Кристина Воронова – Источник неприятностей (СИ) (страница 11)

Нике внезапно подумалось, что король воспринимает эту драку как кривлянье шута. Сразу становилось ясно, что это была не первая их ссора, возможно, и не вторая, и сейчас, отшлифованная временем и богатым опытом, драка производила впечатление искусно продуманного развлечения, вроде рыцарского турнира или выступления любимых артистов передвижного театра.

Наконец, сообразив, что сейчас не место и не время для развлечений, Артур ещё раз неохотно развернулся к дерущимся и визжащим уже на ультразвуке женщинам.

– Кто-нибудь, разнимете их уже! – повелительным тоном произнёс он, всем своим видом демонстрируя, что ему невместно заниматься подобным, да и не хочется щеголять боевыми царапинами на лице и руках и рисковать лишиться глаз. – Да сделайте уже что-нибудь! Они же покалечат друг друга, – он это произнёс мечтательно, едва ли не с надеждой.

– Ах, если бы! – внезапно вырвалось у Ланселота. Тот с тоской смотрел прямо перед собой, мечтая куда-нибудь провалиться. Можно даже в геенну огненную, лишь бы подальше от давно осточертевшей любовницы и поднадоевшей роли негодяя – осквернителя семейного очага. – То есть, конечно, ваше величество, – отвесив небольшой поклон сидящему рядом с ним монарху, добавил он поспешно, – я бы очень хотел разнять наших прекрасных дам, но это не в моих силах. Какое-то злое колдовство сковало моё тело, и я не могу двигаться. Боюсь, это всё чары мерзкой феи, которая, как все мы знаем, является тёмной колдуньей. И от чьих чар никогда нет никакой пользы, только один вред!

Сказав это, он демонстративно сложил руки на груди, сопровождая сие действо звяканьем металлических деталей доспеха.

– Ты совершенно прав, сэр Ланселот, – кивнув, степенно произнёс король. – Мне, королю, не пристало вмешиваться в женские потасовки, однако я тоже чувствую, что члены мои тяжелеют, а тело сковывает усталость и слабость разливается по жилам.

Только, в отличие от молодого рыцаря, он не смотрел в одну точку, а с интересом наблюдал за ходом сражения.

Дамы уже начали вырывать друг у друга волосы клочьями, пытаться задушить или выцарапать глаза.

– Всеблагой господь! Дай сил ничтожным слугам твоим побороть дьявольские чары, – прогнусавил монах, сложив ладони в молитвенным жесте, направив взгляд к небесам, то есть, к потолку.

А затем, посчитав свой святой долг исполненным, откинулся на спинку стула с умиротворённым выражением лица.

Директор уселся на край стола, чтобы с удобством обозревать творившееся безобразие и наслаждаться каждым мгновеньем. Никаких активных действий он также не стремился предпринимать. То ли из-за солидарности с остальными представителями сильного пола, то ли из-за кодекса Тёмного властелина, в смысле, директора магической фирмы, который не позволял ему вмешиваться в разборки между клиентами.

Так что, тяжело вздохнув и переглянувшись, Ника с Аллой поняли, что разнимать дерущихся женщин придётся им. И, конечно, со всем уважением! Учитывая, что одна из них – фея, а другая – так вообще королева.

Ника выпнула вперёд Аллу, шепнув ей, что она, как более высокая и крепкая женщина, должна взять на себя её величество, так как та тоже отличалась высоким ростом.

Алла ещё раз тяжело вздохнула, широким гусарским шагом в считанные секунды добралась до кучи-малы, которая переместилась с софы на пол, и из очутившихся на полу личностей, поднатужившись, выдернула королеву.

Это было непросто сделать, так как женщины успели уронить на себя рыцаря в тяжёлых доспехах.

Ника прикрыла рот ладонью и с восторгом и опасением наблюдала, как её лучшая подруга немыслимым усилием воли наколдовывает верёвки и кляп, после применения которых королева стала напоминать иллюстрацию из эротического романа с элементами БДСМ.

Верёвки оказались ещё и липкими, как паутина у паука, по своим свойствам напоминая изоленту. Они взялись насмерть, зато кляп выглядел как скрученные трусы сомнительной чистоты. Так что королеву угомонили быстро и безболезненно.

Сглотнув, Ника вышла вперёд, ощущая себя факиром, у которого день не удался. Фея наставила на неё ладони и окатила грязной водой из озера, кажется, наполненного ядерными отходами больше, чем водой.

Ошеломлённая и разозлённая, в первую очередь из-за испорченной одежды, девушка поднатужилась, точно не осознавая, что ей делать, но желая сотворить хоть что-нибудь, чтобы только подруга и будущий директор в ней не разочаровались.

Ей очень не хотелось мысленно ставить приставку экс, обращаясь к ним.

Запахло палёным.

– Кажется, ведьма где-то горит, – меланхолично заметил священник, блаженно улыбаясь, словно где-то на шикарной кухне ресторана со звёздами Мишлен известный шеф-повар, тот же Гордон Рамзи, готовил его любимый десерт.

