Кристина Янг – Нити судьбы: в объятиях любви. Книга 1 (страница 18)
Надев свои очки, он принялся внимательно рассматривать нарисованные украшения.
– Валери сделала линию в цветочном стиле? – уточнил отец, продолжая листать галерею.
– Да. Минимализм и утонченность привлекут молодое поколение. До этого мы опирались на роскошь в стиле ампира, рококо и так далее. Поэтому я решил… то есть я предложил немного изменить заезженную тактику, и Валери исполнила мою просьбу. Сегодня мы дополнили коллекцию еще одним изделием, но я не успел внести его на флешку.
Я закончил свой так называемый доклад и умолк, выжидая вердикта отца. Он снял очки и надавил на переносицу пальцами, отбрасывая их в сторону.
– Что ж, надеюсь, что данная линия принесет нам успех. Желаю тебе удачи, сын.
Отец протянул мне руку для пожатия.
– Спасибо, отец.
Каким бы строгим и несносным не был отец, но он всегда поддерживает мои идеи и верит в мой успех даже тогда, когда этот успех далек от меня.
– Как твои дела в целом? – спросил он.
– Хорошо.
– Как предстоят дела в ваших отношениях с Ариэль?
Я чуть нахмурил брови, удивляясь вопросу отца, ведь он никогда не интересовался нашими с Ариэль взаимоотношениями.
– Тоже хорошо, – с уверенностью ответил я.
– Брось, сынок. Я все видел. Тебе бежать от ее хочется, а не обнимать.
Я тяжело вздохнул и откинулся на спинку мягкого стула.
– Так заметно?
– Ты профессионально притворяешься, но у меня глаз наметан на такие вещи. Когда я дорожу твоей матерью и готов ее следы целовать, то вижу, что в тебе этого по отношению к Ариэль нет.
Я поджал губы, не зная, что ответить отцу.
– У тебя появилась другая женщина?
– Нет, – быстро ответил я, и отец кивнул, поверив мне.
– Я скажу так, Дэвид. Нельзя терпеть женщину рядом, которую ты не любишь. Это напрямую зависит на твою жизнь и твои успехи в делах. Женщина должна вдохновлять, окружать спокойствием и порядком.
Стоило мне услышать слова отца, как я тут же подумал про Оливию, и мои глаза будто загорелись, поскольку отец продолжил:
– Есть все же женщина, которая управляет твоим дыханием и сердцебиением.
Он хрипло посмеялся, когда словил меня на очевидном, что я попытался скрыть. Отец всегда был мудрым и таковым остался несмотря на то, насколько тяжело ему было поднимать махину под названием
Женщина – удивительное создание, которая способна сделать жизнь мужчины наиболее успешной и благополучной. Наши привилегии – это ум и физическая сила. В их руках же намного больше, что неподвластно мужчине.
– Я хочу расстаться с Ариэль, – честно ответил я отцу.
Он одобрительно кивнул.
– И это правильное решение. Но не забудь, на что способна желтая пресса. Будет тяжеловато в первый месяц, пока эта новость не уляжется. Они знают про все и всех.
– Да, ты прав.
– Кто она?
Я поднял глаза на отца.
– Если ты думаешь, что я изменяю Ариэль, и что хочу разойтись с ней из-за другой женщины, то это не так. Я уже давно принял это решение. До того, как…
Я умолк, не зная, как описать свои чувства, как только появилась Оливия в моей жизни.
– Влюбился?
Я отрицательно помотал головой.
– Рано говорить об этом. Да и вообще…
Я вздохнул, не зная, как передать свои запутанные чувства отцу.
– Она…вносит в мою жизнь яркие краски. Я знаю ее три дня, и за эти дни я почувствовал намного больше, чем чувствовал за всю свою прожитую жизнь. Она несет какую-то удивительную энергетику. Я захожу в приемную и… мне сразу же хочется хвататься за все, делать все безупречно. Я наполняюсь силой. Она…вдохновляет, – закончил я фразой, которую часто себе повторяю. – Не знаю, как это работает, но один факт ее существования меня будоражит.
Отец внимательно выслушал меня, подперев кулаком щеку, после чего сказал:
– Это та женщина, которая тебе нужна. Все это я чувствую рядом с твоей матерью. Так что, береги ее.
Я опустил глаза и задумался. Оливия и я? Союз, который невозможно представить, стоит посмотреть на нас. Она же…видит во мне только своего босса и ничего более. Оливия даже лишний раз не смотрит на меня. Она сохраняет четкую профессиональную границу между нами. А если я пойму, что влюблен, но при этом не получу взаимных чувств от Оливии? Что тогда со мной будет? Я впервые испугался этого и не знал, как поступить в таком случае. Стоит ли бороться, если во мне вспыхнут те самые чувства, но при этом не вспыхнут у Оливии? Биться в закрытую дверь? Но этим я могу сделать только хуже.
