Кристина Юраш – Тайна опозоренной жены (страница 7)

– Я уже поняла, – устало зевнула я. – Когда женщину видят в неподобающем виде у мужчин распускаются руки, а у женщин сплетни!

– Наоборот! – заметила тетушка Мэйбл. – Он теперь всем расскажет, о том, как видел вас в ночной сорочке!

Я представила, как это красавец, чей запах духов до сих пор едва заметно витает в комнате, бегает на балу от одной пары к другой, и захлебываясь от восторга рассказывает про мою ночную рубашку. “О, простите! Я забыл, что рассказывал вам! Простите, извините, я побежал дальше!”, – пронеслась в голове картинка.

– К тому же вы не предложили гостю чай! – заметила тетушка Мэйбл.

– А у нас есть чай? – спросила я с надеждой. Чай я любила. И сейчас бы не отказалась от кружечки.

– Нет! Но предложить все равно надо было! – посвящала меня в тонкости приема гостей нервная тетушка.

– А если бы он согласился? – спросила я.

– Тогда посылаете служанку, якобы делать чай, а сами тянете время! – возмутилась тетушка так, словно все это Эльвина должна была знать на зубок. – Сначала вы должны были поговорить о погоде!

В голосе тетушки звучали нотки отчаяния.

– Потом о дороге, после обсудить последнее светское мероприятие, – перечисляла тетушка. – Мне что? Снова учить вас вежливости?

Я чувствовала, как засыпаю под ее недовольное сопение. Завтра надо купить телегу и коня. На чем-то же крестьяне ездят в Столицу? Милдред тоже дремала рядом с колыбелькой. Малыш спал, а я радовалась, что у меня есть помощница.

Тетушка резко замолчала.

– Напомните мне, как вести себя… – зевнула я, ляпнув наобум. Мне просто хотелось, чтобы она еще что-нибудь побухтела.

– В вашем официальном статусе и положении “опозоренной жены”, – начала тетушка Мэйбл, а я удивилась. Оказывается, есть такой статус! Я думала, что есть невеста, жена, вдова! – Не принято ездить на мероприятия и даже наносить визиты! Только с супругом или братом… Наша драгоценная королева, нынче вдова, является строгим поборником морали! И терпеть не может “опозоренных жен”....

Я не дослушала и уснула, а тетушка Мэйбл поворчала и поправила одеяло. Завтра будет трудный день!

Проснулась я не сразу. Сначала в голове ворочалась сонная мысль: “Сколько сейчас времени?”. А потом я с усилием заставила себя разлепить глаза. Разлепить глаза с утра – это не подвиг. Подвиг – это заставить их не слипнуться снова!

– У нас сегодня яблочный пирог! – заметила Милдред. Она уже нянчила кроху, который тянул к ней ручки. Я почувствовала укол ревности. Ко мне он ручки так не тянет!

Поднявшись, я поморщилась от боли и увидела завтрак на столе. Стакан с водой и кусочек пирога.

Тут же проглотив завтрак, я запила его, понимая, что сегодня нужно будет попасть в столицу. Кровь из носу!

Где-то за окном заливисто щебетали птички и шумели деревья. Я взяла на руки Кристиана, мысленно требуя, чтобы он тоже потянул ко мне ручки. Но малыш лежал и смотрел на меня красивыми глазами, так похожими на глаза Адриана.

Одна из служанок помогла мне привести себя в порядок. Я умылась, помыла голову, расчесалась, а она обтерла меня, поскольку доктор запретил мне пока что принимать ванны. Одно из платьев, спасенных от алчных слуг пришлось почистить щеткой от пыли, ведь оно валялось среди пыльных книг. И я в него поместилась.

В платье было не сильно удобно, но пришлось смириться. Мне же сегодня надо в деревню за тележкой и лошадкой.

Я направилась к смятой подушке, засунула под нее руку, но денег там не было! Я откинула подушку, трогая смятую простыню и пытаясь проверить рукой, не завалились ли они в какую-нибудь щель!

Звук подъезжающей кареты заставил меня насторожиться.

По залитой солнцем аллее ехала карета, а я удивленно смотрела на то, как она останавливается возле дома. Из-за проклятого козырька я не видела, кто из нее вышел.

– Подержи! – прошептала я, вручая Кристиана в руки Милдред.

Я вышла за дверь, слыша, как внизу раздается скандал.

– Вон из дома! – произнесла тетушка Мэйбл. Я застыла на лестнице, глядя на Адриана, которого тетушка не пускала на порог. – И деньги ваши заберите! Мы их не примем! Это – позор для нашей семьи!

– Я хочу видеть хозяйку! – произнес Адриан, а я смотрела на него, чувствуя странное волнение. “Глядя на такого красавца все женщины чувствуют странное волнение!”, – успокоила я себя.

