Кристина Робер – Белое с кровью (страница 30)
Но все пошло не по плану. Он растерялся, задохнулся от волнения и замер как истукан, чувствуя, как тварь внутри медленно начинает забирать контроль над разумом – впрочем, как и всегда в присутствии Ники. Алекс испугался, что изменения на его лице заметит отец, и поспешил спрятаться, а когда снова посмотрел на нее, понял, что за секунды все разрушил. Сколько разочарования было в ее глазах! И ни глупая футболка, ни колючки-слова не смогли замаскировать ее чувства.
Алекс тяжело выдохнул и бросил беглый взгляд на Севиль: девушка сидела рядом с ним на заднем сиденье автомобиля и отстраненно глядела в окно. Господи, у него даже не хватило мозгов дать Нике понять, что Севиль здесь ради нее, а не ради него.
Неужели так все и должно было случиться? Он тысячу раз представлял их встречу, но и подумать не мог, что окажется в положении, где даже смотреть на нее опасно. Где она пропадала целых полгода? Как ее приняла terra? Что с ней сделали ведьмы и вампиры? А тут еще и Рита Харт-Вуд вернулась (и как Николас это допустил?!). Ника, наверное, с ума сходит. Хотя, может, и хорошо. По крайней мере, теперь у нее есть заботы поважнее, чем злиться из-за его тупого поведения. А ему самому, возможно, стоит поддаться идеологии Каи Светуч и полностью отгородиться от terra ignis. Пусть отец и дальше водит шашни со Стамерфильдом, а Алексу не помешало бы заняться другими делами.
Автомобиль заехал на территорию Небесного дворца, когда начало смеркаться, и Алекс поморщился. Этот дом давно не приносил ему радости, а в свете всех трансформаций, которые происходили с ним, даже вызывал отвращение. Величественный, белоснежный, с голубовато-серыми башнями-шпилями, колоннадами и лепниной, журчащими фонтанами и неестественно яркими, сочными соцветиями глицинии, оплетшей колонны первого этажа. Сорвать бы их – да мама не позволит, это ее любимая часть сада.
Машина остановилась, и Алекс зажмурился, растирая переносицу. Отец какое-то время сверлил его взглядом – и смотреть не надо, чувствовалось, – а потом молча вышел на улицу. Севиль помогла Алексу выбраться следом. Не успел автомобиль скрыться за воротами, как к Стефану подбежал один из стражников и зашептал:
– Ваше Величество, здесь Кая Светуч.
Алекс почувствовал, как на его локте сжались пальцы Севиль.
– Спасибо, Ос, ценю вашу преданность, – улыбнулся Стефан, похлопав стражника по плечу. Мужчина откланялся и поспешил вернуться к парадному входу. Саквильский обернулся к сыну: – Сотри страдание со своего лица, да поживее – она явно хочет
Стефан кивнул Севиль и, взбежав по лестнице, скрылся в здании. Алекс набрал воздух в щеки и с шумом выдохнул.
– Не надо меня провожать, я сама сегодня, – прошептала Севиль.
– Как хочешь, – отстраненно ответил Алекс. Колкость отца задела его: раньше он такого не позволял в присутствии посторонних. Алекс заставил себя посмотреть на Севиль: – Ну что, ты наконец увидела ее. Понимаешь, что будет сложно?
– Просто скажи принцессе о том, кто я. Уверена, она поймет… – в шепоте Севиль послышалась мольба. – Саша, я не могу сама к ней прийти. А ты обещал. Обещал же?
– Обещал, – эхом повторил он. – Ты просто не понимаешь, о чем просишь.
Севиль снисходительно улыбнулась, взяла его за руку и прижала к себе:
– Почему же ты никак не поймешь, что тебе уже позволено повзрослеть и взять свою жизнь в свои же руки? И тогда многое станет проще.
Алекс скептически выгнул бровь. После того неуместного поцелуя перед нападением тараначи Севиль отбросила романтический настрой, и, кажется, они даже подружились по-настоящему. По крайней мере, за разговорами с ней Алекс проводил много времени и, наверное, в какой-то момент все же заигрался: спроецировал на нее образ сестры, а не следовало. Теперь Севиль считает, что ей все позволено.
– Я вообще-то будущий оклус.
Девушка выпустила его руку и вздохнула:
– В этом я сильно сомневаюсь.
– Что?
Но Севиль оглянулась, не успев ответить: к ним приближалась Кая Светуч. Уверенная и спокойная, в строгом сером костюме, женщина гордо спускалась по ступеням, вперив в парня цепкий взгляд бледных глаз.
– Ваше Высочество, – она склонила голову.
Алекс нехотя кивнул в ответ. Как и Ника, он еще не заслужил такого обращения, потому что из-за времени, потраченного на сделку с Долоховым, так и не прошел церемонию титулования, но Кая игнорировала формальности. Отчего-то ей было важно каждый раз напоминать Алексу, кто он и в чем заключается его долг.
– Милочка, вы позволите забрать у вас наследника? – Кая холодно взглянула на Севиль.
