на мои ноги, когда заворачивал меня в бомбер.
Его ладонь шершавая и грубоватая, и, хотя я уже привыкла, меня это чертовски будоражит.
От этого парня у меня каша в голове, мозги более-менее в порядке, когда мы не вместе, и форменно отключаются, когда он рядом.
– У тебя новая работа? – решаюсь на этот вопрос, косясь на слегка растрепанный затылок Антона.
– Да, – бросает на меня взгляд через плечо.
– Какая?
– Механик в автосервисе, – отвечает он.
– О… – бормочу, глядя себе под ноги. – Ты разбираешься в машинах?
– Разберусь, – бубнит Антон.
Это заявление вызывает у меня улыбку. Оно самонадеянное. Очень…
Я уже знаю, что из близких родственников у него только мать и младшая сестра. Ей семь. Он просто ушел от ответа, когда я спросила, в разводе ли его родители? Я не собиралась напрашиваться на разговоры по душам, но, когда дело касается его, не могу приструнить любопытство. У меня внутренняя идиотская потребность знать о нем все, что можно, но он не особо разбрасывается информацией.
Дистанция.
Я чувствую ее каждый раз, когда делаю попытку… пробраться
Я тоже не стану влюбляться в него.
Мы просто развлекаемся вместе, вот и все. У нас ничего серьезного.
В кармане его куртки звонит телефон. Секунду я медлю, не рискуя шарить по его карманам, но в итоге решаюсь просунуть руку в правый и достать гаджет.
Это его мама.
– Алло? – забрав у меня трубку, Антон отвечает на звонок.
Глядя себе под ноги, рассеянно прислушиваюсь к разговору.
– Зачем тебе инструменты? – вздыхает он. – Я сам все сделаю, я же сказал… на чердаке… ладно, позвоню через час…
Нажав отбой, Антон прячет телефон в задний карман джинсов и снова берет меня за руку, которая успела замерзнуть без тепла его ладони за те секунды, что он потратил на разговор с матерью.
– Проблемы? – кусаю губу, подняв на него глаза.
– Мать решила разнести полдачи, – поясняет он. – А так все нормально.
– У вас дача?
– Угу… уже целых две недели…
– Это… здорово…
Пытаюсь не выдать себя тем, что заметила, с какой гордостью он обронил эту информацию. Будто приобретение – его личное достижение.
– Так ты сегодня дома один? – спрашиваю с отрепетированной беспечностью, стараясь подать вопрос как шутку, но мои внутренности щиплет волнение, от которого голос подрагивает.
– План был такой… – отвечает он.
Дорогу нам перерезает парень на электросамокате. Мы тормозим, одновременно отпрыгнув в сторону, и Антон рычит ему вслед:
– Смертник, или как?!
Тот взмахивает рукой и показывает нам средний палец.
– Пиздец… – рявкает мой парень.
Мы синхронно хороним свой прерванный разговор, но червь волнения уже пустился в плавание по моим венам.
Ту минуту, в течение которой мы преодолеваем оставшееся до клуба расстояние, я мучаюсь мыслью о том, что Антон не собирался обозначать мне свое «домашнее положение».
В самом начале я не хотела, чтобы он спешил. Мы спешили. Он этого и не делал, не торопился, а теперь я не понимаю, почему он, черт возьми, не торопится!
Он открывает для меня тяжелую входную дверь и пропускает вперед. Влетаю в клуб ураганом, умирая от необходимости согреться.
На голых ногах колючие мурашки, губы, наверное, посинели.
Антон забирает у меня бомбер вместе с моей собственной курткой и осматривается, бросая на холл и лестницу молчаливый взгляд. Пока он сдает вещи в гардероб, охранник на входе металлоискателем просвечивает мою сумку. Это немного злит, она такого размера, что даже ключи от дома для меня «перегруз», не то что какая-то запрещенка вроде газового баллончика.
Прогнав металлоискатель вверх и вниз по телу моего парня, охрана пропускает нас к лестнице.
Я начинаю волноваться, пока поднимаемся наверх, ведь мои друзья часто бывают настоящими задницами. Короче говоря, я волнуюсь и все еще подрагиваю от холода, когда заходим в отгороженную стеклянными стенами «випку», смотрящую на танцпол внизу.
По красным кожаным диванам разбросан народ. Милана сидит на спинке дивана справа, а Дубцов, ее бывший, – на противоположном конце комнаты с какой-то кудрявой брюнеткой на коленях.
Охватываю взглядом присутствующих, пропуская через свои атомы музыкальные биты.
Антон останавливается рядом, положив ладонь в карман джинсов.
Взгляд Миланы падает на наши соединенные в замок руки, потом она отворачивается, делая вид, что нас не существует.