Кристина Северина – Удивительный подарок (страница 9)

Откуда он взялся вообще?

После звонка Доронина места себе не находил, когда она поперлась непонятно куда, потом ждал новостей от безопасника — ремень по ней плачет.

В общем перетрухнул я сегодня знатно. А после звонка безопасника, понял, что не засну пока не увижу ее.

Вытащив коммуникатор из кармана, набрал Фразина:

— Ты где? — без приветствия начал я. — Разворачивай, я уже еду к ней. Не надо ничего говорить. Хорошо, — и без прощания отключился.

Серый наблюдал за мной с любопытством. Прочистив горло, все же решил поделиться с другом.

— Арина работает в «Адвокате» у Фразина секретаршей. Мне сейчас просто позарез нужно ее видеть. Ездила непонятно куда, непонятно с кем встречалась, потом вообще пропала. А далее каким-то волшебным образом появилась у себя дома. Мужики из конторы проверили тот адрес, квартира не жилая с гирляндами паутины. А для чего она адрес этой квартиры просила у Доронина? А потом ездила туда зачем-то, не понятно. Один я к ней заявиться не могу. Боится она меня как огня…

Не дослушав, Серый меня перебил:

— А со мной так вообще милота. Врывается такой весь взъерошенный глава холдинга в квартиру к секретарше своего партнера и притаскивает с собой мужика, которого она в глаза ни разу не видела. Это ведь обычное поведение высшего руководства. Слушай, может эта привилегия входит в соцпакет?

— На хера, я тебе душу изливаю? Попросил по-братски помочь. Знаешь, когда тебя за яйца схватят, вот тогда я отыграюсь.

— Птху, не приведи господи. Нашел бля, чем шутить. Ты лучше мне о барышне своей расскажи, вижу хорошо она тебя зацепила.

— Зацепила — это слабо сказано.

— Ладно, не переживай, Кир. Сделаю все что нужно.

Я кивнул, отворачиваясь к окну.

Из отчетов Доронина я знал, что Арсеньева живет в соседнем районе в крупногабаритной двушке. Квартира досталась в наследство от родителей. Отец долгое время работал в российском посольстве в Германии — смог заработать на хорошую недвижимость.

Остановившись около подъезда, мы вошли в парадную.

Открыв дверь, Арсеньева как это было уже не раз впала в ступор. Зрачки заспанных глаз расширились от удивления, а розовые полные губы немного приоткрылись.

Девушка выглядела так вкусно и сладко, что рот непроизвольно наполнился слюной. В душе бушевал ураган эмоций, перекрыв подачу кислорода к легким, что дышать удавалось с трудом. Втягивая воздух через нос, я молча продолжал на нее пялиться. Волосы в беспорядке, на щеке след от подушки, мятый свитер и джинсы, словно, заснула в постели — просто десерт для мужских глаз.

Арина явно была нам не рада. Понимание что меня не хотят видеть было в новинку, но с этой женщиной с самого начала все было не просто.

Когда я увидел ее впервые, она собиралась замуж, а я был давно женат. Сейчас она в разводе и я тоже, но легче от этого не стало.

Серый быстро принял роль заботливого доктора, для поддержания легенды решил померить хозяйке квартиры давление. А Арина даже свитер снимать при мне не хотела. Представляю что будет если я заявлю о своем намерении. Уволиться к чертям собачьим.

А ведь у меня никогда не было проблем с женским полом. Бабы сами из трусов выпрыгивают. Как та Катюша из аналитического отдела. Девочка думает, если ее устроили на стажировку по знакомству, то она вполне может ухватить кусок побольше. Если бы не безмерное уважение к семье Фразиных, я бы эту маленькую хищницу за ее выкрутасы выгнал с треском. Даже не посмотрел на то, что она действительно хороший работник и начальница аналитического отдела ее хвалит. Мне вторая Элона поблизости даром не нужна. Я уже не мальчик сопливый, членом не думаю.

После короткого кивка друга, который гласил: «свали отсюда», пришлось уйти в кухню, которую видел только через окно.

Обвел взглядом уютную, просторную комнату, сразу видно кухней правит женщина. Милые салфеточки, смешная яркая сахарница на столе, мягкая игрушка дракона с сердцем на подоконнике, цветы в горшках.

И так мне захотелось этого простого человеческого уюта вот до ломоты в костях, до дрожи в сердце. Господи, как же я безумно хочу эту женщину, ее нежности, страсти, горящих глаз обращенных на меня. Чтоб исчезла эта скованность, не логичный, непонятно откуда взявшийся страх.

В сердце кольнуло, будто эфемерный шип вошел в плоть, причиняя тем самым тупую боль. Зачем-то открыл и тут же закрыл пару шкафов, потом засунув руки в карманы брюк подошел к окну, продолжая вариться в своих эмоциях.

Через минуту Серый оповестил об окончании осмотра.

Вернувшись в соседнюю комнату, столкнулся с затравленным взглядом любимой женщины. Ее руки воровато поправляли свитер, а щеки горели ярким румянцем.

