Кристина Рябинина – Он пришёл сверху. Том I. Во власти сна (страница 2)

– Пока нет ещё, оказался сложнее предыдущего.

– Ну, жду не дождусь, когда покажешь, – на лице мамы засияла улыбка. – Какой же ты у нас хороший, Тёмка… – мама сложила руки в замок перед собой на столе, любуясь сыном.

– Мам… – протянул Артём с набитым ртом, – Хватит уже.

– А что, я не права? – Мама развела руки в стороны. – Не слушай ты отца, ему лишь бы построжничать, он же у нас настоящий мужик!

И тут она начала цитировать, правдоподобно скопировав голос отца:

– «Артёма ты избаловала, его нужно будить в семь утра и заставлять помогать по дому!»

– Вчера он сказал мне, что раз я так люблю готовить, я должен тебя освободить от готовки навсегда, – добавил Артём.

– Ещё чего! – фыркнула мама в ироничной усмешке. – Не дождешься!

– А если он прав? Мы, ваши родители, уже натерпелись страданий и не понаслышке знаем, что такое нужда. Так что пусть лучше вы, наши дети, будете избалованными…

Мама вдруг протянула руку и аккуратно поправила Артёму челку, которая опять закрывала правый глаз.

– Ну мам! – Артём отпрянул с куском сырника на вилке, и чёлка тут же вернулась на место.

В ответ мама сложила руки в замок перед собой и изобразила обиду: иронично сжала губы и прищурилась.

Артём снисходительно улыбнулся в ответ.

– Кстати, отец сегодня на дежурстве? – спросил он и громко отхлебнул кофе.

– Да, ещё в пять уехал.

– Блин, завтра опять весь день будем ковыряться с машиной, – Артём зажмурился и в отчаянии схватился за лоб.

– Да уж, – выдохнула мама.

–Я считаю, – громко начал Артём, принявшись за последний сырник, – что он бредит. Машину нужно оттащить к механику. Мы вдвоем ничего не можем с ней сделать уже неделю. Не заведётся она!

Кошка начала тереться о его ноги и мяукнула, требуя внимания. Пришлось наклониться и почесать ей за ухом.

– Помогай отцу, я думаю, ему виднее… – тише обычного сказала мама. Артём отвлекся от кошки и поднял голову.

– Вот ты всегда так говоришь, хоть бы раз встала на мою сторону перед отцом. Ты же и слова не можешь ему сказать, а я мучаюсь.

В ответ мама промолчала, а затем вдруг сменила тему:

– Ну как, вкусно?

– Конечно, мам! Хватит постоянно спрашивать это. – Артём серьезно посмотрел на маму и подумал о том, что она никогда не задавала этого вопроса отцу. – А сама-то чего не ешь?

– Да, просто отвлеклась на тебя, сейчас поем, – растерянно бросила она и, обернувшись, посмотрела на остывающую на плите сковородку.

– Хочешь, сегодня я приготовлю ужин? – предложил Артём.

– Сынок, у нас картошка с курицей со вчера осталась.

После завтрака Артём надел кеды, схватил подаренный ему на окончание школы портативный магнитофон с громоздкими телефонами¹, засунул пару кассет в карман шорт и вышел на улицу. Когда он уже шагнул за порог, мама поймала его за руку и притянула к себе. Её как всегда холодные губы он ощутил даже сквозь плотные волны волос.

– Мам, отстань, я без пяти минут студент, а не детсадовец! – устало протянул Артём.

Мама лишь усмехнулась, провожая сына взглядом:

– Когда тебя ждать?

– К вечеру, – бросил Артём, не оборачиваясь.