– Она просила вернуть вам деньги обратно! – произнесла тетушка Мэйбл, расправив плечики. – Мы от вас подачки не примем!

– Я хочу лично поговорить с ней, – настаивал гость, а я сглотнула, видя красивый поворот головы, сверкающий камзол и светлые длинные волосы, которые скользнули по вышивке, словно змеи. Я видела могучую шею, а внутри появилось кокетливое желание притронуться к ней, провести по ней пальцем.

– Она спит! – строго произнесла тетушка Мэйбл, словно это была ее личная заслуга.

Адриан поднял на меня глаза, а потом посмотрел на тетушку.

– Вернитесь в постель! Я спасаю вашу репутацию! Точнее, то, что от нее осталось! – строго произнесла тетушка Мэйбл. – Вы потом мне еще спасибо скажете! Так вот, уважаемый герцог! Забудьте дорогу сюда!

Глава 13

Сейчас я чувствовала себя уставшим врачом, который вышел сообщить, что пациент по имени “репутация” только что скончался в страшных муках. Напоследок она издала предсмертный хрип и отбросила туфельки.

– Тетушка Мэйбл! – возмутилась я, видя, как рьяно тетушка защищает мою репутацию. – Быстро прекратите!

– Я пытаюсь отвадить этого человека от нашего дома! – произнесла строго тетушка Мэйбл. – Его визиты плохо сказываются на вашей репутации, подтверждая ненужные слухи! А я обещала вашей матушке, что буду приглядывать за вами!

– Можете приглядывать за мной из комнаты, – произнесла я с нажимом.

Я повернулась к гостю, который внимательно наблюдал за нашим разговором.

– И не подумаю! – произнесла тетушка Мэйбл, скрестив руки на груди. – Вы, между прочим, замужняя женщина! И ваш супруг, узнав о том, каких гостей вы принимаете, придет в ярость! И точно с вами разведется! А это страшный позор!

Хм… Разведется, значит?

– Не обращайте внимания на ворчливую тетушку, – улыбнулась я Адриану.

– Да нет, мне очень интересно, – заметил он с улыбкой. – Я привез вещи для ребенка. И еду…

Я почувствовала прилив благодарности, глядя на красавца – мужчину, который не обязан помогать чужой семье, но делает это.

– У него ужасная репутация! От него даже невеста отказалась! – произнесла тетушка Мэйбл.

– Значит, он встал на путь исправления, решив помочь нашей несчастной семье! – ответила я.

– Благодарю вас! – кивнула я Адриану. – Мне сейчас нужна любая помощь.

“А от вас она вдвойне приятна!”, – пронеслось в голове, но это я не озвучила.

– А что скажут соседи? – спросила тетушка Мэйбл.

– Кто? – спросила я, поворачиваясь к ней. – Белки и ежики? Ладно белки. Но то, чтобы ежики разносили сплетни – слышу впервые…

Это была тонкая ирония, а я с удивлением услышала смех гостя. Едва сдержав улыбку, я продолжила.

– Я прямо вижу картину, как мой муж выходит из кареты, а к нему через весь лес бегут ежики со сплетнями! И наперебой рассказывают как к нам приезжал герцог Адриан…

Смех красавца стал громче. Тетушка Мэйбл покраснела и сжала губы в ниточку.

– А сверху белки: “Да, да! Приезжал! Сами видели!”, – усмехнулась я, глядя на гостя.

Он просмеялся, опомнился, и крикнул слугам, чтобы выгружали вещи. Несколько огромных коробок перекочевало в холл. А я жадно смотрела на банты.

– Я не знаю, как вас благодарить, – вздохнула я, поднимая взгляд на красавца.

Он вернул мне деньги, которые настойчиво совала ему обратно тетушка Мэйбл. И звенящий мешочек снова оказался в моих руках. Я любовно погладила его пальцами.

– А мне не нужна благодарность! – заметил Адриан, нахмурившись.

Интересно, что означают его сдвинутые брови? Хотела бы я знать…

– И все-таки, – начала снова свою песню тетушка Мэйбл. – Я против! Береги честь с молоду!

– А желудок с детства! – произнесла я очень хозяйским голосом. Сейчас важно было показать, что хозяйка в доме именно я, а не старая тетушка, которая готова была умереть от голода, гордой, но не сломленной. – Или вы думаете, что умерев от голода мы что-то кому-то докажем? Если собираетесь умирать с голоду, делайте это без меня!

Я тут же повернулась к гостю.

– Если бы у меня был чай, то я бы обязательно вам его предложила, – вздохнула я, усмехаясь. – И поговорила бы с вами о погоде. Но, поскольку чая нет, то разговоры о погоде откладываются. Зато могу предложить пирог из ворованных яблок!

– Из ворованных яблок? – удивился Адриан.