Кристина Руссо – Божественная одержимость (страница 12)

Именно в этот момент я поняла, что его ладони все еще обжигают мою талию. Или огонь, разгорающийся по моей коже, чем дольше он не отпускал меня.

Тяжесть его прикосновений опустилась, как гиря, между моих бедер.

— Тебе весело?

— Да, — Я выдохнула.

— Хорошо. — Его голос, глубокий и приятный, как дорогой ликер, окатил меня волной.

Музыка все еще гремела.

Все по-прежнему танцевали вокруг нас.

Но мы...

Мы застыли во времени.

— Без выпивки? — Спросил он, взглянув на мои пустые руки.

— Я как раз собиралась за ним.

Он кивнул.

Прошло еще мгновение, прежде чем он посмотрел поверх моей головы, и я могла поклясться, что почувствовала, как его пальцы впились мне в талию.

— Зак, — произнес Тревор у меня над головой. — Присмотри за Кали. Я вернусь.

— Конечно, — ухмыльнулся Зак, переводя взгляд с Тревора на меня, как будто он знал что-то, чего не знали мы.

— Пойдем со мной.

Прежде чем я успела возразить, Тревор уверенно взял меня за руку и потянул за собой. Толпа расступилась перед ним, сама того не осознавая, и я почти уверена, что никто даже не заметил, что я была с ним — вероятно, потому, что верхняя часть моей груди едва доставала ему до плеча.

В тот момент, когда мы вошли в просторную кухню, небольшая группа людей, которые уже тусовались там, взяли свои напитки и направились к выходу.

Люди подчинялись ему, даже не осознавая этого. Я не знала, было ли это из-за него или из-за денег его семьи, но наша первая встреча начинала приобретать гораздо больше смысла. Думаю, никто, кроме его сестры, никогда не противостоял ему и не высказывался прямо.

Учитывая реакцию его мамы на то, что он надел не белую рубашку вместо облачно-белой, его реакция на то, что я пролила на него шампанское, стала немного более обоснованной.

— Что тебе нравится? — Спросил Тревор, подходя к огромному холодильнику для богатых людей и открывая его.

— Э-э-э...

Выпивка была не совсем моим коньком. Точно так же, как эта вечеринка была не совсем моим занятием.

После того, как я смирилась с тем фактом, что в подростковом возрасте мне не удавалось вырваться из системы, я была занята учебой, работой и попытками чего-то добиться.

Это моя первая домашняя вечеринка. Пока я училась в Нью-Йоркском университете, мы с Кали никуда не ходили, но за последние два месяца моя жизнь приняла совершенно новый оборот.

Одна рюмочка с Тревором Су не повредит.

Я прикусила губу, заглядывая внутрь холодильника с двойной дверцей.

— Есть пиво, водка, текила... — Он продолжал, пытаясь помочь мне принять решение.

Когда я подняла на него глаза, все еще неуверенная и слегка смущенная...

Он ухмыльнулся. — Только не говори мне, что ты никогда раньше не пила.

— Я просто буду то же, что и ты.

— Я не пью. Баскетбольный сезон и все такое, — объяснил он после того, как я вопросительно посмотрела на него.

— Тогда воду.

— Или... — Его глаза сверкнули, прежде чем он отодвинул в сторону коробку с пивом.

Я громко ахнула. — Тайник Mogu Mogu¹⁰?!

— Ага. И все вкусы тоже.

— Розовую, пожалуйста.

Что-то неуловимое промелькнуло в его глазах. — Конечно.

Тревор передал мне одну из маленьких бутылочек с личи, прежде чем взять себе манговую. Пока он прислонялся к мраморному островку в центре просторной кухни, я запрыгнула на нее.

Теперь наши глаза были почти на одном уровне.

— Не собираюсь лгать.... — Сделав несколько глотков, я замолчала. — Я не думала, что ты из тех, кто любит Mogu Mogu.

Он усмехнулся, жуя несколько кусочков желе, его бутылка уже была почти пуста. — Моя мама приучила нас с Кали к ним, когда мы были детьми. Ее любимый вкус — с черной смородиной. — Он снова рассмеялся, когда я сморщила нос. — Я знаю.

— Ты близок со своими родителями? Кали никогда о них не говорит.

Тревор не ответил, только одним глотком допил свой напиток и пошел выбрасывать его в мусорное ведро.

— Извини. — Я прочистила горло, отводя глаза, когда он вернулся. — Не хотела совать нос не в свое дело.

На этот раз он остановился передо мной, и мне потребовалось вся моя выдержка, чтобы посмотреть ему в глаза, зная, что на этот раз тусклое освещение не скроет мой румянец.

Я была немного смущена. Я только что задала ему личный вопрос, а мы едва знали друг друга. Конечно, иногда мне казалось, что мы стали ближе из-за того, что Кали была нашей общей связью, но на самом деле… Это был всего второй день нашего знакомства.

— Нет, все в порядке. — От слов Тревора у меня стало легче в груди. — Мы настолько близки, насколько может быть близка любая семья. Но Кали всегда считала себя белой вороной. Вот почему она бунтует. Конечно, тем не менее мы ее любим.

Я изобразила легкую, искреннюю улыбку. — Конечно.

Я поняла, как и почему Кали чувствовала то, что чувствовала. Я любила свою новую семью, но я тоже чувствовала себя белой вороной. Мне все еще казалось, что они всегда знали что-то, чего не знала я.

Возможно я еще недостаточно Моретти, чтобы это услышать.

Тревор внимательно наблюдал за мной. Я могла сказать, что он оценивал меня, анализировал. Он всегда так делал. Я действительно не понимала почему.

Притворялась ли я более совершенной, чем была на самом деле? Конечно.

Лгала ли я, чтобы казаться лучше? А кто этого не делал?

Но я всегда была самой собой.

— Послушай.... — Он провел рукой по своим коротким кудряшкам. — Я собирался сделать это еще со времен занятий Дэвиса.

Воздух в комнате изменился, заставляя мое сердце биться тяжелее.

— Что? — Спросила я, снова слегка задыхаясь.

— Извинится.

Мои глаза заметно расширились от шока.

Он откашлялся, уточняя: — За то, что неправильно судил и недооценивал тебя.

Тревор был известен тем, что никогда не отступал; ни в драке, ни после вызова, ни в споре. Ему это было не нужно. Он был тем, кем он был. Богатый, умный, могущественный. Он не просил, он брал.

Лучший капитан спортивной команды Колумбии в истории; его команда не проиграла ни одного матча под его руководством.

Лучший ученик Лиги Плюща, с невероятным IQ.

Наследник династии Су, технологической империи его семьи стоимостью в несколько миллиардов долларов.