Со мной никогда не происходило такого. Я не анализировал девушку, не пытался видеть в ней вдохновение и искусство. Ариэль просто появилась в моей жизни, и я видел в ней потребность утолять свою сущность. Она не цепляла меня за все, что есть во мне. Она просто мелькала в моей жизни и ничего более.
А Оливия… Ее появление трактуется совсем иначе. Что-то необходимое, красивое, животрепещущее… Зависимость. Я собирался избежать этого слова и применить множество синонимов к нему, но не получается опровергнуть очевидное. Оливия – это зависимость. И когда я пойму, что она необходима мне всегда, то не смогу остаться правильным и отпустить ее.
Мы с отцом закончили наши откровения на том, что данный разговор останется между нами. Отец обещал мне не обсуждать с мамой мое решение разойтись с Ариэль. Она узнает об этом уже после того, как это произойдет. Зная маму и ее любовь к Ариэль, она попытается отговорить меня и начнет нести всякую чушь про тяжелые периоды в отношениях, которые просто необходимо вытерпеть. Она не поймет, что я уже очень давно терплю и позволяю ее любимице обманывать меня.
Я делаю вид, что ничего не вижу, но на самом деле, знаю обо всех похождениях своей так называемой девушки, которой еще год назад собирался сделать предложение. Знаки судьбы существуют.
В тот вечер, когда я пригласил ее в ресторан, мне срочно пришлось перенести нашу встречу из-за дел в компании. На следующее утро вместо понимания и поддержки, меня встретили с диким скандалом. Уже тогда Ариэль начала вести себя отталкивающе, неадекватно, и постепенно я начал хладеть к ней. Возможно, в ее изменах есть и моя вина, но если ее не устраивало мое безразличие, Ариэль всегда могла уйти. Но она продолжает терпеть и далеко не из-за любви, а из-за удобства быть со мной.
Я достиг гостиной, где на диване сидели Ариэль с мамой. Они о чем-то беседовали за чашкой чая.
– Ариэль, поехали, – сухо бросил я, прерывая их разговор.
Мама нахмурилась. Сейчас она начнет высказывать свои недовольства и попытается задержать нас.
– Куда торопиться?
– Мы хотим побыть вдвоем после разлуки, – наспех придумал я романтичную отмазку, чтобы мама растаяла от этих слов и спокойно выпроводила нас.
Ариэль заулыбалась и встала с дивана, оставляя свою чашку на журнальном столике.
– Ну, если так, то хорошо, – с удовольствием на лице проговорила мама.
Я подошел к ней, чтобы поцеловать ее в щеку на прощание, и взял Ариэль за руку.
– Твой чемодан уже в багажнике машины Дэвида, – дала знать мама, бросая нам в след.
– Хорошо. До скорого.
На улице я открыл Ариэль дверь пассажирского сидения, после чего занял свое водительское сидение и выехал с территории семейного особняка. Была бы моя воля, оставил бы Ариэль там и уехал без предупреждения. Один факт ее присутствия в этой машине меня раздражает.
До моего загородного дома мы доехали молча. И я рад, что она не проронила ни слова хотя бы тогда, когда я был за рулем и не желал слышать ее голос. Но в доме моему покою настал конец, и я был готов к этому.
Я прошел вперед, желая скрыться в спальне, но стальной голос Ариэль за спиной меня остановил:
– Ничего не изменилось. Даже разлука не помогла. Ты такой же черствый и холодный.
– Может тогда тебе уйти, если тебя что-то не устраивает?! – злостно ответил я, не сдерживаясь.
Последовало молчание, а через несколько секунд я услышал, как шпильки ее туфель ударяются о кафель в холле. И судя по их характеру, Ариэль подходит ко мне медленно, словно хищница, испытывая меня на прочность. Она встала передо мной, надменно улыбаясь. Ее карие глаза выражают высокомерие. Дерзость, которой она плюется в меня, вызывает во мне шквал ярости и злости.
– Ну уж нет, дорогой. Никуда ты не денешься от меня. Мы с тобой связаны. И мы с тобой вместе навсегда.
Ариэль встала ко мне вплотную и накрыла мое лицо своими холодными ладонями, притягивая меня к себе. Она коротко, но жадно накрыла мои губы своими и отстранилась с победной улыбкой.
Ей по душе испытывать мое терпение. Ей нравится понимать, что наши отношения рушатся, и из-за этого наказывать меня своими дерзкими словами и действиями.