Кристина Юраш – Семь кругов Яда (СИ) (страница 28)

— Мы их столько ловили и собирали! Знаешь, как они резво бегают! — вмешался Трупоед, почесывая шрам. — Но мы были умнее! Мы согнали всех в одно место, взяли в кольцо и стали вежливо здороваться! Мясник вообще язык стер, объясняя, что сейчас будем учить их зарабатывать! Кричит он вежливо, что «зарубите себе на носу, мы не продаем всякие бользамы! Мы торгуем образом жизни! И вы должны это понимать!» Не все поняли. Троих пришлось зарубить! Ты сама сказала, что непонятливые нам не нужны!

— Хоспади… — я схватилась за сердце, сползая по ближайшему дереву вниз. Кто-то вдалеке пронзительно и отчаянно закричал.

— Это что за крики на конце цепочки? Я вам покажу карьерный рост! — прикрикнул Рыло, хмуря брови.

С горем пополам я сумела, угрожая всеми карами, кармами и пустыми карманами, освободить невольников. Люди бежали без оглядки, спотыкались, падали и снова бежали… Сетевой всегда нравился людям! Особенно в таком аспекте.

Я решительно вошла в замок, споткнувшись несколько раз и растянувшись на последней ступеньке. В гулком и просторном холле стояли трое наших «…идеров» и целая кучка людей. На полу валялись медяки, пуговицы и какие-то безделушки.

— ЛТО делаем! — отрапортовали мне, а потом повернулись к какой-то женщине. — Снимай кольцо! Я же сказал — ЛТО! Что же тут непонятного?

— ЛТО — это личный товарооборот! — вознегодовала я, глядя, как кольцо летит на пол в общую кучу «сокровищ». — При чем тут люди? Это вы должны покупать за свои деньги! Вы точно не путаете его с оборотом структуры?

— Погодь! — успокоили меня, выставив вперед волосатую руку. — Сейчас по второму кругу будем оборот структуры делать! Мы еще до него дойдем! Куда прячешь! В ЛТО!

Если бы идиоты решили вдруг собраться вместе и создать свое правительство, то эти ребята его возглавили бы путем демократических выборов, обогнав других кандидатов как минимум на сотню голосов! У меня очень сильно заболела голова. Но я знала, что скоро она болеть не будет. Ее просто оторвут. Вы точно не видели здесь хрен? Я сглотнула и посмотрела вокруг. Может, под стол заглянуть? Точно нет? И за гобеленом нет? Кто-нибудь видел хрен, который я уже положила на работу?

Внезапно позади меня раздался сладкий голос.

— Рабо-о-ота, вижу, иде-е-ет полным хо-о-одом, — нежно мурлыкнул Эврард. — Теперь осталось узна-а-ать куда? «В» или «на-а-а»?

Я тихо всхлипнула, понимая, что оборачиваться мне совсем не хочется.

— Де-е-етка, а ты почему не встреча-а-аешь? — протянул принц гадский, зевая и постанывая.

— Тебя, что ли? — негромко осведомилась я, кусая губы.

— Не-е-е-ет, меня встречать не на-а-адо! — снова зевнул Эврард. — Звездю-ю-юли… Их так мно-о-ого, что они слегка растеря-я-ялись…

— Надеюсь, что по дороге? — у меня хватило сил и мужества повернуться и посмотреть правде в ядовито-зеленые глаза.

— Наде-е-ейся, — улыбнулись мне. — Де-е-етка, а ты почему такая гру-у-устная?

— Меня прокляли! Сними с меня проклятие! — взмолилась я, бросаясь к нему. Была у меня надежда, что он сейчас щелкнет пальцами и все сразу станет хорошо.

— И что-о-о из оде-е-ежды мы назове-е-ем прокля-я-ятием? Я предла-а-агаю белье-е-е! С ним больше всего моро-о-оки! — рассмеялся Эврард, подняв брови.

— Проклятие невезения! — всхлипнула я, понимая, что мне и до этого тоже не сильно везло, а сейчас вообще хоть на спину ложись и свечку в руках держи. — Это все из-за него! Меня прокляли! Маги!

Эврард подошел ко мне, глядя на меня с такой нежностью и лаской, что у меня что-то даже шевельнулось внутри. Аппендицит, наверное…

— Ты такая краси-и-ивая де-е-еточка, — сладенько и негромко протянул он, убирая пальцами волосы с моей щеки и заправляя их за ухо. — Такая ми-и-илая, ры-ы-ыженькая, сла-а-аденькая…

Что-то в груди моей странно теплело, а в животе переворачивалось. Согнутые пальцы осторожно и трепетно гладили мою щеку, глаза смотрели ласково-ласково, а я даже боялась сглотнуть, чтобы не развеять это чудное наваждение.

— Прямо украшение ми-и-ира… И глаза-а-а у тебя краси-и-ивые… Правда-правда… Краси-и-ивые… — мурлыкал Эврард, не сводя с меня своих кислотных глаз. По его губам медленно ползла улыбка.

— Только ответь мне на один вопро-о-ос, — его брови поднялись. — Как же ты живешь без мозгов-то?

Глава 9

Проклятый яд, или Внимание, я плету интригу!

Шоб ты жил на одну зарплату,

Шоб хозяин поднял квартплату,

Шоб проценты кредита бежали,

Шоб знакомые в долг не давали!

Шоб наушник узлом в кармане,

Шобы трещина на экране!

Шоб летела всегда материнка,

Шобы отпуск был на картинке!

