Кристина Той – Руины в цветах (страница 41)
Солнце все еще светило над куполом, озаряя день объединения. Люди, слышавшие сообщение Майи и Каролины, не понимали, что происходит. Волнение нарастало. Многие солдаты правительства, охраняющие подступы к штабу, были схвачены и избиты, остальные примкнули к Сопротивлению.
Дюк позаботился, чтобы всеобщее волнение не привело к массовым убийствам. Не полагаясь лишь на слова, произнесенные Каролиной в конце выступления, он заранее отключил автоматы всех военных, работающие по отпечатку пальцев, попросту удалив служебную базу данных.
После вещания в третьем секторе знакомый всем хозяин сети магазинов детских игрушек (которые он начал делать как раз для своего сына, что «умер» при родах) спросил у проходившего мимо служителя порядка:
– Это все правда?! Это правда?!
Лицо его было растерянным, и, казалось, он готов был расплакаться.
В ответ солдат молча прикоснулся к своему шлему, дождался, пока тот автоматически раскроется, снял его с головы и опустился на колени. За ним этот жест повторили многие. Это тоже была просьба Дюка: «Люди растеряны, покажите пример сослуживцам, покажите народу, что вы горюете вместе с ним. Хватит уже смертей». Те солдаты, что начали бесчинствовать, тут же были арестованы своими коллегами.
Для безопасности самой Миры, Николь приказала транспортировать Первую Леди на вертолете, доверив это двум Приспешникам – Леону и Каю.
Глава 24
Дюк вернулся домой. И сейчас это снова казалось каким-то сном. Далеким, недостижимым. Он представлял этот день, когда ночевал на холодном тюремном полу, когда переступал порог купола и тогда, когда самодельный пояс впивался в его торс, а сам Дюк пытался не сорваться с машины. Он сидел с Ришель на крыше своего дома во втором секторе и наблюдал, как гаснет дневной свет, загорались вечерние фонари.
– Итак, чему нас научил сегодняшний день? – усмехнулась Рише, глядя на него.
– Не знаю. Нас вообще жизнь чему-нибудь учит?
– Не загоняйся, – улыбнулась она. – Ребята завтра откроют тебе ворота, а новая леди секторов пересмотрит чудовищные законы о мутантах. И больше никого не вывезут. Всех выживших из деревни расселят по домам. Первый и второй сектора отстроят… Дюк. У нас получилось. – На глазах Рише выступили слезы. Спустя мгновение они уже текли ручьями. – Дюк, мы это сделали.
Дюк не знал, что сказать. Видеть ее такой было неловко. Все это время Рише была опорой для всех, и Дюк привык, что выдержка у нее поистине стальная.
– Малая. – Дюк нежно обнял ее узкие плечи. – Это ты – мой бесстрашный воин. Без тебя у меня ничего бы не получилось. Я никогда этого не забуду.
Рише слабо кивнула.
– Как думаешь, в новостях расскажут, что арест не удался и Миру похитили? – прошептала она.
– Думаю, что скажут. Но надеюсь, это произойдет тогда, когда я покину купол. Не хочу слушать нотации Марка. Ее точно поймают позже. Бежать ей некуда, авторитет она подрастеряла. Она нам не угроза. Главное, что ты можешь больше не опасаться за жизни ребят. Прости, что оставляю тебя сейчас, в разгар всеобщей перестройки и реформ.
– Не думай об этом.
– А ты хорошо стреляешь.
– Нет. Я ведь целилась в нее, – смутилась Рише. Она знала, что Дюк всегда был против убийств. Тот понимающе улыбнулся:
– Ребята, перевозившие ее, не пострадали? И как там Митя?
– Об этих Приспешниках не было слышно. Да и это не мой уровень службы.
– А Митя?
– Митя тоже, уже вовсю шутит, как всегда. Лиса позаботится о новой руке…
– Не понимаю, зачем он повел меня в кабинет. Марк должен был сообщить ему, что туда идти нельзя.
– Разве ты не знаешь Марка?
– В том-то и проблема, кажется, знаю. И есть у меня подозрения. Если это так, то он поплатится за то, что Митя пострадал.
– С ним все будет в порядке.
– В порядке, но без руки…
Рише поморщилась, представляя, какая это боль.
– Его сестра оказалась Приспешницей? – не скрывая удивления, произнесла Рише.
– Кто бы мог подумать, да?
Они замолчали, наблюдая, как закат окутывает стены купола. Для Рише революция закончилась, она готовится занять пост – представителя Сообщества Мутантов и стража их порядка. Уже через неделю ей предстояло приступить к новым обязанностям. Вместе с Марком и Митей, до изгнания Дюка, она покинула второй купол для прохождения добровольной подготовки в армию солдат, и их всех, как своих детей, опекала Николь. Революция закончилась и для Эрика – он вернулся домой, и Ника составила ему компанию. Теперь они по-семейному навещали Марию в ее доме, где она, как планировала, приютила новых маленьких мутантов. Теперь она не переживала за их безопасность.
