Кристина Скрипникова – Ангельские Демоны (страница 7)

– Если что, звони! – добавила она с иронией.

Я усмехнулась от этой фразы.

– Как будто ты услышишь звонок? – спросила я, подмигнув ей.

– У меня вибратор стоит! – ответила Лена с озорным блеском в глазах.

– Что у тебя стоит? Вибратор? – не удержалась я, удивленно приподняв брови.

Рядом сидевшие молодые люди косо посмотрели на нас, а другая половина даже заинтересованно наклонилась ближе, прислушиваясь к нашему интимному разговору.

– Правильно говорить вибрация. – Я указала взглядом на заинтересованных зрителей. – Смотри, ты их смущаешь!

Лена повернулась в указанном направлении и усмехнулась.

– Скорее они меня смущают, – ответила она, хихикая.

– Милочка, кажется, ты ошиблась дверьми, – нахально произнес смазливый паренек, преградив мне путь.

Я остановилась и посмотрела на него, как на дурака, принимая его слова за вопрос.

– Нет, я не ошиблась, – произнесла я, стараясь говорить медленно, чтобы скрыть, как мой язык заплетается.

Парень нахально усмехнулся и пояснил более понятно:

– Мы не выпускаем гостей до двух часов. Мы всех предупреждаем еще на входе.

– Меня никто не предупреждал! – воскликнула я. – Я слышу это от вас впервые. И, в конце концов, мне нужно выйти.

Внутри меня закипала такая злость, что мне хотелось на мылить этому малолетнему засранцу его смазливое лицо.

– Я еще раз повторяю: мы. никого. не. выпускаем. – Его голос стал таким строгим, что я чуть не отступила назад. Он словно преобразился, и теперь выглядел значительно старше.

Его слова убедили меня, что лучше развернуться и вернуться к девчонкам, чем продолжать этот бесполезный конфликт.

– Хорошо. Раз вы не боитесь проблем, – ответила я, стараясь сохранить уверенность в голосе.

Паренек вновь приобрёл прежний вид и широко улыбнулся. Я заметила его блестящую улыбку и острые, как лезвие, клыки. От этого зрелища сердце у меня на мгновение подпрыгнуло, но я сделала вид, что ничего не заметила.

– Не удивила. Я это слышу каждый вечер, – сказал он с нахальной ухмылкой, и меня охватила неприязнь к этому самодовольному юноше.

Я быстро развернулась и направилась прочь, и, как я поняла, мимо меня прошел молодой охранник. Интересно, знают ли его родители, где он подрабатывает? Или хотя бы догадываются, что их сын не ночует дома?

Мысли о том, зачем ему понадобились эти клыки, не выходили у меня из головы. Надеюсь, я не попала в бар, полный опасностей. Меньше всего мне бы хотелось стать жертвой расчленения.

Когда я вернулась к прежнему месту, Лены уже не оказалось. Я села на свое место и бросила взгляд на охранника. Он, не отрываясь, следил за мной, словно за своей целью.

Отвернувшись от него, я начала искать девочек, но в толпе людей их было не видно. Внутри нарастала паника – что-то определенно шло не так.

Оглядывая зал, я заметила вентовую лестницу, ведущую на балконные места. Не спеша встала со стула и направилась через танцпол к ней.

Пробираясь сквозь толпу, меня неустанно толкали со всех сторон, а множество различных запахов ударяли в нос, вызывая тошноту. Голова кружилась все сильнее, ноги ощущались как вата. Не хватало только упасть посреди танцпола! Я бы точно не выжила, и никто даже не заметил бы.

Мысли о том, что может произойти, лились в моей голове, пока я пробивалась к выходу. Наконец, выбравшись из этого ада, я поднялась по лестнице и оказалась на заветном балконе. Все столы были пустыми, словно за ними никто давно не сидел.

Переведя взгляд на толпу, я стала активно искать знакомые лица, но безуспешно. Неужели они могли просто испариться? Вряд ли кто-то сможет покинуть это место раньше двух часов.

Паника нарастала во мне с каждым мгновением, и я вцепилась в балконную перегородку, снова и снова осматривая толпу в надежде увидеть девочек. Но с каждым разом надежда угасала.

«Может, они в дамской комнате?» – подумала я. Боже, конечно! Где еще им быть, если их нет здесь?

Вдруг, словно камень упал с души, я успокоилась – вечно я паникую, не подумав о простых решениях.

Только я собиралась спуститься обратно вниз, как передо мной снова возник этот охранник. В этот момент я почувствовала себя как шалящий котенок, и невольно отступила на шаг назад.

