Кристина Янг – Несовместимые. Книга 1 (страница 46)

— Какие-то проблемы? — взволнованно спросила она. — Вы же с Брук поступили.

— Да. Никаких сложностей, не волнуйся. Просто поговорим позже.

— Ох, надеюсь, ты говоришь мне правду. Кстати, Элла, твой подарок в пункте выдачи. Не забудь забрать.

— Спасибо, Сеньора.

— Я звонила сегодня еще в клинику. Состояние Винсента стабильно, а вот Деймон со своим горячим молодым организмом вырывается очнуться.

Мое сердце забилось быстрее. Я то улыбалась, то ужасалась. С одной стороны, радость за брата, с другой — тревога за папу. Но я всеми силами старалась верить только в лучшее. Еще не разу не думала о тяжелых последствиях и не пугала себя негативными мыслями. Буду стоять и дальше на своем.

— Все будет хорошо, — проговорила я на грани шепота и обняла себя одной рукой за плечи.

— Главное верить в свет. Не унывай, моя милая.

Я улыбнулась. Мама тоже всегда так говорила.

— Не буду.

Мы с бабушкой попрощались. Я снова смогла свободно выдохнуть, прижимая мобильник к груди. Хотя бы долгое отсутствие бабушки не будет терзать меня и оседать камнем в сердце.

Я спрятала телефон обратно в сумочку с улыбкой на лице и уже собиралась возвращаться в клуб с легким сердцем. Но две крупные фигуры в темноте неподалёку от меня заставили насторожиться и напрячься до боли в груди.

— Эй, куколка? Не надо стоять одной и скучать. Иди к нам, — пробрался мужской грудной голос до моего сознания, а по моему телу прошелся холодок. Нет. Это страх, овладевающий моим телом и сознанием.

В тишине чиркнула зажигалка и в темноте появился небольшой огонек, зажигающий сигарету. К небу поднялся дым.

Любой страх можно побороть, Элла.

Слова моего «учителя» пришли в мою голову именно в тот момент, как я начала ощущать просыпающийся страх в сердце. Если эти мужчины адекватные и не станут настаивать на своем, как те мерзавцы из моего прошлого, то страх отступит. На этом я себя и запрограммировала. Я просто молча развернулась и пошла ко входу в клуб, стараясь не спешить и не провоцировать их, ведь так они могут подумать, что я действительно боюсь и бегу от них.

— Ну чего ты сразу уходишь? Мы не обидим, — крикнул кто-то из них мне вдогонку со смехом, который подхватил и его товарищ.

Дыхание участилось, а когда я услышала их шаги позади, меня будто холодной водой окатили, отчего сердце стало стучать быстрее.

Хватит бояться, Элла.

Я замедлила шаг, позволяя этим скотам, не понимающим отказа девушки, нагнать меня. В висках сильно стучал пульс от нахлынувшей злости со смесью агрессии и страха, заглушая все вокруг. Если они не поняли по моему молчаливому уходу, что я отказала, то передам по-иному.

Шаги были уже совсем близко. Они заставляли мое сердце метаться в груди, как бешеная птица. Голова закружилась, и я вот-вот упаду от резкого наплыва катехоламина в организме, вызванного колоссальным количеством эмоционального потрясения. Под таким прикрытием работает страх, который проснулся из-за воспоминаний прошлого. Эти флэшбеки сейчас будто перенеслись из прошлого в настоящее и пытаются повториться.

Меня схватили за плечо огромной рукой. Дальше я не отдавала отчета своим действиям. Резко развернувшись, я также стремительно подняла колено и прицелилась прямо в пах. Казалось, удара не избежать. Но грубая хватка горячей и крепкой руки на моем бедре остановило попадание в цель. Послышался шлепок широкой ладони о кожу. Из меня вышел громкий выдох, что легкие остались без воздуха, когда я грудью грубо врезалась в широкую мужскую грудь, ощущая на талии стальную хватку. В это же время в нос ударил запах шоколада, и я подняла широко распахнутые глаза, узнав обладателя этого аромата. В своих надежных руках меня держал Эдвард Дэвис, не позволяя мне упасть.

— Вы? — судорожным голосом спросила я, выдохнув.

— Хорошая реакция, — слегка усмехнулся он.

— У Вас тоже.

Я осознала насколько близко мы сейчас находимся друг другу. Настолько близко, что между нами нет и сантиметра. Эдвард плотно прижимает меня к своему телу, жар которого можно ощущать и сквозь его одежду. Он обволакивает меня и заставляет вскипать кровь в жилах. Щеки налились такой же горячей кровью и окрасились в красный, когда я еще и поняла, что Эдвард до сих пор держит мою ногу за бедро, прижимая ее к своей талии. Кожа под его ладонью начала гореть то ли от смачного шлепка, когда он останавливал мой удар, то ли от его прикосновений на моей оголенной коже. И, о Боже, мои руки лежали на его широкой груди. Со стороны мы выглядим так, будто сейчас сойдемся или в танго, или в страстном поцелуе. Мне страшно за свои фантазии рядом с ним. Это все для меня ново. Я никогда не ощущала такого рядом с мужчиной и точно не думала о таком, начиная уже представлять сюжеты сценария в голове.

Дыхание Эдварда коснулось моих губ и это стало последней каплей. Мое самообладание в шатком состоянии.

— Отпустите меня, — сдавленно попросила, сглатывая.

