Кристина Воронова – Источник неприятностей – 2 (страница 10)

Алла шумно сглотнула.

– Послушай, ты же не просто так копался руками в его внутренностях… Сгоревших внутренностях. В общем, ты же наверняка уже узнал прошлое оригинала?

– Да, я отлично умею просматривать память мертвецов. Этот мужчина выпал с тринадцатого этажа. Естественно, насмерть. Его никто не толкал, он просто собирался выйти на прогулку, но вместо входной двери вышел в окно. Так и закончилась история его жизни.

– Да уж, кому конец… А кому ещё более страшный конец, – пробурчала Алла, допивая глинтвейн.

Опустив взгляд в чашку Алла подумала о том, что в этом новом мире нет и не будет никаких случайностей. Она не боялась, что любимый прочтёт её размышления. С его подачи ей всё лучше удавалась защищать свои мысли от сильных магов. И теперь в голове у неё появилось своё личностное пространство, куда она не пускала никого.

Алла прекрасно понимала, что она – отличная возможность надавить на Леопольда, сделать его беззащитным, ранимым. А для Тёмных, и, тем более, для демонов, всё средства хороши. В том числе и убийство обычного человека, который просто попался им под руку. Нет, конечно, аналитики Меченных точно составили расчёты с учётом положения луны, настроения верховного божества и прочих важных элементов. И тот самый невзрачный мужчина оказался идеально подходящей жертвой. Но самой жертве от этого точно легче не стало. Алла решила, что во всём опять замешан папочка Леопольда. Ведь именно ему выгодно, чтобы сын прибежал к нему просить помощи, и попал в зависимость. Стал послушным сыном и безжалостным демоном. Таким, каким папочка его и мечтает однажды увидеть.

"Не отдам!!! Сама погибну, но этому уроду к нему подобраться не позволю! Пусть меня за это хоть в Аренну сажают", – мысленно прокричала Алла, словно победную кричалку девушки-волшебницы.

А ещё она прекрасно понимала, чего ещё хотели добиться Меченные: мрачной репутации для их Офиса. Что работающие на могущественного полудемона ведьмочки направо-налево обычных людей убивают. А слухи, подкорректированные продажными журналистами магических газет, смешают правду и вымысел. И в результате выйдет, что работники Офиса и в жертву людей массово приносят, и вообще, неизвестно что ещё в своих стенах творят. Может, даже планируют планеты с орбит сдвигать, чтобы поиграть ими в галактический бильярд. И выйдет, что сотрудникам Офиса прямая дорога в Меченные. Особенно оперативному отделу, то есть, Леопольду, ей, Нике, близнецам, Эркюлю, Зорро и прочим сильным магам и волшебным существам. Да и вообще, Алла прекрасно представляла, как их всех можно подставить, чтобы в результате обозвать "Армией тьмы". И стравить с серыми магами, с которыми они и так на ножах после того, как им удалось обвести вокруг пальца их лидера Ангелуса.

Алла с ужасом подумала, что если бы не любимый шеф рядом, то она бы точно могла броситься каяться после убийства человека, её бы затаскали по магосудам, лишили магии. И в итоге ей бы пришлось с поклоном идти по адресу, указанному в чёрной визитке Меченных, которую, как она знала, Леопольд где-то хранил до сих пор.

Алла, распрямив плечи, заговорила, пытаясь просверлить в нём две дырки пронзительным взглядом чёрных глаз.

– Если сейчас всё так плохо, почему ты такой спокойный и уверенный? Такой отстранённый и холодный? Ты так уверен в том, что всё будет хорошо? Или ты опять что-то от меня скрываешь?! Ты же знаешь, что в любом из миров я доверяю только тебе! И кому мне на самом деле верить, если не тебе? Ты ведь такой великий знаток душ, полудемон. Души ведь твоя специальность, не так ли? Скорее даже родовой дар.

Алла обняла себя руками и сжалась, словно пытаясь стать меньше и слиться с диваном.

– Вот ты убеждаешь меня, что убитый не был человеком, а мне не становится легче! Понимаешь, камень с сердца не падает и совесть продолжать кусаться. И я уверена, что скоро снова что-то произойдёт, а потом опять, и ещё, а ты так и будешь всё таким же спокойным и мудрым, как будто рушится не твой мир, а детский замок из песка! А может, ты так к нам и относишься? Ко всем нам?!! Как к игрушкам, жителям песчаного замка, до которого рано или поздно дотянется безбрежный океан.

Алла быстро вытерла повлажневшие глаза и набрала ещё воздуха:

– Поясни мне, пожалуйста, в чём дело? Почему я до конца не могу доверять даже тебе?! Даже себе?! Ну, вперёд, объясни мне, что со мной происходит – и я тебе поверю, честное слово! Расскажи мне, что с тобой случилось! Потому что я смотрю на тебя и вижу перед собой хладнокровного, расчётливого убийцу, который никого в мире не любит. Когда ты убил в первый раз, Леопольд? Няньку задушил ещё в колыбели, кого-то прикончил на день рождения, как Дэмиен Торн из фильмов про Антихриста?! И твои жертвы тоже были дублями, да? Может, мы все вокруг дубли, а один только ты настоящий? Признавайся!!!

