Кристина Терзи – Последний, кого я искала (страница 15)

– Если Василькова не против, то, конечно, помогу.

– Ты – чудесный, – сыпала его комплиментами влюбленная физичка.

– Домогательство чистой воды, – прошептала Жека и добавила чуть громче. – Арин, у тебя конкурентка вдвое старше тебя.

Класс зашелся хохотом.

– Вы самый худший класс в моей практике, – крикнула физичка. – Это ноньсенс! Тишина в классе!

– Спасибо, – прошептала Есения Филу, соглашаясь на его помощь.

Физичка, хоть и была зловредной, но с удовольствием выделила для занятий Есении и Фила свой лабороторный кабинет, что был по соседству с ее классом. Внутри кабинет был меньше, с несколькими компьютерами и портретами ученых, висящих под потолком. Повсюду на стенах висели таблицы с формулами и переодическая система Мендеелева, которая Есении снилась в кошмарных снах из–за полного непонимания физики и химии. Но учительница химии была хотя–бы добрая и понимающая.

После пятого урока у них должно было быть ОБЖ, но вместо урока учитель предложил им убраться в подсобке школы. Парни с радостью решили помочь, лишь бы не записывать долгие и нудные лекции, а девчонки согласились посидеть в классе и посмотреть документальный фильм о блокаде Ленинграда. После уроков у Есении была музыкальная школа и ее выпускной класс по фортепиано, потому Фил предложил ей пойти на физику вместо ОБЖ.

Поначалу было неловко, но спустя полчаса Фил и Есения привыкли друг к другу настолько, что ей даже показалось, что физика не такой и несносный предмет, а вполне даже ничего. Фил умело делился своими знаниями, потому что сам физику очень любил. Их первое занятие продлилось два часа, и Есения поспешила в музыкальную школу.

На следующий день все повторилось, и на следующий, и спустя неделю Есения знала нужные формулы и даже больше. Учтивый Фил умел объяснять, и делал это терпеливо, не стараясь поторопить неумелую Есению. В тот вечер стемнело раньше обычного – в Якутии начиналась глубокая осень. В кабинете физики старшеклассники готовились к ЕГЭ, а Фил с Есенией закрылись в лабораторном кабинете и ели шанишку из школьной столовой. Спустя час работы, Есения успела изрядно устать. Клонило в сон, но на днях должна была случиться контрольная, поэтому она не поддавалась сну. Свет в кабинете сделался приглушенным; одна из ламп перегорела. Есения сидела около Фила, повернувшись к нему всем своим телом, упираясь коленями в его колени. Только теперь, спустя неделю, под воздействием сладкой неги, она ощутила его так близко к себе. Есения уперлась подбородком в кулак, слушая его. Он улыбнулся, и на его щеках показались столь любимые Есенией ямочки. Она улыбнулась в ответ, наблюдая за ним. Как он щепетильно вырисовывает цифры и буквы, как задумывается, смешно хмуря брови. Запустил пальцы в волосы, и тоже облокотился на руку, смотря на Есению. В кабинете было тепло, но сейчас становилось жарко. Жар шел от дыхания Фила, от его рук и его груди. Есения непрерывно задышала, все чаще наблюдая за его губами, а не за цифрами в тетради. Запахом его пропах кабинет, и сама Есения, казалось, пропахла им. Прежде холодная и отстраненная, она сидела с румяными щеками и улыбалась ему.

– Почему ты так надменно относилась ко мне с начала учебного года? – внезапно неловко спросил ее Фил.

Есения нахмурилась: она и надменность? В ней никогда и не было такого. Но Фил терпеливо ждал ответа. Казалось, это волновало его больше всего.

– Нет, просто я закрытая, это не имеет к тебе отношения, – дружелюбно улыбнулась она. – Я и не думала, что могу быть надменной.

– Можешь, – кивнул Фил. – Я думал, может нечаяно обидел тебя чем–то.

Есения опустила взгляд в бежевый стол. Обидел, но лишь тем, что не был влюблен в нее так–же, как она в него. Отвечать так Есения, конечно, не стала. Фил положил ручку, и взгляд его стал упертым. Есения посмотрела в его глаза, услышав впервые, как звучит тишина в кабинете. В углу трещал включенный компьютер, звук мигающей лампы сверху и ругающая физичка за стеной. Ветер на улице скреб по стеклу и фасаду школы. И дыхание Фила, которое внезапно стало учащенным. И Есения сама тяжело задышала, ненароком задрожала от столь внезапного уединения. Они изучали физику, но хорошо узнали химию друг друга.

– Твоя девушка не против, что ты занимаешься со мной? – внезапно спросила Есения, сама от себя не ожидав такого вопроса.

Фил мягко улыбнулся ей:

– Мы давно уже расстались.

Она и бровью не повела, но внутри – откуда–то возникло укутывающее тепло. Оно укутало ее сердце, и дышать Есении стало легче.

– А что? – серьезно спросил Фил.

Он настороженно смотрел на нее, а Есения сама не понимала, почему ее, как магнитом, тянет к нему. Она и понять не успела, как сдвинулась со стула и ближе приблизилась к Филу так, что их ляжки стали тереться друг о друга. Фил, который был выше ее, наклонился ниже. В кабинете внезапно стало тихо, как на кладбище, а позади этой тишины было слышно лишь глухие удары сердца об грудную клетку. Есения покрылась мурашками, а от безмолвной тяги она почувствовала сладкую истому и все тело ее обмякло. Губы ее обдало теплым дыханием Фила, которое было столь же непрерывно, как и ее.

– Особое приглашение вам надо? – внезапно дверь открылась, и на пороге появилась физичка, нервно тыкающая что–то в своем телефоне, упрятаном в чехле–книжке.

Есения и Фил резко отстранились друг от друга, как ошпаренные. Теперь Есения услышала и грохот компьютера, и шоркающие обуви старшеклассников за дверью. И собственное сердце, которое вот–вот готово было выпрыгнуть из груди. Физичка посмотрела на них, опустив очки на переносицу:

– Я не поняла, мы глухие?

– Нет, все отлично, – Фил встревоженно вскочил со стула, запнувшись об его ножки. – Я почти закончил, думал, успею объяснить.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.