Кристина Шефер – Дочь Мидисы (страница 12)

Вроде и не красавец, но что-то в нем все же есть эдакое.

После того как все расселись – вышел хозяин. Рабыни низко поклонились хозяину и гостям вечера. Гости просто встали в знак уважения к господину Изу.Он прошел на свое место и хлопнул в ладоши, затем сел и закинул винограднинку в рот. Девушки начали играть. А я нервничать ещё больше. Гость сидел, зачерпнув горсть орехов, и разглядывал зал. Увидел нас, порасматривал пару минут, затем перешёл на гостей и хозяина. Спустя 20 минут потянулись первые танцовщицы. Я была по очереди двенадцатой, то есть где-то под конец.

Девушки старались, танцевали как в последний раз. Были, конечно, и лёгкие ошибки от волнения, но это мелочи. Те, кто ещё совсем молоды и выступают первые разы – вот тем сложно. Мы же и кто постарше уже чувствовали себя уверенно. За два года привыкли к аудитории и сальным взглядам. Ведь выступали перед зрителями начиная с 16 и на всех мероприятиях, праздниках и когда просто гости приезжали в дом. Кто-то чаще, кто-то реже. Обычно господин Сахип сам выбирал кто пойдет, очень изредка хозяин или его сын.

Арианна решила тоже поразить нового гостя. Уж не знаю зачем ей. Он же вроде ей не понравился. Чисто из желания обаять всех и быть самой желанной рабыней вечера? Не удивлюсь вообще ни разу.

Вот и настала моя очередь. Сразу после Арианны. Это будет провал. Но надо сделать все возможное и невозможное. Внутри все сжалось, дыхание сбилось, ноги заплетаются. Ох…

Я встала в центр, заиграла новая мелодия, вспорхнули крылья… и понеслась. Я скрылась за крыльями, взмах, стрельнула глазами, взмах, в другую сторону, теперь раскрываясь и грудь, бедро. Три шага влево… Пока я танцевала, старалась ещё раз рассмотреть гостей. По слугам мало что понятно, разве что как они себя ведут. Если смотрит с жестокостью и сальными улыбочками, то чаще всего и хозяин такой же, затюканные и дерганые тоже плохо. Визирь, конечно, же сразу выставил свой шушу. Как я и ожидала, визирь сразу выставил свой шушу.Поворот. Вот теперь я вижу того иностранца. Он по-прежнему ест орешки и крайне задумчиво смотрит на меня, лежа в кресле и подперев голову рукой. Так, надо посмотреть на него более открыто, с поднятой головой и подойти поближе. Обойду зал вокруг, чтобы незаметно оказаться ближе. Танец это допускает. Когда проходила мимо него, у него глаза приоткрылись чуть шире, зрачки увеличились, и я смогла рассмотреть, что они у него серо-карие. Поменял позу на сидячую, опираясь на правую руку, и открыто улыбнулся мне. Какая приятная улыбка, красивые ровные зубы.

Далее он рассматривал меня весь танец, но шушу так и не поставил. Вот Темный. Он их поставил Эрике и Марисе, когда они танцевали. Он никого не приглашал к себе за столик. Только после выступлений подошёл, порассматривал нас, немного потрогал наших блондинок, но ничего такого не трогал.Так, руки, лица поворачивал в разные стороны, подмигнул мне и ушел.

А вот визирь не упустил случая и поставил шуку не только мне и Арианне, но и ещё четырем девушкам. Что не радовало ни разу.

Дарина. После выступления.

Вернувшись к себе, я не знала, что делать. Это уже пятый день. На седьмой – аукцион. Я не хочу к визирю Шоху или к Марину.

Я ходила по своей маленькой комнатке из угла в угол с час, пытаясь успокоиться и понять, что делать. Рассуждать нужно на холодную голову.

Итак, что мы имеем? Заинтересовать достаточно для покупки я не смогла. Почему? Не знаю. Я видела, как он на меня смотрел, и готова поклясться, что он хотел меня. Но поставил на девочек. Кстати, о девочках. Они выступали сразу после меня и может мне кажется, или хочется просто так думать, но на них он смотрел иначе. Рассматривал внимательно, казалось, под кожу влезть хотел, но не так, как мужчина хочет женщину. Как-то иначе. Девочки красивые, это бесспорно, и он мужчина здоровый, заглядывал туда же, куда и остальные, но не боле. А меня, мне казалось, под конец он хочет съесть. Была уверена, что он готов. И оттого сильнее было мое разочарование, что шушу не поставил. Как так?!

Ладно… рассуждаем иначе. Я провалилась. Хочу я оставить все как есть? Нет. Могу я что-то с этим сделать? По правилам – нет. А не по правилам? Это как посмотреть. И что могу не по правилам, но при этом не усугубляя ситуацию? А если и усугубляя в случае провала, ибо мне терять нечего?

Спустя ещё час рассуждений “о если поставить все на кон, что делать?” я решила дождаться, когда девушки разойдутся, дом уснет и пробраться в покои, где остановился мидисец. Рано опускать руки. Может удастся его уговорить?! Не шантажировать же. Хотя тоже вариант. Да, я в отчаянии и веду себя как сумасшедшая, но, а что делать? До этого уже почти смирилась с неизбежным, а сейчас появился хоть и призрачный, но все же Шанс. Именно так, с большой буквы. Только бы узнать, где именно выделили ему покои. А это никак. Придется искать.

