Кристина Шефер – Хроники Бесситоса. История Маррисы. (страница 14)

Проснулась от навязчивого звука звонка. Не думая, нажала на кнопку приёма.

– Да? – прохрипела заспанным голосом.

– Ты что, ещё спишь? – спросил наш безопасник Стен.

– Да. Полночи работала, – сказала я, даже не соврав, вообще-то.

– Нам привезли нового заключённого. Нужна твоя помощь. Спускайся. Ждём на месте.

– Сейчас. Иду, – и отключилась.

Кое-как отодрала себя от кровати, потянулась. А вроде ничего – более-менее выспалась. Посмотрела на время – час дня. Хм. А неплохо. Значит, никто с утра не беспокоил. Ещё раз потянулась, зевнула и пошла умываться, одеваться.

Подошла к тюрьме я через полчаса уже в нормальном виде и даже с не красными глазами. Встретил меня всё тот же Стен и четверо громил, дежурящих у самой новой и оснащённой модели камеры. Внутри сидел, пристёгнутый длинной цепью, белоснежный, длинношёрстный, с голубыми как небо глазами бест.

Чего это?! Что ж ты совершил, что помимо решётки ещё и в цепи посадили? Но это узнаю потом.

– Что не работает? – деловито спросила я.

– Замок не на все защёлки закрывается. Механическая защита сработала, а электронная – только первой ступени.

– А зачем вам ещё ступени? Он же и так у вас ещё и на поводке, – продолжала недоумевать я.

На эти слова бест развернулся и зашипел, показывая, какие у него длинные большие зубы. Да-да, сама такая, не боюсь. Отвернись обратно, как хороший котик.

– Это один из повстанцев. Бест по имени… – послышался звук тыканья в планшет, то есть смены окошек, – Фор Мурс. Он признан особо опасным, и нужно его доставить на Фабиус для проведения дальнейшего расследования.

– Повстанец? – ужаснулась я.

Даже я слышала, какие они бешеные. Они подорвали ряд флагманских судов с кучей народа на борту, разграбили несколько станций и вообще, говорят, что поддерживают арахов. Аж передёрнуло. И это мой соплеменник?! Не могу поверить, что кто-то из наших мог опуститься до такого! Скотина!

Я зашипела и вцепилась взглядом в этого Белоснежку. Холеная морда, шерсть волосок к волоску, правда сейчас уже помятая, но видно, что и волосы, и шерсть укладывал, мать твою, по форме, дорогая фирменная одежда. Сволота! Ррррр….

Так, Риса, возьми себя в руки! Ты воспитанная беста. Не время бросаться на всяких проходимцев.

– Дай мне минуту. – прошипела я и полезла к замку. Встала чуть ближе и открыла рабочий наручный планшет. Вылетело окно – проекция, и спустя пару минут все режимы заработали. – Готово!

Стен подошёл и настроил максимальную защиту. Я думала после этого он снимет цепи, но не стал.

– Цепи снимать не будешь? – полюбопытствовала я.

– Нет. Они длинные. Этот не сможет только к прутьям подойти, в остальном может свободно перемещаться.

– А запас до прутьев какой?

– Метр.

– А… Отлично.

– Что, понравился что ли? – с ухмылкой повернулся ко мне Стен, сложив руки в замок на груди.

– Пошутил? – фыркнула я. – Может, думаю, если с тухлыми яйцами приду, сможет ли сдачи дать?

– Ха-ха… – раздался громогласный ржач, сотрясающий стены. Я аж подскочила на месте от таких глушащих меня звуков. Потрясающий человек. Отсмеявшись, Стен пригласил на выход из “тюрьмы”. Закрыл за собой дверь на электронный ключ, и мы пошли на верхние ярусы, каждый по своим делам.

Остаток дня прошёл спокойно. Я разгребала текучку, периодически просматривая, как там Билли. А сыночек делал вид, что работает, играя в какую-то игрушку, периодически сворачивая экран и действительно работая, впрочем, поручений, видимо, у него немного. Бедный капитан. Всё на себе и на себе. Ни на кого положиться нельзя.

К вечеру с лёгким разочарованием и раздражением думала, как ещё могу достать информацию у этого “сыночка”. Идей пока не было. С этими мыслями ушла в столовую, налила себе двойной мятный чай с ромашкой и под печеньки задумалась, как бы сломать личный коммуникатор этого остолопа, не привлекая к себе внимания и не повредив ядро его комма.

