Кристина Юраш – Герцогиня Пять Мешков (страница 3)
- Вы кого-то ищете? – робко спросил Гиос, выдыхая и отряхиваясь после тушения пожара. На дорогом ковре осталось черное выжженное пятно, которое еще не видел герцог.
- Да, - не оборачиваясь бросила Пять Мешков. – Интересно, Мартин уже добрался до дома?
- Это ваш отец? – участливо, и не без надежды спросил Гиос.
- Ой, да что вы! Это же мой брат! – округлила глаза девица, снова высматривая кого-то в окне. Она обернулась, и пожала плечами: «Жаль, не видать его!».
Лицо герцога вытянулось. Он вспомнил седого усатого мужика, казалось, преклонного возраста.
- Младший, - вздохнула красавица, выжимая свою растрепанную косу. – У нас в роду просто мужики седеют очень рано! У меня-то семьи осталось. Отец и младший брат! И все они рано поседели! Говорят, наследственность такая!
- Интересно, с чего бы это, - медленно проговорил герцог, глядя на девицу. – А мать?
- Она рано умерла. Говорят, я на маму похожа! И лицом и характером! Просто копия мамы! - вздохнула девица, расхаживая по покоям герцога и оставляя грязные следы. – У нас в семье сильная наследственность!
- Сильная наследственность, - проворчал герцог, пока Гиос поднимал бокал с пола и протирал его, чтобы поставить на стол. – И у меня два вопроса. Во сколько же лет умерла твоя мама? И сколько тебе сейчас?
- Эм… Дайте-ка подумать… Маме было двадцать семь! – нахмурилась девица. – Ну да, Мартин меня на пять лет младше! Точно! В двадцать семь!
Верный Гиос отправился за завтраком хозяину, скрипнув дверью.
- А мне двадцать пять! – беззаботно пожала плечами Пять Мешков.
- Два года, значит, два года осталось потерпеть до наследственности, - выдохнул герцог, глядя на рыжую косу, оставившую лужу дождевой воды посреди его покоев. – Ладно, что ты умеешь?
В этот момент в дверь вошел Гиос, бережно неся поднос с хозяйским завтраком.
- Умею – то я все! – звонко и радостно ответила девица, - Вот только не все получается!
Она мотнула головой, а ее толстая мокрая коса съездила по подносу, выбивая его из рук старика.
- Ой, давайте я помогу! – послышался взволнованный голос, когда Пять Мешков резко повернулась в сторону старика, чтобы помочь собрать осколки тарелок.
В этот момент тяжелая коса прилетела в лицо герцогу.
- Не надо, деточка, я сам… умру, - послышался сдавленный голос Гиоса, который пытался отползти вместе с подносом.- Я аккуратная, расторопная, - перечисляла красавица, загибая пальцы. – Грамотная! Исполнительная и… слово забыла…
- Я тебе верю. Хорошо, найду тебе простенькую работу, - махнул рукой герцог, пока слуги во дворе толпились и обсуждали размер дубинки горного тролля. – Иди, крыс от зерна отгоняй. А заодно смотри, чтобы в амбаре никого не было. Справишься?
- Да! – кивнула девица, преисполненная чувством гордости за такое важное поручение.
С этой работой вполне справлялись кошки, которые жили в замке. Так что сама работа заключалась в том, чтобы лежать на мешке зерна и валять дурака.
- Проще простого! Только тролля не выбрасывайте, - взмолился голос из коридора. – На нем можно белье вешать! Я все сделаю, как вы сказали! Крыс не будет! Я вам обещаю!
Стоило шагам стихнуть, как герцог прищурился на окаменевшего тролля.
- Гиос, подойди сюда, - заметил Бертран, прищуриваясь и слегка склонив голову. – Как ты думаешь, что хотел сказать автор этой скульптурой?
- Наверное, - прищурился близорукий Гиос, оттягивая веко в сторону. – Показать силу и мощь, которая застыла в мгновении перед неумолимой вечностью.
- Нет, для него уже все закончилось, а для нас только началось! – бросил герцог, отпуская тяжелую штору.
Глава 4
Пять мешков. Исабэль. Замок Корнагард
Сердце переполняла радость, от которой хотелось сбежать по ступенька, прыгая через одну.
- Неужели герцог и правда решил дать мне работу! Ничего! Я его не подведу! Исабэль никогда никого не подводит! – задыхалась я от радости того, что наконец-то смогу работать в замке.
В замке все были при деле! Кто-то из девушек нес белье, кто-то натирал полы, кто-то просто бежал по коридору. В замке жизнь не стояла на месте.
Моя деревенька, Мэртон, которая находилась на восточном склоне за лесом, казалась такой скучной по сравнению с замком в горах. А этот горный воздух!
Я выбежала и закружилась, раскинув руки.
