Кристина Вуд – Последний крик лета (страница 12)

Думаешь раз ты беременна, то тебе все должны в задницу дуть? раздраженно чуть ли не прошипела Анжелика, сложив руки на груди. Губу закатай. Тебе никто ничего не должен.

Девочки, не ссорьтесь, вмешался Стас с обольстительной улыбкой. Он подошел к ним, ухватился за впередистоящие сидения, а после добавил, лучше деритесь. Блонди, тащи попкорн. Он как раз здесь где-то был.

Я едва не закатила глаза, но все же мельком улыбнулась. Этот парень мог развеселить в любой момент.

Уф, Воскресенский, отвали, бросила Беляева и отвернулась в сторону окна, выпучив пухлую нижнюю губу. Но я все же уловила призрачную улыбку на ее лице.

Дело уже шло к вечеру, поэтому решено было разбить временный лагерь, чтобы поужинать, а поиски деревни продолжить завтра. Дмитрий тут же взял свой кейс с ножами и отправился на охоту в глубокий лес. Стас и Амир отыскали хворост и щепки, Макс разжег костер, а Софья Дмитриевна принялась перебирать продукты, которые вот-вот испортятся. Ножа осталось всего три, поэтому Ясмин, Амина и Кира занялись чисткой картофеля и нарезкой свежих овощей. Анжелика и Алмаз проводили ревизию новых продуктов и записывали их в блокнот. Агния продолжала стоять в сторонке, дуться и смотреть на всех недоверчивым и косым взглядом, поглаживая живот. А ее дочь в это время бегала вдоль нашего временного лагеря с внучкой Софьи Дмитриевны.

Я вскипятила воду, чтобы промыть бутылочки для кормления и налить кипяток в термос. А после мы с мамой подмыли малыша, переодели в чистую одежду и накормили. Когда Ярослав крепко заснул в коляске, мама принялась помогать Даше с малышкой. После прихода Дмитрия, который принес в этот раз одну тушку зайца, я дождалась, когда едва ли не все будут заняты разделыванием и обжариванием мяса на костре. А после подошла к Максу и тихо произнесла:

Можно тебя на минутку?

Стас в этом время курил уже третью по счету сигарету и стоял неподалеку от Янковского, поэтому наверняка услышал, что я подозвала Макса и устремил заинтересованный взгляд в нашу сторону. Макс поднялся с корточек и отряхнул ладони от угля. Взгляд его с умиротворенного вмиг превратился в взволнованный.

Что-то случилось?

Пошли в автобус, я обработаю тебе рану пока не стемнело. И даже не смей сопротивляться, твердо настояла я, выходя с нашего временного лагеря.

Хорошо, раз ты настаиваешь. Я уже и забыл про нее, он пошел вслед за мной и улыбнулся снисходительно и понимающе. Его лицо всегда украшала доброжелательная улыбка, и не просто вежливая, а искренняя.

Мы дошли до автобуса, и из багажного отсека я вытащила аптечный чемодан. Он был чем-то схож с оранжевым чемоданчиком набора фельдшера скорой помощи. Раскладывался точно также и содержимое было практически идентично моему рабочему, но внешне он напоминал обычный кейс для мужских инструментов. Этот домашний набор медикаментов на все случаи жизни спасал меня и маму неоднократно.

Ого, это все твое? удивился Янковский, мельком взглянув на содержимое.

Моя бабушка… была фельдшером, соврала, так и не решившись сказать правду. Этот чемодан остался от нее. У нас с мамой осталась привычка хранить там лекарства на все случаи жизни и брать их с собой.

В автобусе никого не оказалось, поэтому мы расположились на передних сидениях. Аптечку я положила на соседнее противоположное кресло, а сама мягко подхватила его теплую руку и принялась обрабатывать рану перекисью водорода. Мужчина сидел совершенно спокойно, никак не реагировал на боль и не сводил внимательный взгляд с каждого моего движения. Его глаза плавно перемещались на мое лицо, шею, руки, а затем снова на глаза и губы. Щеки мгновенно запылали от его пристального и проницательного взгляда в сочетании с мягкой полуулыбкой. Я уже давно не находилась так близко к мужчине, не считая пациентов. От него по-прежнему веяло нотками крепкого черного чая с кислинкой лимона и чувством, которое впредь было мне незнакомо.

Безопасностью.

Мне немного неловко, призналась я и промокнула рану сухой ватой после перекиси. Это все случилось из-за меня.

Не говори глупостей, тихо ответил он.

Не думаю, что он набросился бы на вас, если бы я не зашла, предположила я, боясь напороться на его пристальный наблюдательный взгляд.

Он просто сумасшедший, вот и все. Увидел тебя и его переклинило, произнес он совершенно спокойно. К тому же, война и нейтральная зона сыграли не последнюю роль.

Ну да, мне не привыкать. Ко мне постоянно липнут какие-то сумасшедшие, усмехнулась я, на этот раз сказав чистую правду.