А Дюк должен был отправиться на поиски Ани. Эта мысль не давала ему уснуть и погнала за купол с первыми лучами солнца.
Арес не дождался рассвета и, как только захват власти был завершен, поспешил покинуть купол. Убедившись, что за ним никто не следит, он вышел на знакомую тропу и двинулся вперед. Сверив направление, перешел на бег и спустя некоторое время отыскал тело Гелиос, уже покрытое трупными пятнами. Упав на колени, Арес поднял ее, словно пушинку, и унес в густую чащу деревьев.
– Гелиос, мы это сделали. Дюк, тот рыжий парень, о котором я просил передать весточку в деревню… Он это сделал. – Его глаза наполнились слезами, внутри он ощущал бездонную пустоту. – Почему ты не смогла дождаться этого? Почему я не могу все тебе показать? – говорил он и прижимал ее к груди.
Солнце едва показалось из-за горизонта, ночные цветы сменились дневными, и лес начал просыпаться от спячки. Арес ласково провел ладонью по щеке девушки. Потом снял с себя куртку, оставшись в узорчатой водолазке экзоскелета, и накрыл ей тело. Когда Арес поднял руку к маске, собираясь ее отключить, его остановило легкое касание.
От неожиданности он вздрогнул и вскочил, ощущая, как тело мгновенно покрылось мурашками.
– Тссс… – произнесла незнакомка с длинными серебряными волосами, приложив указательный палец к губам. – Не надо. Она бы этого не хотела. Просто похороним ее, ладно?
Поначалу он не поверил своим глазам: фиалковые глаза, длинные густые ресницы, прямой аккуратный нос и пухлые вишневые губы – она была точной копией Гелиос и отличалась лишь цветом кожи и волос. Сестра-близнец, о которой ему рассказывала Гелиос!
– Селена… – произнес он.
Сев рядом, Селена обняла его:
– Все хорошо. Все будет хорошо. Ты ни в чем не виноват.
Глава 25
Уважительно кивнув в ответ охране, полный надежд и переживаний, Дюк покинул купол, едва открылись ворота. Закашлявшись от холодного морозного воздуха и поправив голубой гипс с изображением множества мелких плюшевых мишек на сломанной руке, он бросился бежать в сторону деревни. Лесные тропинки причудливо переплетались, и Дюк несколько раз натыкался на разрушенные дома, заросшие растениями, детские площадки, полуразваленные от взрывов церкви и школы, прежде чем выбрался на знакомую дорожку. Быстро темнело. Вспомнив, что скоро покажутся звери, Дюк прибавил шаг.
На то, что он был уже близко к деревне, ему указали летающие в воздухе частички пепла и комочки свежей сажи на ветвях деревьев. Обогнув последние ряды кустов, Дюк остановился на опушке. Сердце его болезненно сжалось: купол исчез, от ветхих деревянных домов остались лишь обгоревшие обломки, над которыми еще поднимались тоненькие струйки дыма, наполняя прохладный воздух гарью.
Встряхнув головой, Дюк бросился разыскивать Аню.
– Аня! Аня-я-я-я! – кричал он, заглядывая под обломки и спускаясь в уцелевшие погреба. Безрезультатно.
Потратив на поиски больше часа, Дюк обессиленно уселся на сырую землю, размышляя, где еще ее искать. Внезапно он ощутил прикосновение холодного лезвия.
– Зачем ты вернулся, предатель? – раздался голос за спиной.
– Аня! – не веря своим ушам, радостно вскрикнул Дюк. Он схватил ошалевшую от неожиданности девушку за руку и притянул к себе. Потеряв равновесие, Аня упала ему на колени. Рука с ножом дернулась, и на шее Дюка показалась кровь, но он даже не отреагировал.
– Как я рад, что ты жива! Ты даже не представляешь!
Дюк заметил, что ее голубые глаза теперь стали бледно-серыми, а и без того светлые волосы белели – так же, как и его.
Дюк обнял и прижал к себе Аню, благоразумно отведя в сторону ее руку с ножом.
– Отпусти! Что ты… Дюк. Дюк! – нервно вскрикнула она. – Что ты делаешь?!
– Аня, прости меня, пожалуйста. Прости. – Он ослабил объятия и нежно провел ладонью по ее щеке. – Прошу, дай мне все объяснить. Просто сядь и послушай, как долго я искал тебя, Аня…
(Выписка из ежедневника)