Кристина Терзи – Фальшивое откровение (страница 11)

– Эмир!

Селим схватил его за плечо, желая развернуть к себе. Но это было так резко, что Эмир вышел из себя. Он схватил Селима за ворот пиджака и ударил его в подбородок, от чего тот пошатнулся на месте, но не упал. Селим покраснел от злости, дернул подбородком и посмотрел в лицо Эмира. Между мужчинами вспыхнула такая злость, что они готовы были подраться перед всем офисом и даже опозориться таким образом.

– Ты за это дорого заплатишь, – сквозь зубы процедил Селим.

– Сомневаюсь, – улыбнулся Эмир. – Советую тебе прислушаться к остатку своих мозгов и не вести переговоры с этими ребятами!

Селим не сводил с него глаз, ощущая привкус железа на кончике языка. Эмир разбил ему губу.

Пелин ни разу не дрогнула, с улыбкой рассказывая молодому мужчине и женщине о своей прошлой работе. Она была уверена в своем профессионализме, вспоминая прошлые времена. Пелин ничуть не сомневалась, что была счастлива быть на этом месте работы. Ее взгляд зацепился за внезапно загоревшийся экран телефона. Он не издал ни звука, но она видела, что звонит Элиф.

– Извиние, – Пелин отклонила звонок. – В принципе, это все, что я бы могла вам рассказать о своем прошлом месте работы.

Мужчина и женщина переглянулись.

– Госпожа Пелин, ваши достижения на прошлом месте впечатляют, вы были одной из лучших, – они снова переглянулись. – Когда вы закончили учебу, почему вы пошли работать агентом по недвижимости? Ваше образование предполагало более широкие возможности. Менеджер по продажам, к примеру. Почему недвижимость?

– Я окончила курсы юриспруденции, – Пелин гордилась этим, – но по определенным причинам не смогла продолжать работу в этой сфере. Знаете, агент по недвижимости меня привлекает больше, чем менеджер по продажам или связям с общественностью.

– Мы бы хотели видеть в нашей компании именно менеджера.

– Или юриста, – продолжила женщина. – Будем честны, госпожа, в Стамбуле быть женщиной риелтором – тяжело.

Пелин улыбнулась, она знала и это.

– Мне это подходит. Сначала я не хотела быть снова агентом по недвижимости, но сейчас осознала, что мне это подходит.

– Не проблема, – мужчина и женщина стали более расположены к Пелин. – Тем более мы рады видеть в нашей фирме жену Селима Йылмаза.

Последняя фраза была вынесена как приговор. Пелин растерялась, не найдя в голосе былой уверенности, спросила:

– Откуда вы знаете?

– В профессиональном кругу сплетничать любят не меньше, – женщина заметила, как эта фраза выбила Пелин из колеи, – но это ничуть не уменьшает вашей собственной значимости, как профессионала.

– Прошу прощения, – Пелин поспешно встала с места, – но последнее, что я хочу, быть кем-то благодаря браку с Селимом Йылмазом.

Это было так глупо и импульсивно, но Пелин в спешке покинула офис. Ее губы дрожали от злости от сказанной ими фразы:

«Тем более, мы рады видеть в нашей фирме жену Селима Йылмаза».

Какой ужас она испытала от услышанного. Пелин села на скамейку, с раздражением разглядев свой «официальный» образ. Сердце дрожало в груди, она не могла и подумать, что теперь это будет для нее как клеймо. Она всегда боролась за то, чтобы быть собой – Пелин, старшей сестрой, душой компании, самой острой на язык девушкой, блондинкой на мотоцикле, кем угодно, но не женой Селима Йылмаза. Она посмотрела на свое обручальное кольцо с сожалением. Нащупав в сумке телефон, позвонила Элиф. Вывалила на сестру все, что чувствовала, все, что думала в этот момент.

– Селим же не виноват в этом, – успокаивала ее Элиф. – Ты слишком строга к себе, как обычно.

– Ты не понимаешь, – Пелин готова была расплакаться, – я перестала себя узнавать, как только мы приехали сюда. Я стала тенью Селима. Всего лишь жена. Я не завидую ему, просто он запер меня в том доме. Сначала не хотел жениться – в Стамбуле внезапно захотел. Сначала не хотел, чтобы я работала, а когда женился на мне, только тогда разрешил пойти на работу. Что это значит? Я на поводке теперь и могу гулять? С ошейником на пальце. Какой дурой я была, когда продолжила смотреть на него через розовые очки после того, как он перестал быть тем безобидным парнем из Измира. О чем я: он и в Измире перестал быть безобидным.

– Ты дала вашим отношениям второй шанс, уже поздно сожалеть, Пелин.

– Я хочу вернуть себе себя. Я хочу быть кем-то, чтобы люди говорили: она – Пелин Йылмаз. Я не хочу быть ничьей тенью. Сначала ты тень, а после – его жертва. Ты же помнишь нашего отца. Я никогда его не забуду.

Воспоминания об отце были для обеих сестер болью в сердце. Они редко поднимали тему о нем, редко говорили о нем, будто это было для них табу.

– Я тебя понимаю, сестренка, – прошептала Элиф. – Если тебе больно, найди то место, где ты будешь Пелин Йылмаз, а не жена Селима. Для меня ты, кстати, всегда Пелин.