- Мадам, вы изволите! – слышался коварный голос откуда-то справа. За черной курицей крался плюгавенький мужичок. – Вас пригласили на обед к самому герцогу! Негоже даме отклонять предложение! Герцог – второй человек после короля! Так что не надо ходить вокруг да около. Вас хочет герцог!
- А вы не подскажете, где здесь амбары? – спросила я, видя медленную погоню за курицей, которую уже загоняли в угол. Курица, понимала, что это не к добру, поэтому перешла на суетливый бег.
- Там! – махнули мне рукой в сторону огромной двери с засовом. – Не мешай! Мадам, вы не понимаете! Это большая честь!
- Давайте я помогу! – бросилась я, видя, как слуга схватил возмущающуюся курицу. – Я ловко управляюсь с курицами! Я же из деревни!
Я подлетела к нему, пытаясь поймать курицу, решившую вдруг стать перелетной.
- Ой, у нее крылья, как у герцога! – выдохнула я, а курица бойко клюнула слугу прямо в лицо, и, оставив пучок черных перьев перелетела через забор.
Она бросилась бежать под ноги служанке, - несущей белье. Огромный таз с выстиранными простынями и сорочками грохнулся рядом с оступившейся служанкой и рассыпался прямо в грязь.
- Твою мать! – заорал мужской голос, когда курица влетела в открытую дверь. – Я чуть не отрезал себе палец!
Помогать людям всегда приятно.
Я пожала плечами и направилась к амбарам. Огромные двери были закрыты на засов.
Я пожала плечами, пытаясь открыть засов. Но он был слишком тяжелым, поэтому пришлось поддеть его плечом.
- Едет невеста герцога! – послышался голос, а слуги переполошились, словно куры.
Я остановилась, подпирая засов плечом. Ничего себе! Герцог скоро женится! Вот здорово! Может, и мне перепадет кусок свадебного пирога? А потом я еще внукам буду рассказывать про то, как видела свадьбу герцога!
- Это наш последний шанс, - вздохнула белокурая служанка, выходя с ведром к колодцу, который расположился прямо в центре небольшого дворика. – Никто не соглашается стать женой нашего герцога!
- Ха! А какая дура захочет променять столицу на мрачный замок в горах? А? – бойко усмехнулась девушка, высунувшаяся по пояс из приоткрытой двери. – Красавицам только и подавай приемы! А у нас тут из приемов, только прием пищи! Грета! Ты чего копаешься? Ты воду несешь?
- А ничего, что он во много раз богаче всех столичных пижонов? А? – спорила девица, разматывая цепь. – А еще красавец! - Опальный! Король его терпеть не может! – фыркнула та, что в дверях, осматривая двор. – Ну еще бы! У короля в казне дыра!
- Да что вы раскудахтались! Вам только сплетни на уме! А ну марш работать! – бросил хмурый высокий плечистый мужик в потной рубахе. Он мазнул недовольным взглядом по девушкам, и направился к колодцу.
- Одни сплетницы! Все бабы – сплетницы! Мужики никогда не сплетничают! – пробурчал он, наматывая цепь. – Между прочим, у невесты ноги кривые. Я ее видел, когда она из кареты вылезала! Просто их юбкой прикрыли.
- Едет! – послышался далекий истошный крик, а в открытые ворота вбежал запыхавшийся слуга.
Он смотрел на всех осоловевшим взглядом, пытаясь отдышаться.
– Карета на шестом повороте! – размахивал он руками.
- Ой! – переполошились слуги, забегав туда-сюда! – Наша будущая герцогиня едет!
Я замерла на месте! Еще бы, я никогда не видела герцогинь! Небось, платье у нее красивое! Сверкает!
Послышался стук колес, и в распахнутые ворота въехала припорошенная пылью карета. На ее гербе серебром был нарисован какой-то цветок.
Карета остановилась, как вкопанная аккурат перед роскошными дубовыми двери. Дверца кареты открылась, и оттуда вывалился помятый долгой дорогой слуга. Его качнуло на ногах, но он тут же взял себя в руки и протянул руку в сторону распахнутой дверцы.
Я забыла про амбар, во все глаза уставившись на открытую дверь кареты из которой показалось роскошное платье.
- Ой, - застыла я от восторга, видя, как сверкает драгоценностями измятый пышный наряд.
Это невеста? Мне кажется, что она старовата для герцога…
- Мадам! – поклонился слуга, пока из кареты вывалилась немолодая крупная женщина, брезгливо осматриваясь и тут же прячась за мохнатым веером.
- Ваше сиятельство! – икнул слуга. Я увидела, как из кареты появилась трость, следом за которой вышел скрюченный невысокий мужчина, убеленный сединами. Он нахмурился, а потом прокашлялся, чтобы с хрустом выпрямился.
- Провинциал! – негромко и надменно выдохнула мадам, прикрываясь веером. – Не представляю, как наша конфетка похоронит себя здесь заживо!