Алла, глядя на беснующуюся себя словно со стороны, едва не подавилась собственным визгом. И наконец-то замолчала, тяжело дыша и царапая ногтями грудь, так как в лёгких словно начался пожар.

– Скажи хоть что-нибудь, – прошептала она, смаргивая вновь появившиеся слёзы.

– В шесть лет, – отчеканил Леопольд таким ледяным тоном, что Алла отшатнулась, вжавшись спиной в спинку дивана, мечтая провалиться сквозь перегородки и этажи. Очутиться прямо в аду она не желала, так как знала, кто её там будет ждать. – Случайно убил дверью котёнка, так как не знал, что родители прислушались к моим многочисленным просьбам и слезам, и наконец-то купили питомца. И ты угадала. Это произошло на мой день рождения. А я тогда ещё считал себя обычным ребёнком. Разве что немного волшебником. Ну, как в сказках. А как хорошо тот день начинался! Родители в кои-то веки не ругались и не дрались, не обвиняли друг друга в разрушенных жизнях. И тогда я осознал, что такое смерть. Я понял, что она наступает тогда, когда кого-то уносят – и уже навсегда. А мой отец тогда знаешь как обрадовался! Наконец-то, сказал он мне в тот злополучный день, поглаживая меня по голове, что позволял себе крайне редко. И добавил, что из меня ещё выйдет просто отличный демон. А мне тогда было так хреново, что ты даже представить себе не можешь! И ведь котёнка можно было воскресить, это же не маг, это даже легче, чем вернуть к жизни обычного человека. Но отцу нужно было, чтобы я почувствовал себя убийцей. Чтобы мне понравилось убивать.

– Твой отец просто безжалостная сволочь! – воскликнула Алла. – Я всегда это говорила.

– Он просто демон. И желает мне добра в соответствии со своим происхождением и воспитанием, – сухо отозвался Леопольд. – Вот жила бы ты в средние века, например, то сидела бы грязная и вонючая, и замуж бы тебя выдали по приказу родителей. И они бы тоже считали, что желают тебе самого лучшего.

Он немного помолчал и прислонился спиной к стене, сложив руки на груди.

– Отца я возненавидел, конечно. То есть, повёл себя так, как он от меня и ожидал. Да и стал более агрессивным в обычной жизни. Наша семья долго жила в СССР. Отцу очень нравились расстрелы, концлагеря и всеобщий страх населения. Мне повезло, что я родился уже после значительного ослабления режима и развала Союза. Иначе насмотрелся бы всякого из первых рядов. Это тебе не жалкий котёнок. Но рано или поздно наступило бы время, где бы я показал свою Тьму во всей красе, – язвительно-зло сказал он. – И вот, однажды, когда мне было шестнадцать, на меня в подворотне напали какие-то отморозки. Всё, как обычно: "Сигареты есть? Телефон дай, срочно позвонить надо. И карманы выворачивай". Я тогда изо всех сил избегал чёрной магии, в пику отцу, конечно. Мама пыталась учить меня более-менее щадящим, не смертоносным заклинаниям, но она была тёмной феей, а не светлой. Так что в те годы я был самородком, вроде тебя и Ники. Колдовал на голой интуиции и огромной магической силе. Типа, что хочу, то ворочу.

Сперва думал просто с ними подраться, но понял, что отмахаться от пяти здоровых лбов не выйдет. И я решил их напугать. И от души напугал. Тогда никто не умер, но кричали они так, что на всю улицу слышно было. А позже я узнал, что за двумя из них нераскрытое изнасилование с убийством числится. И после моего воздействия эти двое дружно побежали в милицию сдаваться. Но это ещё не конец истории. Когда я уже подрос и поступил в магоунивер, снова столкнулся с этой же, только изрядно поредевшей, компанией гопников. Тогда я уже умелым магом стал, но всё равно на нервной почве жахнул одного из них какой-то жуткой гадостью. Да так, что он сразу и окочурился. А второй как заорёт благим матом: "А ну воскрешай брата, демон ты подлый, скотина рогатая!"

И сходу мне душу свою предложил.

Леопольд криво усмехнулся, блеснув глазами:

– Вот мой папочка точно бы от подобного предложения не отказался! А я вот его душу не принял. Отец не смог меня сломать, да и воспитывал неправильно. Всё-таки я был только полудемоном. А любой вменяемый мужчина, если не полный отморозок или маньяк, не станет всех мочить просто так. Ради красивого узора из чужих внутренностей в собственной ванной комнате. Потому что это противоречит здравому смыслу, не говоря уже о банальной совести. Ведь одно дело: не любить людей, а другое – их убивать почём зря.