И я не смог удержать себя, ноги сами понесли меня к ней.

Знаете это ощущение, когда что-то долгожданное происходит у вас впервые?

Подняв ее на руки, сердце забилось с удвоенной силой, ломая ребра. Ее личный аромат при близком контакте стал еще острее. И я наслаждаясь, жадно вдыхал его как наркоман.

Жажда любимой женщины рвала на части. Ее горячие ладони на моей шее только усугубляли и так «плачевное состояние». Приток крови к определенному органу принес мне немалый дискомфорт.

Сжав крепко челюсть, выдыхая воздух через нос, толкнул дверь спальни.

Уложив Арину на постель, укрыл одеялом. Банальные пожелания хорошего отдыха вырвались сами собой. Эмоции которые я испытывал были слишком яркими, чтобы я мог думать связно.

Расспрашивать где была и с кем, как ревнивый муж сейчас не имело никакого смысла. Уверен, правды не добьюсь. А данную информацию я все равно со временем узнаю. Самое главное — увидел ее. Живая, в квартире одна, телефон ее уже проверяют. А в остальном разберемся, как говорят: «Решать проблемы по мере их поступления».

Натянув одеяло до подбородка, Арсеньева впервые набралась смелости и «тактично» намекнула, что мне здесь не рады.

Глава 9

Не видел Арину долгих три дня. Метался как зверь в клетке, не находя решения как приблизить ее к себе.

«Идти на пролом? С ней? Не вариант, — с досадой выпустил воздух из легких. — Не хватало напугать ее еще больше, тогда она уж точно не подпустит меня к себе. Нужно набросать хоть какой-то план действий, выработать подробную тактику приручения, — усмехнулся я на последних словах».

Но проблема заключалась в том, что живая женщина — это не новый бизнес-проект. В любви не действует холодный расчет и железная хватка, которой руководствовался всю свою жизнь.

Просмотрев последний документ, поставил электронную подпись. Потирая переносицу двумя пальцами, устало откинулся в кресле.

«Да, Громов, как не прискорбно признавать, но нет у тебя опыта в таком деликатном деле как соблазнение. Медведь ты, Громов, медведь в посудной лавке. Женился ты рано, а потом девки сами не прочь были залезть тебе в трусы. Так что отвалилось твое «умение» даже то, что пришло с генами, как атавизм отвалилось», — пробормотал я себе, сцепив пальцы за шеей.

Стрелка часов стремительно приближалась к двадцати ноль — ноль. За стеклами окон соседней высотки уже горел свет, пытаясь разогнать глубокие сумерки. А с небо тихо падал снег.

Прикрыв глаза, растворяясь в тишине кабинета, память невольно подбросила напоминание, какой завтра день. Сердце болезненно щемнуло.

Завтра дата смерти родной сестры моей непутевой матери, нужно напомнить секретарше про цветы и съездить на кладбище.

Нажав на пару кнопок, поднес трубку к уху:

— Елена, закажите на завтра букет цветов. Да, розовые розы с белыми лилиями. Хорошо, пусть будут еще зеленые листья. Доставка в холдинг. Нет, больше ничего не надо. До свидания, — поднявшись с кресла, стал собирать бумаги в портфель.

Быстро накинул на себя пальто, закрыл дверь кабинета и с тревожными мыслями направился к дверям лифта.

Моя родная тетка была тихим, закрытым, но все же замечательным человеком. За все, что она для меня сделала, я ей был безмерно благодарен. И хотя при ее жизни мы не особо были близки, она поселилась в моем сердце и даже после смерти не желала его покидать.

С тоской в душе зашел в светлую кабину лифта.

Когда мне исполнилось пять лет, мать лишили родительских прав. А через месяц бюрократических проволочек мой светлый ангел забрала меня к себе, в совсем иную жизнь. А когда спустя годы тетушка внезапно умерла, судьба снова сделала крутой вираж, меня усыновили соседи Фразиных. Именно отчим дал мне возможность узнать, что это такое иметь настоящего отца. Именно он заразил меня любовью к архитектуре и строительству. А получить профессию архитектора на тот момент, стало моей главной целью.

Двери лифта открылись, обрывая мысли.

Арсеньева с испуганными глазами стояла в дверях, собираясь предпринять попытку к бегству. Характерный рывок она уже совершила, но почему-то передумала.

Господи, — с досадой вздохнул. — Помоги мне разобраться, что же творится в голове у этой женщины. Как же мне это надоело.

— Заходите или нет? — рявкнул я, придерживая двери. Она проскользнула в кабину и заняла место у противоположной стенки лифта, держа со мной максимальную дистанцию.

Раздражение набирало обороты, а чувство безнадежности накатывало с новой силой: «Это не женщина — это Эверест!»

Двери лифта распахнулись и «мышка» с серыми глазами, подгоняемая страхом, вылетела из кабины, бросив на ходу банальные слова прощания.