Кристина Янг – Пока не найду (страница 80)

— Да что за черт! — вскрикнул я, заставив ее вздрогнуть.

Я нагнулся и закинул ее на свое плечо.

— Это похищение! Полиция! — орала она, пытаясь избить мою спину своими маленькими кулаками, пока я нес ее.

— Не переживай, полиция уже здесь. Сейчас мы поедем в спокойное место и во всем разберемся. Чертовщина какая-та происходит, — спокойно проговорил я.

Мы добрались до моей машины без происшествий, не считая того, что Алиса старательно пыталась сбежать от меня, привлекая внимание прохожих. Мне приходилось вежливо улыбаться им и убеждать, что все в порядке, и мы просто муж и жена, которые сильно поспорили.

Я засунул ее на пассажирское сидение и закрыл дверь, после чего она сразу пыталась открыть ее, но ей не удалось этого сделать. Пока я добирался до водительского места, Алиса уже пыталась перебраться на заднее сидение и выйти через заднюю дверь.

Я сел за руль и потянул ее за руку. Алиса резко упала на сидение и посмотрела на меня враждебным взглядом. Узнаю этот непоколебимый и неразрушимый нрав, что заставил меня улыбнуться сейчас.

— Ты что, маньяк?

— Я тот, без которого ты жить не можешь.

Я завел двигатель и тронулся с места.

— Еще и больной. Выпусти меня!

— Пристегнись, — непринужденно сказал я, игнорируя ее крики.

— Это уже не смешно. Я не знаю тебя, по какому праву…

— Да как это ты меня не знаешь! — заорал я, ударив по рулю. Эти слова выводят меня из себя. — Ты же Алиса Коллинз.

— Да, я Алиса Коллинз, но я не помню ничего!

Я резко затормозил, когда образовалась пробка.

— Как это ты ничего не помнишь? — онемевшими губами произнес я, повернув к ней голову. — Ты что, после автокатастрофы потеряла память?

Алиса сглотнула, заметно успокоившись.

— Да, у меня амнезия.

Эти слова ударили под дых. Возникло резкое болезненное осознание:

— Ты что, не помнишь меня?

Вместо ответа Алиса отрицательно помотала головой, а на лице сожаление.

Я тяжело вздохнул и потер лицо ладонями. Это многое объясняет, а именно главное — почему она исчезла из моей жизни. Я немного успокоился, но чувство отчаяния так и не исчезло даже после того, как я нашел смысл своей жизни. Оно все еще питает меня и связывает руки. Чтобы избавиться от него, найти Алису оказалось мало. Теперь нужно делать все возможное, чтобы она вспомнила меня. Данное неутешительное положение не столь страшно по сравнению с ее исчезновением.

— Ничего, вспомнишь, — прохрипел я и нажал на педаль газа.

Алиса расслабилась и осторожно откинулась на спинку сидения. Салон наполнился ее персиковым ароматом, который успокаивал меня и напоминал, что она рядом. Моя Алиса рядом и мне хочется кричать об этом. Все остальное решаемо и незначительно.

Мы доехали до моей квартиры. На этот раз я не стал нести ее на своем плече. Алиса шла рядом со мной добровольно. Я лишь подстраховался и взял ее за запястье.

В холле я помог снять с нее пальто и сдерживал себя, чтобы не обхватить ее своими руками и не прижать к себе спиной. Мне так хотелось вдохнуть в себя ее запах и наполниться жизнью. Но учитывая новое препятствие, я не могу дать волю своим порывам. Они ее напугают. Ей достаточно было пережить тот стресс, когда я силой забрал ее из парка.

Алиса прошла в гостиную и начала все с любопытством осматривать. Естественно ее глаза задержались на доске с расследованием, и она приблизилась к ней.

Я наблюдал за ней, скрестив руки на груди и прижавшись о косяк двери.

— Кто ты такой? — тихо спросила она, повернув голову, когда изучила доску с информацией.

— Человек, которого ты любишь, — только и ответил я.

Алиса сглотнула и смотрела на меня с недоверием. Она стояла на месте, словно приросла к полу.

— Мы познакомились в Майами. Ты приехала туда с родителями, твой отец начал строить там отель. Вечером ты решила искупаться, но есть одна загвоздка — ты не умеешь плавать. Я занимался пробежкой по побережью океана и увидел, как ты борешься за жизнь. Вытащил тебя, а потом уже все раскрутилось.

Алиса смотрела на меня внимательным взглядом, изучала и впитывала каждое слово. Я начал медленно приближаться к ней.

— Я должна поверить тебе на слово?