Шоб ремонт был во всех туалетах,

Шоб живот отрастал только к лету!

Шоб копил на айфон, затянувшись потуже,

В день покупки вдруг выронил в лужу!

Шобы фотки твои с «Инстаграма»,

Одиноко пролайкала мама!

Шоб успел в ипотеку ввязаться! —

Так что лучше со мной не ругаться!

Я стояла и смотрела в ядовитые глаза, закипая от гнева. Почему-то вдруг мне захотелось увидеть их на моих ногтях, но эти бессовестные глаза осторожно указали мне на ораву первых чеков, ужасно расстроенных своей первой неудачей в рекрутинге. Они искали крайнего. Крайней географически была я, поэтому они стали искать самого рыжего. Самой рыжей физиологически тоже была я. Так что, глядя на нашу с Эврардом тревожную идиллию, «…идеры» решили найти самого лысого, и нашли! Пока разбирались с автором возгласа: «А что это мы, как лоси, сидим? Ай да рекрутировать!» — я сжала кулаки и посмотрела в глаза самому бессовестному человеку на свете.

— Чего ты смо-о-отришь так на меня, Цве-е-еточек! Проклятие у тебя в голове-е-е… Ты, гла-а-авное, не расстра-а-аивайся, Цвето-о-очек! Жить без мозго-о-ов намного проще! И засыпать ле-е-егче, — улыбнулся Эврард, пока я размышляла о том, что слово «засыпать» имеет несколько значений. Физически меня бы устроили подушка и одеяло, а вот морально — чужая могилка и лопата.

— Так что ты мо-о-ожешь легко прове-е-ерить мою дога-а-адку, мой впечатлительный Цвето-о-очек. Просто лечь и отдохнуть. А я пойду порабо-о-отаю… — меня взяли за подбородок, приблизились, словно для поцелуя, сказали: «Ам» — и отправились по своим делам.

Несмотря на то, что я мысленно искала кнопку «Delete», чтобы удалить из жизни половину людей, а этого товарища в первую очередь, он удалился сам, оставив меня наедине с предстоящей разборкой. Впервые я видела, как потный и полуголый энтузиазм получал по основному двигателю прогресса.

Внезапно в центре зала из ниоткуда появился Эврард, одарив всех гаденькой улыбочкой.

— Внима-а-ание! Я плету интригу! — торжественно заявил он, глядя, как все застыли на местах. — Пе-е-ервым, если мне памя-я-ять не изменя-я-яет, идею подал Топор!

Лысый шмыгнул разбитым носом, одноглазый сплюнул, остальные тоже перевели взгляд на бородача, который пятился к стенке, занимая оборонительную позицию.

— Спаси-и-ибо за внима-а-ание! — раздался сладенький голос, а принц гадский исчез.

Бородатый инициатор уже получал благодарность от остальной инициативы, а я решила не дожидаться, когда инициатива начнет иметь инициатора в грубой и очень извращенной форме, и пошла спать.

Уснуть я не могла, ворочаясь с боку на бок и рассуждая тем, чего у меня, по мнению начальства, гипотетически нет. Проклятье, которого якобы нет, меня очень сильно тревожило. Не то чтобы я всю жизнь выигрывала в лотерею, встречалась с одинокими олигархами, и при этом каждый день находила полный кошелек денег по дороге в магазин. Как ни крути, такого невезения, как сегодня, у меня еще никогда не было! А если это действительно самовнушение? Мысли складывались как пазлы, рисуя очень интересную картину мира. Я даже приподняла голову от подушки, потому что где-то в воздухе витала гениальная идея. Кто у нас первая целевая аудитория? Крестьянин, ремесленник, рабочий, нищий настолько, что церковные мыши скидываются ему на краюху хлеба, грязный, ободранный, тупой, суеверный, свято верящий и боящийся магии до судорог. Я уже видела хвост гениальной идеи, чувствуя, что она где-то близко. Как только хозяева увидят, насколько выросло благосостояние своего слуги, они заинтересуются способом заработка. И никакой магии не надо! Никакого волшебства! Хотя нет… Оно пригодится… Совсем капелька… Как там сказал один «умник»? Проклятие в голове?

— Мы станем чумой, проклятием, черной меткой… — задумчиво прошептала я, привстав на руках и глядя в темноту. — Делаем вид, что накладываем проклятие… Крестьянин верит, что пока не начнет с нами работать, он проклят проклятием тьмы… А как только начинает работать, проклятие как бы перестает действовать… Чтобы избавиться от проклятия, нужно привести как можно больше людей…

Я даже облизнула пересохшие губы, подняв брови и прокручивая перед глазами этот занимательный сюжет.

— Немного внушения, убеждение, игра на суеверном страхе… А потом рекрут уже втянется, обучится и… ни капельки не пожалеет о том, что решил стать нашим агентом! Проклятие оборачивается благословением… Что мы имеем? Проклятие превращается в благословение и начинает приносить деньги…

Мой взгляд скользнул вверх так, словно сейчас на меня вот-вот прольется золотой дождь. Неприятный осадок в душе сменился ожиданием приятных осадков. Я медленно развела руки, подняла лицо вверх, чувствуя себя так, словно только что собрала и оживила Франкенштейна, показав язык доктору, который, как истинный джентльмен, решил дать чудовищу свою фамилию; открыла Америку, насмешливо глядя, как Христофор Колумб и Америго Веспуччи меряются длиной подзорных труб, изобрела велосипед и уехала его патентовать раньше всех.