Охранник был явно недоволен моим присутствием. Все признаки этого читались на его лице – нахмуренные брови, сжатые губы и готовность к действию.

– И чего тебе не сидится на месте? – его голос лился рекой, но с явной ноткой угрозы. – Детка, ты напрашиваешься на неприятности.

– Что, я такого сделала? – на мгновение растерялась я. – Я ведь просто ищу своих подруг! Неужели и сюда нельзя ходить!?

– Какая ты догадливая, – произнес он с иронией, отчего мне стало ещё более некомфортно. – И если так, то какого хрена ты тут делаешь?

– Я же сказала… – начала я, но он перебил меня.

– Я слышал, – его голос, как гром среди ясного неба, прогремел, и я почувствовала, как дыхание перехватило от напряжения.

Я сделала шаг назад, чтобы уберечься, и неожиданно наткнулась на стол своей спиной. Парень, словно хищник, двинулся ко мне.

«Все. Я пропала!» – пронеслось в голове, как молния.

Но вместо того чтобы напугать, он схватил меня за руку и энергично потащил по длинному, тускло освещенному коридору. Я сопротивлялась изо всех сил, стараясь упереться ногами, чтобы замедлить его шаги и найти возможность для побега из этого злополучного заведения. Однако все было безрезультатно: его хватка была настолько сильной, что мне казалось, проще откусить свою руку, чем вырваться на свободу.

– Отпустите меня! Куда вы меня тащите? Вы не имеете на это право! – кричала я, разрывая глотку. Слезы, струясь по щекам, капали на пол. Они были вызваны не только страхом, но и обидой – мне было больно осознавать, что со мной так обращаются, как с отбросом.

– Заткнись, сука! – зарычал охранник, и я поняла, что лучше замолчать. – Иначе я не побрезгую и оторву твой язык.

Под его гневным взглядом мне не оставалось ничего другого, как подчиниться. Мы остановились около двери, и охранник открыл её свободной рукой, силой швырнув меня внутрь. Я упала на пол, и от удара колени распухли, причиняя резкую боль.

– Кажется, я тебя предупреждал, что нужно стучаться, прежде чем вламываться сюда? – произнес он, и в его голосе звучала победоносная нотка.

В комнате послышался еще один голос, который заставил меня вздрогнуть. От его тембра по спине пробежал приятный холодок. Этот молодой человек говорил грубо и холодно, но мне хотелось слушать его, ловить каждое слово. Несмотря на ситуацию, его голос был чем-то завораживающим, вызывая у меня странные ощущения в груди.

Я подняла голову и взглянула в сторону, откуда доносился голос этого незнакомца. Увидев его, я ощутила шок – ведь такое бывает лишь в фильмах или сказках.

Это был тот самый человек, который ехал в маршрутке и успел подхватить меня, прежде чем я упала.

Незнакомец тоже выглядел удивленным от случившегося.

Он изящно изогнул в удивлении правую бровь и мило улыбнулся, как будто разгадывая некую загадку.

– Оставь нас, – произнес он, и его голос звучал мягко, несмотря на предшествующие угрозы.

Охранник, не сказав ни слова, молча кивнул и вышел из комнаты, оставив нас наедине.

Окинув взглядом комнату, я заметила два кожаных дивана, а между ними – стеклянный стол. В правом углу стояли стеллажи, уставленные разнообразными алкогольными напитками.

Незнакомец, не спеша и с уверенной грацией, подошел ко мне, протянув руку, чтобы помочь встать с пола. Я приняла его предложение и встала, но резкая боль в коленях мгновенно окатила меня. Сморщив лицо от дискомфорта, я взглянула на свои колени и заметила маленькие пятна крови на штанах.

– Я, конечно, не всем это говорю, но тебе нужно снять штаны, – произнес он, изогнув бровь с легким удивлением.

От услышанного мои глаза округлились.

– Чего?!

– Чтобы обработать рану, – спокойно пояснил он.

– А может, мне до гола раздеться? – саркастично парировала я, чувствуя, как внутри меня вспыхивает протест.

Незнакомец безразлично пожал плечами и с тем же ровным голосом произнес:

– Как тебе удобно.

– Мне будет удобно, если вы меня выпустите из этого ада, – не удержалась я и бросила ему взгляд, полный недовольства.

– Ад?! – он рассмеялся, и этот звук показался мне странным на фоне всей этой ситуации. – Еще никто не жаловался.

– До меня, – ответила я, заметив, как его улыбка слегка угасла.