Так прошла пара дней. К вечеру второго дня я, прогуливаясь, думала о своих планах. Нашла себя рядом с лестницей, что ведёт в тюрьму. И, глядя в черноту уходящей вниз металлической трубы, подумалось, что, а что бы нет? Пойти выбесить раздражение что ли… да хоть ещё раз посмотреть на этого предателя. Может, щелкнет что?

Недолго думая, спустилась вниз, отперла дверь своим рабочим коммуникатором и зашла в тюрьму. Освещалась только одна камера с Белоснежкой. Остальные стояли темными провалами. Видно было только зелёные прутья решётки. Как там его звали? Фос? Фас? Не помню. Фор! Точно, Фор.

Я медленно бесшумно подкралась к камере и выглянула из-за угла. Эта красота лежал на койке, закинув ногу на ногу и гладил свой хвост. Прочёсывал его пальцами. Выглядел он уже почище. Видно, отмылся, засранец. Развернулась и ушла обратно. Заперла дверь, поднялась на ярус выше. И чего меня укусило к нему спускаться?

Однако с тех пор я к нему спускалась в разное время, но каждый день. Так прошла неделя. И вот сейчас снова смотрела из тени на эту холеную морду.

Немного подумав, не скрываясь, вышла из тени на свет.

– Что, надоело подглядывать, киса?

– Я тебе не киса! Пытаюсь понять, что в тебе не так, что на предательство своего народа решился.

– Ничего во мне нет неправильного. У меня всё на месте!

– Слишком громогласное заявление для того, кто тут сидит. Не находишь? – внесла свою лепту я.

– Кто ты такая, чтобы меня осуждать? Дно межгалактическое, что способностей хватает работать только на этом корыте?

– Сам ты дно. Не твоё дело!

– Вот и я не твоего ума дело, киса!

Как же он меня бесит! Хамло! Я немного ещё постояла и ушла к себе, работать. Работа – это хорошо. Она лишает желания прибить некоторых наглых котов.

И тем не менее я пришла туда ещё раз, и ещё раз. Пленник просто смотрел на меня, я на него. Сдвигов с Билли не было. Он по-прежнему то играл, то работал. Уже серьёзнее подумываю, как бы повредить его личный коммуникатор. Может, приложить чем?

– Что-то ты молчалива сегодня. – послышалось из камеры.

– А тебе хочется общения, кот?

– Да. Скучно лежать как-то, не находишь?

– Нет, не я же лежу на нарах.

– И то верно.

– Кем ты был до того, как попал в повстанцы? – спросила я, сама от себя не ожидая.

– Хм… любопытная? – я уже хотела отказаться и уйти, но он продолжил – Я был капитаном боевой группы элитного подразделения Бесситоса.

– И чего тебе не хватало?

– Это уже другая тема разговора. – отбил он и замолчал. Я тоже молчала. Хвост нервно бил по полу, нервируя ещё больше. И тут я услышала:

– А ты кем трудишься вообще? Инженер?

– IT-шник, деревня. – огрызнулась я.

– А… логично. Ты всегда ходишь со всеми своими штучками в волосах?

– Тебе какое дело?

– Да никакого. Так… любопытно.

– Мне так удобно. – замялась я.

– А чего на этом корабле потеряла? Неужели и правда такая неспособная? – попытался он завуалированно не назвать меня “дурой”.

– Не твоё дело. – рыкнула я и ушла.

Интересно, чего я к нему хожу почти каждый день? Злость? Попытка понять? Или то, что сама не совсем законной деятельностью занимаюсь? Точнее, вообще совершенно незаконным шпионажем. Если вычислят, меня ждёт полёт в открытый космос без скафандра, а перед этим допрос. И неважно, какие у меня мотивы, всё равно летать отправят. Вздохнула я тяжко и пошла за кофе. Вышла в коридор, дошла до общего коридора, ещё три пролёта, и вожделенный кофе будет в моих руках. Но дойти мне было не суждено.

Снова раздался сигнал вызова. Подняла руку и нажала на туго прикреплённой к ушной раковине клипсой маленький аппарат, что усиком с динамиком спускается в ушную раковину.

– Риса слушает.

– Риса, зайди ко мне. Жду. – раздался в динамике голос и звук окончания разговора.