На календаре было 20 июня 1985 года. Несколько дней подряд не спадала жара, и даже сам воздух как-будто высох. Но, несмотря на погоду, лето обещало быть отличным. Шаг Артёма был полон уверенности и задора, на душе было благостно, а в животе после пятёрки съеденных сырников ощущалась приятная сытость. Он достал из кармана кассету с небрежно нацарапанной надписью «Elvis Presley», вставил её в поблескивающий на солнце голубой магнитофон и захлопнул прозрачную крышку. Потом поднял с шеи на голову бежевые телефоны. Они стали давить на уши, но ради песен Элвиса можно было и потерпеть. Кнопка щёлкнула под пальцем, и заиграла «Judy»:

They say you found somebody new

Whose love will always be true

I don't know what it is to be alone

That's why I dread to know you're gone

Артём ускорил шаг. Большую часть детства он провел в пригороде Минска, но Электроград нравился ему намного больше. Да, он был непривычно маленький, но зато здесь легче дышалось. В новой школе Артём быстро нашел себе друга – Димку Рыбникова, чей отец тоже работал на атомной станции. Дима мечтал пойти вслед за своим отцом, а Артём – переплюнуть своего и стать не каким-то инженером, а настоящим учёным физиком-ядерщиком.

Из-за пышных крон клёнов уже виднелась пятиэтажка, где жил друг. Артём быстро нашёл нужную квартиру и позвонил в звонок. Дверь открылась почти сразу и друг улыбнулся, сверкнув серыми глазами:

– Тёмыч, здорова! Ты сегодня что-т рано, эт какой комар тебя укусил?

Когда Дима улыбался, он всё время почему-то щурился, отчего все его искренние улыбки приобретали нотку иронии.

– Да никакой, просто не спалось, – улыбнулся в ответ Артём. Его забавляла манера друга почти постоянно использовать крылатые фразы.

– Не ожидал от такого сони, как ты… Ладно, пошли на улицу, в такую погоду торчать дома – просто преступление! – прозвенел голос Димы. Тут он заметил на шее у Артема телефоны и его глаза округлились.

– Постой-ка… Эт то, о чём я думаю?

– Он самый, – гордо кивнул Артём и прядь угольной чёлки совсем закрыла правый глаз. Он нетерпеливо заправил её за ухо.

– Обалдеть! – благоговейным шёпотом произнёс Дима. – Ты же дашь мне послухать?! Сча, погоди секунду, я переоденуcь. Там сильно жарко?

– Смертно, – выдохнул Артём, но друг уже скрылся за поворотом коридора.

Когда Рыбников снова появился в дверном проеме в шортах и майке, он настойчиво вышел за порог, чуть не столкнувшись с Артёмом носом. Тот еле удержался на ногах и попятился.

– Ты чего так торопишься?

Вместо ответа Рыбников сжал плечи друга в руках, развернул его по направлению к лестнице и продолжил толкать в спину.

– Да что такое? – выпалил Артём.

– Просто пошли, сам увидишь! Мы вчера с Машкой такое нашли! Ты щас умрёшь! – процитировал Димка фразу из известного фильма.

Когда они покинули прохладу подъезда и снова окунулись в духоту, Рыбников посмотрел по сторонам и скомандовал:

– За мной!

– Неа, – Артём остановился. – Бегать в такую жару…

Только теперь он заметил, что из бокового кармана шорт Димки торчал небольшой фонарик.

– А фонарь зачем?

Рыбников закатил глаза и устало выдохнул:

– Ну ты серьёзно, Кристалинский? Ты вообще помнишь, как бегать? – в его взгляде читался немой укор.

– Может тебе и доставляет удовольствие носиться как будто тебе тринадцать, но я этого мнения не разделяю, – ответил Артём и, сложив руки на груди, надменно глянул на друга. – Пошли пешком, ещё за газировкой зайдем.

Сказав это, Артём спокойно прошел мимо Димы, будто и не знал его вовсе.

Рыбникову ничего не оставалось делать, кроме как согласиться, и он, снова вздохнув, побрел вслед за Артёмом в сторону главной улицы.

– Дай угадаю, ты только что позавтракал и теперь хочешь полирнуть всё это газировкой? – Дима глянул на друга, идущего рядом.

– Ага, – кивнул головой Артём в ответ и убрал руки в карманы шорт.

– Тёмка не меняется… Ладно, давай показывай свой мафон!