На вызовах скорой помощи от меня не отставали наркоманы или шизофреники. Водителю нашей бригады постоянно приходилось вмешиваться, чтобы забрать меня с вызова в целости и сохранности. Поэтому спустя несколько месяцев работы на скорой, мне в напарники дали широкоплечего фельдшера Артема Николаевича, который был ростом под два метра и старше меня лет на пятнадцать. Он защищал меня от неадекватов и помогал набираться опыта.

Уверен, твой муж тебя оберегает от них.

Я нервно сглотнула, мельком подняла глаза и наши взгляды встретились. Мочки ушей вспыхнули, и я нервно и неосознанно начала покусывать нижнюю губу, а затем тут же отвела взгляд. Окунула вату с пинцетом в спиртовой раствор йода и молча обработала кожу вокруг раны.

Я что-то не так сказал? с сомнением спросил он, когда я продолжила молчать.

У меня нет мужа, ответила траурным голосом, накладывая стерильный бинт на рану. Я ни разу не была замужем. Звали, но я не соглашалась. То есть, не то, что бы на меня клюют только сумасшедшие, и нормальные тоже… Просто… я смущенно зажмурила глаза и провела рукой по лбу. Боже, что я несу. Прости.

Макс беззвучно засмеялся, а лицо его озарила безмятежная мальчишеская улыбка. Взгляд его все еще блуждал по моему лицу, пока я молчаливо упаковала и надежно защелкнула аптечку. Мужчина помог мне положить ее обратно в багажный отсек, и мы молча последовали к нашему временному лагерю.

Спасибо тебе, вдруг отозвался он, мельком поглядывая в мою сторону. Теперь я точно не умру в лесу от инфицирования.

Только попробуй умереть в лесу от таких болячек с моей аптечкой, ответила я, усмехнувшись, а после словила его ободряющую улыбку. И тебе тоже спасибо. Ты постоянно помогаешь мне… и не только мне. Даже побежал за мной на границе, когда все остальные остались в автобусе.

Так говоришь, будто жизнь тебе спас, ответил Макс, изогнув бровь.

Может быть, и спас. Военные в тот момент начали стрелять без разбора, я пожала плечами, едва не споткнувшись об толстые корни деревьев.

Когда до лагеря оставалось несколько метров, Янковский вдруг взял меня за запястье. Мы остановились, и от неожиданности у меня перехватило дыхание. Он взглянул на меня невозмутимо серьезно, от прежней дружелюбной улыбки не осталось и следа. Макс стоял всего в метре от меня, и мне пришлось запрокинуть голову, чтобы взглянуть на него.

На заправке ты говорила тому психу, что все объяснишь. Ты приняла его за кого-то другого? тихим голосом спросил он, глядя прямо мне в глаза. А я не могла полноценно сосредоточиться, потому как он все еще мягко удерживал мое запястье. Если это может напрямую касаться нашей безопасности, тебе лучше рассказать все прямо сейчас.

Я нервно сглотнула, но не смогла отвести от него взгляд. Прямые брови насторожились и сосредоточенно сошлись на переносице, а вопрошающий взгляд глаз цвета свежескошенного газона был как-никогда серьезен.

Это может касаться только моей личной жизни… И больше никого, тихо ответила я, твердо глядя ему в глаза. Мой бывший… он связан с некой бандой. Я думала этот сумасшедший один из них.

Здесь я была в относительной безопасности. Ведь через границу братья Химера вряд ли пройдут. Не предполагаю какие связи с военным руководством нужно иметь, чтобы их пропустили в нейтральную зону.

То есть, твой бывший угрожает и преследует тебя? с сомнением спросил Янковский, сощурив взгляд.

Можно и так сказать, сообщила я, на этот раз правду. Он ненормальный. Абьюзер, как сейчас принято говорить.

В тот момент лучше было сказать именно так, чем объяснять все с самого начала.

Макс удовлетворенно кивнул и отпустил запястье, а я еще некоторое время продолжила ощущать след, оставленный его горячими пальцами. Мы молча последовали в лагерь, но, когда убрали ветки деревьев перед лицом, заметили странное.

На опушке молча сидели не только знакомые лица из автобуса, но и еще несколько незнакомых мужчин. Несколько пар глаз мгновенно уставились на нас двоих.

Вы где ходите? недовольно буркнул Стас, стукнул себя по плечу, чтобы убить назойливого комара, а после покосился в нашу сторону.

А мы вас заждались, с приторной неестественной улыбкой произнес один из незнакомцев, вероятно, их главный, встав с покосившегося дерева.

Глава 7

Наши ребята сидели молча: женщины боялись поднять взгляд на незнакомцев, а мужчины были как никогда напряжены, и настороже поглядывали на чужаков.

Мам? я испуганно пискнула, взглянув, как мама сидела на пледе и крепко прижимала кряхтящего малыша к груди.

Все хорошо, тихо ответила она.

Я мельком кивнула, взволнованно поджав губы, но продолжила стоять возле Янковского.

Кто вы такие? настороженно спросил он, и взгляд его вопрошающий и сверлящий был направлен в сторону мужчины лет пятидесяти с мелкой проседью волос, который первый заговорил с нами.