Под гладью тёмных вод?
Никто… На вахте дремлют,
И бесполезен лот:
Утомившись за день,
Храпит морской народ.
Тот видит дом, а этот —
Отару с гор ведёт.
Светлые лики – туда, сюда
Мечутся бликами света.
С мачты на мачту – шепча, крича,
Но не слышат ответа.
«Эй, просыпайтесь!
Скала впереди —
Гибели верной примета!
Будет буря!» – лики трубят.
Шторм начинается где-то.
А там, в краю,
Где родные лица,
Где песни, как реки,
Текут, могут литься,
Подхвачена белой
Порхающей птицей,
Песнь колыбельная
Длится и длится.
Улыбаются спящие…
Безмятежно так дышат,
Между тем как над ними
В небе молнии пышут.
А корабль всё идёт —
К скалам ближе и ближе.
Плачут светлые лики…
Но матросы не слышат.
Вспышки молний небесных
В море бьют наугад —
Спящим мнится, что это
Полыхает закат.
Красным сполохам света
Кто-то, верно, и рад…
Но каким быть рассвету, если это закат?
«Просыпайтесь!» – молчат.
«Жизнь спасайте!» – не внемлют.
Их ветра не страшат:
Они дремлют и дремлют.
Что им страх, что им боль?..
Вечер сумрачный медлит,
Не прервётся, доколь
Смерть пловцов не объемлет.
«Просыпайтесь! Скорей!» —
Стонут светлые лики,
Выбиваясь из сил…
Но напрасны их крики.
Моряки видят сны:
Этот – в радостном миге
Обнимает жену,
Тот – снимает вериги.
Один за другим,
Каждый в свой черёд,
Белые, как снег,
Прозрачные, как лёд,
Лики покидают их,
Зная наперёд:
Каждый здесь оставшийся
Здесь же и умрёт.
Один за другим,
Молча, вереницей,