— Тебе не обязательно верить мне. Сама обо всем вспомнишь. Я подожду. Тебе просто нужно сосредоточиться на меня и тогда твой мозг даст сигнал. Я искал тебя пять лет и практически не жил. Сейчас ты рядом и это главное, а воспоминания вернутся.

Я встал напротив нее и находился слишком близко. Слышал ее прерывистое дыхание и как рвано бьется сердце. Я слышу эти прекрасные звуки, которые питают мою жизнь.

— Ты по-прежнему не любишь свои родинки? Помнишь, что у тебя аллергия на цитрусовые и что ты не любишь морепродукты? Не умеешь плавать, но любишь океан? Продолжаешь играть на гитаре?

Теперь Алиса смотрела на меня как зачарованная.

— Ты знаешь больше, чем Джексон.

Я нахмурился. Внутри затаился страх, что наши подозрения с Виви имеют место быть в реальности.

— Только не говори, что ты все эти пять лет жила с ним.

Нет, я не смогу принять эту информацию хладнокровно.

— Я его жена, — равнодушно проговорила Алиса.

Во мне взорвался гнев таких масштабов, что мне захотелось сокрушить всю свою квартиру в щепки. Я опустил глаза на ее правую руку, затем схватил ее и посмотрел на палец. Он окольцован.

Я поднял на нее глаза, в которых наверняка плавает огненная ярость, которую я не смогу сдержать. Алиса напряглась, на лице выраженный страх.

— Снимай это недоразумение, — процедил я и выдернул кольцо с ее пальца, бросая его в сторону. — Какого черта, Алиса!?

Я схватился за голову, на которой хотелось выдернуть все свои волосы. Затем сбросил все с рабочего стола, перевернул стул, начал пинать его, пока не поломал. Разорвал все, что было на доске с расследованием. Я бы крушил все вокруг, если бы не голос Алисы, которая испуганно смотрела за происходящим, схватившись за голову.

— Успокойся! Остановись! Я не люблю его и никогда не любила!

— Этого еще не хватало! — тяжело дыша сказал я, направив на нее бешеный взгляд.

Я приблизился к ней и схватил за предплечья.

— Ты хотя бы знаешь, кто он? Знаешь, что он твой сводный брат, который одержим тобой? Который в твои шестнадцать пытался тебя изнасиловать?

— Что?

На лице Алисы потерянность и неверие.

— Можешь и этому не верить, сама вспомнишь.

Я освободил ее из своей хватки, после чего Алиса еле простояла на ногах, схватившись за угол стола. Я сел на кресло и взлохматил волосы.

— Он…он был единственным, кого я увидела после того, как вышла из комы. Он был единственным, кто рассказывал мне о том, чего я не знаю. Он представился моим мужем. Он…

— Он тот, кому была на руку твоя амнезия и просто начал манипулировать твоим сознанием, чтобы присвоить себе. Черт!

Я ударил по подлокотнику и выдохнул, потирая лицо рукой. Во мне дикая смесь из ярости, гнева, бешенства и злости на самого себя. Я упустил ее, а мой враг забрал мою Алису себе. Учитывая его одержимость ею, я даже представить боюсь, как все эти пять лет жила Алиса. Наверняка еще хуже, чем я.

— Мне было так страшно остаться одной, что я доверилась ему и поверила, — тихо добавила она. — Пять лет я жила одними подозрениями, но их подавляли, когда кололи экспериментальный препарат. Его создал Джексон, якобы помогающий мне справиться с психической болезнью, а на самом деле он блокировал мои воспоминания. Я забывала практически обо всем заново. Если бы не этот препарат, то я бы наверняка уже обо всем вспомнила.

Мне ошарашила данная информация. Я не могу впитывать это здраво. Я хочу пойти к Джексону и пристрелить его. Но смотря на Алису понимаю, что сделав я это, она останется одна. Я нужен ей и поэтому обязан сдерживать свой гневный порыв. Если я наберу компромат на Джексона, то смогу посадить его и таким образом избавиться. Смерть для этого психа — слишком простое наказание.

— Откуда ты про то знаешь?

— Мне помог мой доктор, который, собственно, и помогает Джексону разрабатывать его. Он понимал, что я страдаю и решил помочь, рискуя собой. Мне приходилось притворяться, что после каждого принятия препарата я обо всем забываю. Я начала вести свое расследование и постараться все вспомнить.

Я тяжело вздохнул. Слишком много информации. Она наваливается на меня как груда камней, которые необходимо упорядочить по размеру.

— Мы во всем разберемся, — только и сказал я.