Кристина Юраш – Отвергнутая невеста. (не)нужная жена (страница 26)
— Нужны два свидетеля! — произнес Бесподобный Барнс. — Один со стороны жениха, а другой со стороны невесты!
— Вилка может быть свидетелем? — спросила я, показывая остатки вилки в руке.
— Хм… — заметил старик, глядя на вилку оценивающе.
— Она много чего видела! — заметила я с усмешкой.
— Вы с ней сильно близки? — поинтересовался на полном серьезе Бесподобный Барнс. Ну, я же как бы пошутила! Однако, Бесподобный Барнс почему-то воспринял это вовсе не как шутку!
— Очень! — кивнула я, глядя на вилку с нескрываемым сарказмом. — Мы с ней дружим с детства по переписке! У меня роднее этой вилки никого нет! Она поддержала меня в трудную минуту. И даже немного пожертвовала собой!
— Ну, это совсем другое дело! Я переживал, что вы с этой вилкой плохо знакомы. Но раз она уже спасала вашу жизнь и не бросила в беде… — заметил старик. Мне казалось, что он слегка сумасшедший.
— Серьезно? Вас не смущает, что это — просто вилка? И что она, как бы не — живой человек? — спросила я, видя, как невозмутимый Бесподобный Барнс переводит взгляд на меня.
— Неважно, что или кого ты считаешь своим другом, — заметил он как-то ласково. — Друзья иногда могут принимать разные облики. В том числе и неодушевленных предметов. Но даже безмолвные, они часто придают нам силы и поддерживают нас намного больше, чем обычные люди, которые пройдут мимо вашего горя. Так что здесь нет ничего такого, чего нужно стыдиться! Другая бы вилка вылетела у вас из рук, но эта предпочла пожертвовать собой, чтобы спасти вас! И это дорогого стоит.
Старик глубокомысленно промолчал. Я задумалась. А ведь в его словах был смысл. С такой стороны о вилках я не думала!
— Запишите эту умную мысль, брат Бенедиктус! — произнес он, косясь на сумку, которая висела у него через плечо. — Вы, кажется, сидите на моем блокноте! Там сбоку лежит перо!
— Так, свидетель со стороны невесты есть! — заметил Бесподобный Барнс, а я увидела, как кто-то вертится в сумке. — А со стороны жениха?
Розен обежал хмурым взглядом склеп, а потом ткнул на надгробие, на котором покоилась книга.
— Пусть он будет! Он был моим лучшим другом! — прорычал дракон. — Забыл как его зовут.
Бесподобный Барнс убрал книгу, читая буквы, выбитые на плите, а потом кивнул. “Джордан Льюис”, - прочитал старикан. И ответ его вполне устроил.
Из таинственной сумки послышалось: “Мяу!”.
Значит, там котик.
Бесподобный Барнс приоткрыл сумку, заглянул внутрь, а я уже затаила дыхание.
— Как вам не стыдно, брат Бенедиктус! — с укором произнес Бесподобный. Первой мыслью было то, что кот все-таки пописал в сумку. — Вот что вы написали? “Ни важно, кого вы считаете другом!”. Слово “неважно пишется раздельно и через букву “и”. Стыдно, брат Бенедиктус. Я был о вас лучшего мнения!
У меня одно глаз дернулся. Я посмотрела на Розена, у того бровь полезла наверх Он посмотрел на меня так, словно предлагает “в афуй” сходить вместе.
— Дорогие жених и невеста! Дорогие кости! А так же свидетели бракосочетания, Вилка и Джордан Льюис! Сегодня мы собрались в этом склепе, чтобы связать узами священного и законного брака герцога Розельрада Кронхайма и графиню Стефанию Ровланд, — торжественно произнес Бесподобный Барнс.
В гулком сыром склепе его голос казался заунывным песнопением. Причем, довольно жутким! Таким голосом вызывают демонов, проводят страшные обряды и воскрешают невиданную хтонь.
— А вы не могли бы как-нибудь оптимистичней? — попросила я, ловя себя на том, что старикан явно нагнетает и без того мрачную атмосферу склепа.
— А! Я просто решил подстроиться под обстановку! Я часто так делаю! — заметил Бесподобный Барнс.
— Мяу! — послышалось хриплое и требовательное.
— Успокойтесь, брат Бенедиктус! Я уже понял, что вы были правы, и идея так себе! — произнес Бесподобный Барнс, похлопывая сумку рукой.
Он тут же улыбнулся и бодрым голосом продолжил.
— Согласны ли вы, Розельрад Кронхайм взять в жены Стефанию Ровланд? — спросил Бесподобный Барнс, перелистывая страницу книги. — Засаживать ей…
Старик прокашлялся, а я подняла брови….
