Кристина Янг – Эффект ореола (страница 4)

Я без сил упала на стул и судорожно выдохнула.

– Я понимаю, что тебе больно. Тебе придется принять это и не мучиться.

Я горько усмехнулась.

– Я буду мучиться еще сильнее, когда убийца на свободе. Мне намного лучше, когда я ищу его, как что-то несуществующее. Самое дерьмовое это то, что дело закрывают, потому что она не несет вам никакой пользы. Везде нужна выгода.

Я встала со стула.

– Мейзи…

– Всего доброго, офицер.

Я покинула кабинет детектива, не проронив ни капли слез, хотя очень хотелось разреветься прямо там из-за жестокой несправедливости. Шла по коридорам отдела, пытаясь держаться сильной, хотя внутри меня сидела черная дыра, которая высасывала из меня всю энергию. Отчаяние захлестнуло меня, уничтожив своим появлением оставшиеся крупицы надежды.

Наши дни.

Прошло четыре года, а зацепок никаких. Это для меня за гранью реального. Убийца просто растворился в воздухе. Если бы он еще оружие оставил, то это бы посчитали самоубийством и всем хорошо. Но даже понимая, что это хладнокровное убийство, дело просто так же хладнокровно закрыли. Меня разрывает на части от несправедливости. О спокойной жизни не может быть и речи. Я даже не мечтала об этом никогда. Я нахожусь посреди мрака, где есть лишь один проблеск света, – и это моя сестра.

Я посмотрела на могилы родителей и мысленно извинялась перед ними за то, что не могу найти их убийцу и предоставить им покой. Это происходит на протяжении четырех лет – все, на что я способна, это извиняться перед родителями.

– Поехали домой, карамелька – прохрипела я, продолжая смотреть на гранитные камни.

Дженни шмыгнула носом, после чего согласилась со мной:

– Поехали. Папа всегда так меня называл только из-за цвета волос.

Я кивнула, улыбаясь.

– В детстве они у тебя были светлее, чем сейчас, но прозвище осталось.

Дженни посмотрела на могилы родителей и в эту же секунду по ее щекам покатились слезы.

– Я так скучаю по ним. Без них я чувствую себя слабой.

Я взяла сестру за плечи.

– Ну-ка посмотри на меня. Как говорил папа? Мои девочки…

– …самые сильные, – продолжила Дженни и слегка улыбнулась.

– Вот так.

Я обняла ее за плечи, и мы ступили на тропинку, которая вела нас к выходу. Мне хотелось, как можно скорее, уйти отсюда, поскольку ощущала, как начинает дрожать моя душа и рваться к могилам родителей. Если бы не Дженни, перед которой я хочу быть сильной и поддержать ее моральный дух стойкостью, я бы уже давно лежала на земле между могилами папы с мамой и рыдала. Когда мне очень плохо, я приезжаю сюда, чтобы плакать и освободить свою душу от натиска горя, никому не показывая своей слабости.

Мы с Дженни приехали домой. Она ехала впереди на своем небольшом спортивном автомобиле, который я подарила ей, когда она встретила свой двадцать первый год.

После смерти родителей я всегда старалась компенсировать их отсутствие и во всем помогать своей младшей сестре. Я знаю, что папа обещал подарить ей машину мечты, но, увы, не успел этого сделать. Это перешло мне в наследство, и я просто добавила немного к его деньгам, которые он откладывал на подарок. Я просто хотела, чтобы Дженни чувствовала себя счастливой и отвлекалась от мысли, что опоры в лице родителей у нас больше нет.

– Посмотрим «Дневник памяти»? – предложила Дженни, когда мы зашли в дом.

Я вздохнула и посмотрела на сестру, которая смотрела на меня умоляющими глазами.

– Давай, чтобы я снова рыдала над этой любовью, – проворчала я.

Дженни посмеялась и побежала в гостиную настраивать телевизор. Я села на диван и достала мобильник, чтобы посмотреть электронную почту.

Когда Дженни села рядом с попкорном, я поставила его на беззвучный, заблокировала и убрала в сторону. Подняла ноги и удобно расположилась на диване, готовая в двадцатый раз смотреть шедевр мирового кинематографа, который так обожает моя сестра.

У нас с ней разные вкусы во всем – от одежды, до еды с фильмами. Я больше всего любила смотреть боевики и триллеры с папой и ворчала вместе с ним, когда мама с сестрой включали любовные сериалы или фильмы. На холодильнике всегда висело расписание просмотров – с понедельника по среду вечера принадлежали сестре с мамой, а с четверга по субботу нам с папой. Вечер воскресенья был посвящен общему семейному просмотру комедии.

Мы все такие разные, но такие близкие.

При просмотре фильма я заметила, что Дженни отвлекается на телефон. Ей постоянно приходили уведомления, и она незамедлительно отвечала на них. Не знаю, что такого важного там, что Дженни отвлекается от своего любимого фильма и даже периодически смущенно улыбается содержимому.