Гостевые комнаты находятся на втором этаже в мужской части дома. Но вот какие?

Если я пробегусь в коридоре между покоями, меня могут заметить, да и понять, где он это сильно не поможет. Не открывать же все двери подряд? Да и гости могут пить и гулять чуть ли не до утра. По крайне мере часто именно так они и поступали каждый день, что тут находятся. Слуги жаловались, что уже вина вылакали как на месяц закупаются.

Может тогда попробовать так же, как я хожу в библиотеку или избегаю Марина? По декоративному бордюру, снаружи дома. Идея хороша. Да, хороша. Бордюр идёт на уровне второго этажа. Разве что придется как-то прям проползать под окнами и прятаться от стражи. Но когда это меня останавливало? От остальных же под окном в коридоре проползала?! Ну почти свалилась пару-тройку раз, но это мелочи.

Когда все стихло, я переоделась в свои самые темные тунику и штаны, скрутила волосы, сверху завязала палантин на манер арафатки, так, чтобы видны были только глаза и вышла в зал. Перебежками добралась до окна перед постом охраны, там, как обычно, вылезла в окно коридора и по плинтусу проползла до следующего поворота. Теперь охрана должна быть только у кабинета хозяина, но туда мне не надо и у входа в мужское крыло. В остальном работают артефакты. Мой артефакт разрешения на передвижения пропускает меня везде, кроме мужского крыла и кабинета. Но там я решила двигаться снаружи. Надеюсь, он не занят и распахнёт мне окно. Не оставит же болтаться на окне, правда? Буду верить в это. В крайнем случае просто вернусь обратно.

В целом добраться до мужского крыла было не так и сложно, если бы не охрана, патрулирующая территорию. Мне приходилось замирать, прижимаясь к колоннам, как какой-нибудь вор. Хорошо, что местами вьюны оплетали стены до третьего этажа и в них тоже было удобно прятаться и цепляться, чтобы не свалиться. Пару раз я почти соскользнула, но благодаря вьюнам удержалась. Чувствовала себя как мокрая мышь от страха и усилий. По спине течет пот, руки вспотели. Отличный видок, Дарина. Прям идеальный.

А вот ползти около окон в мужском крыле это вообщеее…. то ещё зрелище если выразиться очень очень мягко. Кто-то заказал себе наложниц, кто-то мылся, один из слуг-гостей бухал и спаивал наложницу, она уже и пить не могла. Вторая давно спала, отвернувшись к стенке. Хотя этот бухающий позабавил. Очень уж смешно выглядел. С красным носом, глазами-щелками, в одних широких трусах и с одним носком.

Когда я обошла все и поняла, что мидисец скорее всего находится в комнате, где свет не горел – такого насмотрелась. Жуть. Надеюсь, он никуда не ушел. Вроде не должен. Всех гостей поселили в это крыло. В остальных комнатах его не было. Марин уехал, хозяин со своей младшей женой сейчас. Я ее видела, когда каралась мимо охраны гарема. Она как-раз вышла по направлению к хозяйскому крылу. Так что скорее всего иностранец спит! Да. Спит! Я к нему пришла, стою на карнизе за окном, а он дрыхнет! Вааахх! Чтоб демон Темного его покусал.

Я постучалась в окно – в ответ тишина. Постучалась ещё раз – снова тишина. Уже думала, как бы подковырнуть раму, просунула внутрь тонкий нож для сбора растений и уже почти подцепила защёлку, но тут окно как откроется. Я чуть не свалилась от испуга прямо во двор. Меня втащили за шкирку как котенка, заломили руки, придавили сверху и ещё и нож приставили к горлу.

– Кто ты и чего тебе надо?!– спросил хриплый со на голос.

Придавил меня так, что я только прохрипела. Он немного приподнялся, но коленом упирался мне в спину и придерживал руки.

– Поговорить. – откашлявшись сказала я.

После он слез с меня, содрал палантин, отпустил и зажёг маленький светильник. Я зажмурилась от яркого света, хотя светильник еле светил, когда он сдирал платок, расстегнул и заколку на волосах. Они рассыпались и закрывали обзор. Пришлось заправить за уши.

– Не хорошо молоденькой девушке бегать по мужским комнатам. Не находишь? – спросил уже приятный низкий голос. Ему бы песни петь.

Я села и медленно встала, развернувшись в сторону говорящего и слегка обомлела. Он, видимо, действительно спал. Волосы всклокочены, глаза щурятся, красные. Одет в распахнутую до середины груди светлую рубашку и короткие до колена свободные такие же светлые льняные штаны. Я конечно видела много не совсем одетых мужчин. Все же мы лечим их довольно часто. Наши крупные, широкие, часто весьма мохнатые на груди и животе, про ноги вообще молчу. Мадисец вообще не был особо обладателем волос на теле и намного тоньше. Можно сказать худощавый, жилистый, но уж точно не тощий. Неожиданно это меня сильно смутило, щеки запылали, я развернулась спиной к нему. Я как-то не подумала, что, по-сути то, чуть ли не в постель к нему влезаю. Он хмыкнул, зашуршала ткань.