Он тут же выполнил мое требование, осторожно выпуская из своих рук, контролируя мою координацию. Стало резко прохладно без его рук на моем теле даже в жаркую ночь. Я сделала шаг назад, поправляя свое платье на бедрах. Посмотрев за спину Эдварда, я с недоумением нахмурилась.

— Где они?

Эдвард тоже посмотрел назад, после снова на меня и пожал плечами.

— Показал им одну игрушку, и они развернулись, вспомнив, куда им действительно нужно, — спокойно проговорил он.

Я выдохнула. И эта игрушка в поясе его брюк за спиной, спрятанная черной рубашкой.

— Я думала самой справиться, но если Вы мне помогли, то спасибо, — проговорила, обнимая себя за плечи.

— Я доволен тем, что ты не растерялась.

Я закатила глаза.

— Не сомневаюсь. Вы довольны мною только тогда, когда я совершаю то, что нравится лишь Вам.

— Не обобщай. Двигай в клуб, — ответил он, двигаясь ко входу.

— А зачем Вы, собственно говоря, приехали? — спросила я, нагоняя его.

— Домой пора, — только и ответил он, заходя в клуб.

А с чего это он решает, когда нам пора домой? Злость на него уже проела все мои нервные клетки.

Мы подошли к нашему с Эльвирой столику, за которым она сидела, подперев голову рукой, и пила воду из стакана. Музыка немного стихла.

— О, братик, ты приехал, — заплетающимся языком проговорила она и выпрямилась на диванчике.

— Это ты его вызвала? — удивилась я.

— Ну да. Просто, я немного перебрала и точно не дойду до отеля.

— А я предупреждала, — зашипела я. — Довела бы тебя я.

— Ну нет. Мы девочки красивые, а время позднее. Мало ли какие идиоты здесь обитают, — продолжала она мямлить, онемевшим от алкоголя языком.

Я сглотнула, вспомнив недавний случай за клубом. Да, ненормальных хватает в этом мире. Их даже переизбыток.

— Я бы вызвала такси. Зачем тревожить человека, у которого свидание.

Я мельком посмотрела на Эдварда. Тот наблюдал за сестрой, а на лице у него так и написано «ну как обычно». Он не удивлен такой картине. Но, когда он услышал мои слова, медленно перевел свои глаза на меня и смотрел так безучастно, будто я сказала глупость, не стоящей его внимания.

Эльвира громко рассмеялась.

— У кого свидание? У Эдварда Дэвиса? — Она указала на него пальцем и снова посмеялась. — Он общается с девушками, только чтобы хорошо провести время в постели. Уверена, за это время он уже удовлетворил эту, как ее там. — Эльвира цокнула языком и махнула лениво рукой. — Неважно.

Я прочистила горло и сглотнула, поджав губы. Опустила глаза, чтобы не встречаться со взглядом Эдварда. Такие подробности его жизни заставили меня растеряться. Я бы предпочла о них не знать вовсе. Говорила себе мысленно, что мне все равно, но вспомнила его руки на моем теле и подумала сразу же после таких подробностей о том, что они пару часов назад трогали другую. Дикое, колотящее душу чувство собственности внутри изъявило желание помыть тело с огромным количеством пены с запахом ванили. Чтобы не было ни запаха шоколада на мне, ни его рук, которые я ощущаю на себе до сих пор. Как я вообще могу такое ощущать, если человек мне не принадлежит? Неужели я способна на такую дикость? Я знала, что я собственница, но чтоб настолько…

— Поехали уже домой, — заныла Эльвира.

— Алкоголичка, — выдохнул Эдвард и поднял сестру на руки, словно пушинку. С ее ноги упала туфля, которую мне пришлось нести в руке.

— Сопьешься тут от такой жизни, — пробубнила она и положила голову на плечо брата, закрыв глаза.

Ехали мы в гробовой тишине. То есть совсем не говорили. Лишь еле слышимый, мягкий гул мотора машины, проезжающий через одну единственную главную дорогу Пейджа, не позволял полностью кануть в затишье. Как и изредка исходящие непонятные звуки от Эльвиры, сидящей на заднем сидении. Она сопела и что-то урывками бубнила себе под нос. То и дело вспомнила ее слова, когда мы выходили из клуба. Они крутились вокруг моего сознания и отказывались исчезнуть. Почему-то они застряли в моих мыслях. Теперь я кое-что понимаю. Иногда поворачиваясь назад на переднем сидении, чтобы посмотреть на Эльвиру и оценить ее состояние, я понимаю ее желание забыться хоть на какое-то мгновение.

Алкоголь помогает раскрыть душу, и той тяжести, что мы носим на себе каждый день. Все выходит наружу: боль, отчаяние, грусть, желание поменять свою жизнь. Мы без опасений говорим обо всем, что есть на языке и не пытаемся ничего скрыть. Все, что выходит из нас, крутится вокруг, вытолканное спиртным. Благодаря алкоголю мы позволяем себе отдохнуть от ежедневной рутины и от своих собственных проблем. Только вот очень жаль тех, кто уже настолько погряз в своем собственном дерьме жизни, что не могут остановиться и пьют каждый день до беспамятства, привыкшие к чувству легкости. Потом уже этим людям на все плевать. Разгильдяйство, безучастность и безразличие ко всему становятся главными артефактами спасения своего собственного внутреннего мира. Самое главное знать грань этого дела. И я очень надеюсь, что Эльвира ее знает и всячески контролирует этот баланс забытья и принятия своей жизни.