– У тебя какие-то секреты от меня? – не сдержалась я и заговорила, чтобы выяснить, что происходит.

Дженни слегка испугалась, вздрогнув, и заблокировала телефон, откладывая его в сторону. Она не решалась задержать на мне взгляд, когда я смотрела на нее с пристальным вниманием.

– От тебя ничего не скрыть.

– Давно пора привыкнуть.

Дженни вобрала в себя воздуха и быстро выпалила:

– У меня появился мужчина, – затем выдохнула и с осторожностью посмотрела на меня.

Я улыбнулась.

– То, что у тебя появился парень, это хорошо. И когда ты меня с ним познакомишь?

– Нет, Мейзи. Именно мужчина. Ему…тридцать семь.

Дженни поджала губы и с опаской ждала моей реакции. Я ненадолго растерялась и просто пыталась состыковать это недоразумение в своей голове.

– Сколько? – переспросила я, не веря в услышанное. – Ты в своем уме?

– Вот именно такой реакции я и ожидала, – разочарованно ответила Дженни, скрестив руки на груди. – Я не его любовница, он разведен уже как год. Свободный мужчина, что в этом плохого?

– Дженни, ему тридцать семь! Только этот факт уже плохо! Тебе всего двадцать два! Ты с кем собралась связывать свою жизнь?

Я не сдержалась и начала разговаривать с сестрой на повышенных тонах. У меня в голове не укладывалось, как моя нежная Дженни смогла вообще обратить внимание на мужчину такого возраста.

– Мейзи, знаешь, не стоит затаскивать всех под одну гребенку! – выкрикнула она, а я осталась сидеть с открытым ртом.

Дженни виновато посмотрела на меня.

– Я все знаю, – тихо призналась она.

Я сглотнула и спокойно уточнила:

– Откуда?

– Слышала ваш с мамой спор. Вы тогда поругались, потому что мама не была в восторге от твоего выбора. А через год она успокаивала тебя, потому что он тебя бросил.

Я отвела глаза в сторону и вздохнула. Неосознанно сжала пальцы в кулаки, невольно возвращаясь в тот печальный отрезок времени, когда в свои двадцать один меня угораздило влюбиться в женатого мужчину, которому переваливает уже за сорок. Я была глупой студенткой и не смогла устоять перед его ухаживаниями.

Он обратил на меня внимание, когда его пригласили дать нам практикующую лекцию. Цветы, красивые комплименты, подарки без повода. Я чувствовала себя рядом с ним маленькой девочкой, которая может не быть сильной. Рядом с ним я забыла о своей истиной сути самостоятельной и независимой. Я стала мягкой и постоянно улыбалась.

После трех незабываемых ночей с ним и месяца отношений я узнала, что он женат. Сначала я сохраняла позицию уйти и забыть его раз и навсегда, но он старательно возвращал меня и просил не уходить. Обещал, что разведется. Эти стандартные мужские обещания, которые неизвестным образом влияют на женское сознание. Я поверила ему, находясь под влиянием сильных чувств. Я по-настоящему полюбила в первый раз и сильно привязалась, не в силах стереть его из своей жизни.

Когда рассказала о нем маме, она была в ярости. Хотя я, охваченная дурной влюбленностью, ожидала другой реакции от мамы. Ожидания меня разочаровали. Отстаивая свою позицию и защищая свою любовь, я поругалась с мамой. Ей пришлось смириться с моим выбором, но перед этим она сказала мне, что ей придется быть готовой вытирать мои слезы и к моему разбитому сердцу.

Так и случилось. Через год он меня бросил со словами, что наигрался с молодой плотью. Он получил нужные эмоции и зарядился к дальнейшей семейной жизни. Я была не просто подавлена, я была разбита и уничтожена унижением. Мама утешала меня все выходные, пока я находилась дома. Отцу мъы решили ничего не говорить, дабы избежать столкновения двух юристов. ъх

*Благодаря своему внутреннему стержню, который еще и зарядился жестокостью, я смогла справиться и восстановиться за три месяца.

С того момента я больше не сталкивалась с ним и перестала вспоминать этот отрезок времени, который я посвятила ему. Но Дженни мне сегодня о нем напомнила.

– Прости, – послышался ее голосок.

Она придвинулась ко мне ближе и положила голову на мое плечо, обнимая меня.

– Он другой. Правда.

Я прикусила нижнюю губу, прикрыв глаза. Я очень не хотела, чтобы Дженни повторила мою участь. Я не хочу, чтобы ее любовь кто-то жестоко растоптал так же, как и мою.

Насколько же судьба злодейка. Дженни, как и я, влюбилась во взрослого мужчину в таком же возрасте, в каком когда-то я. Это жестоко по отношению ко мне. Кажется, жизнь будет проверять меня на прочность до конца моих дней.