Девушка с улыбкой кивнула, присела в реверансе и поспешила во дворец. Кая жестом указала Алексу на дорожку, ведущую к рябиновой аллее.
– Не буду утомлять вас долгими прогулками, хотя ваша прекрасная целительница не раз повторяла, что нужно заставлять вас ходить, – Кая сцепила руки за спиной. – Говорят, в terra ignis вы повидались с наследницей. Это так?
Алекс не сдержал смешок:
– Почему все считают эту встречу грандиозным событием?
– Кто это «все»?
– Вы и ваши доносчики, госпожа Светуч. Я и до спальни добраться не успел после дороги, а вы уже с допросом.
Кая вскинула брови и криво улыбнулась. Лицо Алекса, наоборот, посуровело.
– Это всего лишь удивительное совпадение: ваш приезд и возвращение юной принцессы. Но мне больше хочется понять, как настроена эта девушка, примет ли она официальный титул или опять сбежит?
– Мне и самому это интересно, – деловито отметил Алекс. – Но мы с Николиной не так хорошо знакомы, чтобы с порога откровенничать о подобных вещах. Судя по тому, что я увидел, принцесса
Кая Светуч с сомнением хмыкнула, но воздержалась от комментариев. Алекс начинал злиться. Он врал о Нике всем, кому только можно, и предпочел бы вообще не говорить о ней, и уж тем более не обсуждать с этой женщиной. А Кая ведь не зря спрашивала. Наверняка она одна из немногих, кто не воспринял Севиль за его увлечение, и какая-нибудь птичка нашептала ей о том, что будущие правители земель в прошлом году были очень близки. Пусть так, все равно доказательств нет.
Кая остановилась и внимательно посмотрела на Алекса:
– Надеюсь, вы поделитесь со мной ее планами, прежде чем земли узнают об этом.
– Безусловно. Если только она известит меня о своих планах, прежде чем земли узнают об этом из первых уст.
Кая коротко улыбнулась, затем вытащила из внутреннего кармана пиджака сложенный вчетверо газетный лист и протянула ему.
– Позвольте дружеский совет. Вы сейчас герой, мой юный господин. Сохраняйте этот статус как можно дольше.
С этими словами женщина откланялась и покинула аллею. Алекс опустился на лавочку между двух тоненьких рябин и развернул лист. Это была статья некоего Э. Юсбис о том, что случилось в военном лагере почти месяц назад, выпущенная под громким приторным заголовком: «Наследник, дарованный небесами». Алекс скомкал вырезку и запустил в мусорное ведро.
Ника не знала, сколько времени провела под ледяным душем: стояла с каменным лицом и смотрела в одну точку. Не чувствовала ни холода, ни жара – только надеялась, что вода смоет этот день. Или смоет ее саму из этого дня ли, из мира ли – неважно.
Миккая была права: физическая боль – это такая ерунда по сравнению с болью, которую приносит память. Прошлое нужно переживать и отпускать, а не забывать, пусть даже и не по своей воле. Этот урок Ника никогда не забудет и больше не позволит душе айтана лишать ее памяти. Больно, не больно – ничего, справится. Как-то же дожила она до своих лет…
Ника зажмурилась и подставила лицо воде. Сколько раз за последние полгода она мысленно стояла на краю пропасти, готовая вот-вот впасть в забытье от отчаяния, боли и осознания сделанного? Как боролась с душой Джей Фо за свою память, кропотливо, шаг за шагом отделяя свое прошлое от прошлого волчицы, которое та так стремилась ей показать? Невольно снова и снова «пересматривала» самые болезненные моменты детства: как убила того мужчину в восемь, как день за днем сидела в балетном классе в ожидании Риты, а та ни разу так и не пришла, как мать взяла булыжник… И так далее. И так далее. И так далее.
Было сложно. Слишком сложно, черт возьми, но она справилась и вернулась, всерьез готовая к новой жизни. И теперь просто недоумевала, как один день мог снова отбросить ее назад. День, в котором случились Алекс и Рита – два человека, плотно обосновавшиеся в ее жизни. Два разочарования. И оба в один чертов день.
С Алексом они ужасно расстались, но, справившись с оцепенением, Ника тогда поразмыслила и решила, что все даже к лучшему. Была уверена, что случившееся стало последней каплей в бездействии. И что Алекс так же, как и она, не сможет больше жить как прежде, будет с ума сходить, ощущая эти фантомные клыки во рту и непрекращающееся першение в горле от инородного рычания и крови. Ника жутко скучала, каждый день думала о нем, уверенная, что, как только соберет себя воедино, сможет отыскать его и начать все сначала. Мысли о том, что Алекс где-то далеко тоже ищет решение проблемы, питали ее и помогали пережить новый день. Ника всегда ощущала его поддержку – даже на таком расстоянии, даже не зная, где он и с кем. Ни секунды не сомневалась в этом. Алекс хранил их тайну и был для нее единственным, кто мог понять. Он был тем, для кого расстояние не имело значения. Должен был быть… Но неужели она все это просто придумала?