Пелин рассмеялась. Элиф улыбнулась ее смеху, задумавшись кое о чем:

– Было неправильно с вашей стороны не позвать меня на свадьбу.

– Меня тоже на эту свадьбу не позвали, просто преподнесли, как факт.

– Словно Селим так торопился привязать тебя к себе, что забыл обо мне, – рассмеялась Элиф.

Пелин сжала в руке телефон. Она задумалась о том дне, когда Селим позвал ее замуж. Это было стремительно, она сразу это осознала, но решила промолчать. Они всегда посвящали Элиф во все, что было в их жизни: они были семьей. Но в тот день они пришли к браку, даже не сказав этого Элиф. Словно спешили.

– Черт возьми, – Пелин глубоко вздохнула. – Он и пытался это сделать. Удивительно, пять лет мы прожили без брака, и тут четыре месяца в Стамбуле надоумили его на это… Удивительно!

Внезапно воспоминания унесли ее далеко за эти четыре месяца. Она стояла там, напротив его офиса. Там был Эмир. Пелин протянула руку к его губам, и тот поцеловал ее. Она смотрела на него из-за полуопущенных длинных ресниц, но заметив взгляд Селима, одернула свою руку. Потом была такая же сцена в доме Эмира, только тогда он ее руку не поцеловал. Она не позволила. Пелин вспомнила, как внезапно она стала «пустышкой». Но Селим в тот момент улыбался.

– Ревнивый придурок! Я так и знала.

Свадьба была связана со страхом Селима потерять ее из-за Эмира. Пелин убедилась в этом сейчас окончательно, и это стало последней каплей.

– О чем ты? – нахмурилась Элиф.

– Приезжай домой, поговорим там.

Пелин сбросила вызов, не найдя больше слов для сестры. Ей было отвратительно от мысли что, чтобы стать женой Селима, достаточно было появиться другому мужчине. Ни любовь, ни желание не двигало Селимом так, как чувство собственничества. И теперь Пелин заложница образа его жены, как того и хотел Селим. Он всегда только и хотел, чтобы она принадлежала ему. Ее руки дрожали, путаясь в волосах. Пелин не могла проглотить и это – она все выскажет своему мужу. Это ее решение.

Эмир нагой и мокрый сидел около распахнутой двери балкона. С его светлых волос капала вода, стекая по гладкой рельефной груди. Он нервно переписывался с Селимом. Тот пытался убедить «партнера» в правильности своего утреннего решения, но Эмир оставался непреклонным. На улице наступал вечер, но их переписка не заканчивалась.

– Идиот! – Эмир откинул телефон. – Достал уже писать, какой надоедливый.

Тонкие пальцы девушки опустились на его плечи. Эмир откинулся назад, прижавшись к ней спиной. Ее темные волосы упали на лицо Эмира, а губы впились в его улыбку.

– Кто тебя злит?

– Опять этот баран Селим.

Девушка села сбоку на кровать. Сквозь белую рубашку Эмира виднелось ее обнаженное спортивное тело. Эмир с улыбкой осмотрел ее и снова потянулся к ее губам.

– Люблю сексуальных голых женщин.

– Всех или только меня?

– Лейла, не задавай мне таких глупых вопросов, – Эмир отпрянул от нее. – Кофе выпьем? Еще до Каана не дозвонишься, с ума сойду сегодня точно.

Лейла протянула ему чашку турецкого кофе и стакан воды, чтобы запить терпкий напиток. Эмир облокотился на спинку большой кровати. Лейла подлезла к нему и легла ему на грудь. Она слышала, как в его грудной клетке ровно стучит сердце. Ах, как ей хотелось, чтобы сердце Эмира билось чаще в ее присутствии.

– Сегодня прием в вашей компании? – Эмир махнул головой, не отрываясь от чтения газеты. – Во сколько?

– В двадцать два часа. Ты собираешься? Платье понравилось?

Лейла улыбнулась.

– Оно очень красивое. Сам выбирал?

– Дал задание секретарше.

– Как всегда, – Лейла не стала донимать его. – Кого он будет награждать, ты узнал?

– Меня, – довольно улыбнулся Эмир. – У господина Халита больше нет профессионалов своего дела в компании.

– Как ты самоуверен.

Лейла встала, не сводя взгляда с Эмира. Ей стало прохладно, и она закрыла балкон.

– Почему ты живешь в отеле? У твоих родителей такой особняк большой.

– Я в состоянии купить свой собственный дом, но пока я занят немного другими вещами, – он обратил на нее внимание. – Тем более, зачем дом, если я холост? С кем мне там жить?

Лейла покачала головой. Ее не ранили эти слова, Эмир всегда был прямолинеен. Она привыкла. Он пропадал сутками на работе, у него не было времени убирать дом или готовить, поэтому жить в отеле было самым удобным вариантом. Тем более он не хотел жить со своими родителями. Нет, не потому что не любил их или у них были натянутые отношения. Эмир просто не представлял, как в свои двадцать семь лет будет жить у маминой юбки.

Пелин сидела на кухне, доедая утренний завтрак. Она пришла, приняла душ и села дожидаться Селима. Мужчина снова опаздывал к совместному ужину, но именно сегодня это не расстроило Пелин. Видеть она его не хотела. Элиф сидела на лестнице под дверью. Она все никак не могла прекратить переписку с Бату, зная, что Пелин ее ждет.