— … простите… кхе… могилу цветами, когда закончатся ее дни? — договорил Бесподобный Барнс. — Простите, просто атмосфера располагает. А до этого регулярно тра… кхе… кхе… Проклятый кашель! Здесь так сыро! … Так, на чем я остановился? Ах! Тратить на нее огромные суммы денег…
Я подняла одну бровь, впервые слыша такую клятву любви.
— Погодите! Я еще не договорил! — поднял палец в упреждающем жесте старикан. — Просто недавно жених жадный попался! Вот я и решил вставить! Заботиться о ней и в болезни и в здравии… Ну, если вдруг заболели и не можете встать, то ползти к ней и все равно заботиться! Согласны ли вы любить ее и после смерти, но в пределах разумного, разумеется?
— Согласен! — хрипло выдохнул Розен.
Я посмотрела на него, понимая, что он провернул все это представление, чтобы ввести призрака в заблуждение. И ведь, судя по всему, призрак поверил! Раз его здесь нет.
“Это ж надо было такое провернуть! Даже я повелась!”, - вздохнула я, поглядывая на будущего мужа.
— А вы, Стефания Ровланд, — перевел взгляд на меня Бесподобный Барнс. — Согласны ли вы тра… тра… Кхе-кхе…. Транжирить деньги супруга? Любить его, заботиться о нем и…
Бесподобный Барнс посмотрел на Розена, а потом достал маленькую бумажку и прочитал с нее.
— Простить его за то, что он решил не посвящать вас в свой план, чтобы все выглядело максимально правдоподобно? — дочитал Барнс.
В его сумке снова кто-то завозился.
— Да знаю я, что такого в книге нет, — проворчал Бесподобный Барнс коту. — Но жених отдельно просил это добавить!
Повисла тишина. Я пока молчала. Розен сжал меня, но я решила в долгу не оставаться.
— Нет! — произнесла я, сделав паузу. — После того, что я пережила, после того, что случилось…
Я снова сделала паузу.
— После такого, я не готова сказать “нет”! Так что “да”! — усмехнулась я.
Один один, дорогой без пяти секунд муж!
Я понервничала, ты понервничал. Мы квиты!
— Если кто против данного брака, то может либо сказать сейчас, либо замолчать навеки! — произнес Бесподобный Барнс, прислушиваясь к тишине склепа.
Глава 44
“Если сейчас послышится чей-то голос, я за себя не ручаюсь!”, - пронеслась в голове мысль, когда я опасливо осмотрелась.
Выждав минуту, Бесподобный Барнс прислушался снова: “Что? Вы что-то сказали?”.
Я испуганно дернулась, не понимая с кем разговаривает Бесподобный. Розен тоже напрягся.
— Вы могли бы говорить разборчивей? — произнес Бесподобный Барнс, хмуря седые брови.
— Вы это нам? — спросил Розен, хмуря брови. Прямо с языка снял!
— Да нет, погодите! — отмахнулся от нас Бесподобный Барнс. — Вы пока стойте! Губы разминайте. Сейчас целоваться придется! Ась-ась? Не слышу! Чеснок из рта, говорю, вытащите! И тогда говорите.
Он снова прислушался, а я вместе с ним. Розен подтащил меня к себе. Я видела, как в его руке вспыхивает заклинание.
— Что значит, родственники не приходят? Вот, послушайте! Они уже пришли! Они тут рядом в соседних ячейках! — спросил Бесподобный Барнс, прислушиваясь. — Кому тут дует? А! Дверь же склепа открыта! Ну, не переживайте, мы закроем! При чем здесь отрубили голову, считая вас упырем? Может, просто в гроб не помещалась! Чего вы сразу на родственников наговариваете!
Он снова прислушался, а я вместе с ним. Но я ничего не слышала, кроме тишины.
— Ну, тут по существу ничего нет, так… Жалобы на родственников, сквозняк и всякие мелочи… — произнес Бесподобный Барнс, наконец-то обращаясь к нам. Но тут же переводя взгляд на какую-то ячейку. — О! Вас от всей души поздравляют! Только души нет, он продал ее темным силам в обмен на бессмертие! Но все равно поздравляет!
Неужели он их слышит? Или он просто сумасшедший?
Старик сделал торжественную паузу.
— Ну, раз никто не против, то объявляю вас мужем и женой! — наконец произнес Бесподобный Барнс. — Теперь жених может поцеловать невесту.
Я почувствовала, как меня отпустили, а рука коснулась моей щеки. Было слишком темно, чтобы увидеть выражение его лица.
— Что значит “не видно”? — возмутился Бесподобный Барнс. — Что значит “опишите”!
И тут он обратился к нам: “Просят описать поцелуй! Им не видно!”.
— Кхе-кхе! — заметил Бесподобный Барнс. — Я, конечно, не мастер любовных романов, хоть и жрец богини любви, но я попробую!