Тут же внимание присутствующих привлекла ведьмина шевелюра, которая как раз и загорелась.

– Помогите, я горю! Пылают мои волосы и моя душа! – заорала фея.

– Ты же Озерная фея, вот и вылей на себя воду! – язвительно посоветовала Алла.

– Воды!!! – заверещала Нимуэ, пытаясь сбить пламя руками, на которых тут же появились жуткие ожоги и пузыри.

Стало понятно, что такими жалкими потугами она не сможет спастись.

Ника сильно вздрогнула, с трудом сдержавшись, чтобы не завизжать от ужаса. Горящую ведьму девушка видела впервые. Она вновь выставила вперёд руки и как следует зажмурилась, словно ребёнок, пытающийся увидеть перед внутренним взором куда больше сладостей, чем ему подарили.

И тот час же над головой вопящей феи возник громадный кулер с водой. И тот час же разлетелся на куски, будто его взорвали изнутри. По всему кабинету разлетелись брызги и куски пластика, но большая часть жидкости всё-таки попала на голову истерички.

В общем, к немалому облегчению короля, рыцаря, священника и директора, драка исчерпала себя сама в кратчайшие сроки.

Оглядывая поле битвы, чудом не превратившийся в пылающие руины роскошно обставленный кабинет ужасающего начальства, Ника качала головой и вздрагивала от пережитого.

Она осознавала, что они так просто не отделаются.

Девушка понятия не имела, зачем новоявленному директору весь этот цирк, где в роли акробатов, а также и клоунов, выступили они обе, но пришла к выводу, что он в любом случае будет в выигрыше. И заодно сможет заставить их отрабатывать за порчу имущества клиентов и самих клиентов заодно.

Ведь в наличие имелись: одна связанная королева, воющая из-под кляпа сомнительной чистоты и вращающая обезумевшими глазами, одна фея в бессознательном состоянии, оглушённая взрывом кулера, двое потрёпанных мужчин – причём, королю с помощью монаха, которую тот предоставил весьма неохотно, пришлось поднимать Ланселота, чтобы водрузить обратно на софу.

И им бы это не удалось, так как доспехи весили куда больше самого рыцаря, который и так был высоким и мускулистым, если бы Алла, рисуясь, не избавила его от доспехов одним движением руки. Так как она случайно убрала и одежду, включая нижнее бельё, то ей спешно пришлось наколдовывать ему новые шмотки. И теперь Ланселот щеголял в обычных джинсах, ярко-жёлтой рубашке, и в кроссовках.

Этот конфуз Ника мысленно приплюсовала к остальным фейлам, которые, кажется, умножались друг на друга в геометрической прогрессии с их появлением в здании.

– Вот это сделала не я! – тут же воскликнула Ника, когда Алла, взволнованная, с трясущимися руками, отошла от рыцаря.

Алла кинула на неё мрачный взгляд.

Ланселот тут же бросился к королеве, когда осознал, что может не только ходить, но и бегать без помощи спецтехники и оруженосца, и сразу же вытащил кляп из её рта. И вместо благодарности заполучил укус в руку.

– В следующий раз я тебе кляп из БДСМ организую, – мило улыбнувшись, добавила Алла. – У меня ещё более богатая фантазия, чем у Ники. Очень некрасиво, знаешь ли, кусать руку, которую протягивают тебе для оказания помощи.

Она тут же наколдовала бутылку перекиси водорода, огромный пластырь и подошла к безуспешно пытающемуся удрать парню. Но затем, смирившись, тот просто подал ей окровавленную конечность. Алла закончила обеззараживать рану, вслух приговаривая, что надо бы принять что-то от яда, вроде безоара, а то вдруг её величество плюётся ядом, как кобра?

Ника в этот момент протянула руку над феей и попыталась вызвать воду, рассчитывая, что озёрному созданию это поможет. Однако, когда из воздуха появился графин с водой и едва не свалился прямо на голову лежащей в обмороке женщины, Ника едва успела его поймать руками и прижать к груди, тяжело дыша.

Она по-настоящему испугалась, что может кого-то убить. Пусть даже такую мерзкую, противную и явно заслуживающую и не такого особу.

Не то, чтобы она была так уж против гибели негодяев, но становиться убийцей в первый же рабочий день, когда её даже ещё не приняли на фирму, показалось ей слишком сильным перегибом.

Всё же, на всякий случай облив её водичкой, и не добившись никакого результата, девушка поспешно отступила, про себя надеясь, что фея в отключке, а не на том свете.

Оглянувшись на директора, Ника обнаружила, что он продолжил сидеть на краю стола, болтая ногами, как мальчишка на заборе, и улыбаться, как на весёлом представлении клоунов-убийц.

Ника вспыхнула от злости, ощутив, как кровь прилила к лицу и шее. Она представила, как выглядит со стороны: явно грязные джинсы, кофта с изображением разноцветных бабочек, розовые полусапожки на низком каблуке. Самое то для осени, когда на улице царит бабье лето.