Кристина Римшайте – Дерзкие игры. Поиграем? (страница 41)

— Я дурак?! — его трясло. — А ты тогда кто? Потащилась навстречу приключениям?! Секса захотелось? Чешется, да? Так давайте я тебе почешу! Где тебя трахнуть? Может, в туалете?

Звучная пощёчина огласила стоянку.

— Думай, что говоришь, — холодно произнесла Саша и направилась ловить такси, но Стас не дал. Быстро нагнал, подхватил на руки и закинул на плечо.

— Отпусти немедленно! — закричала девушка, но безуспешно.

— Перебьёшься, — спокойно усмехнулся Стас и сгрузил её в свою машину. Пристегнул ремнём и захлопнул дверь.

— Ты всё ещё моя невеста и веди себя как невеста, — пригрозил он и завёл машину.

— Куда мы едем? — спросила Калинина, сдавшись. В чём-то Корнев прав. О его репутации, она не подумала. Надо было подождать, пока всё закончится.

— Домой. Я сегодня останусь у тебя, — сжимая руль, произнёс Стас. Констатировал.

— Но это глупо. Сторожить меня станешь?

— Калина… Не беси меня, — процедил он.

— У меня пустой холодильник, — тихо произнесла Саша, глядя в окно.

— Как обычно, — усмехнулся Стас. — Заедем в супермаркет. Я щетку зубную себе куплю. И на завтрак что-нибудь.

Саша лишь вздохнула, косясь на красную щеку мужчины. Как странно с ним, всё неправильно. Другой бы обиделся, бросил, уехал… А этот, о завтраке думает и зубной щётке. Псих.

В супермаркете Корнев вёл себя как обычно. Настолько обычно, что Саше стало не по себе. Ничего не спрашивает, не обвиняет, словно ему всё равно и не он пятнадцать минут назад был готов накинуться на неё с кулаками.

— Яйца, молоко… — бормотал мужчина, сметая продукты с полок. — У тебя тостер есть?

Саша моргнула, очнувшись от своих мыслей.

— Есть. Где-то пылится в коробках. Мама подарила…

— Тогда возьмём джем.

— Издеваешься? — Саша недоумённо вздернула бровь.

Корнев невозмутимо пожал плечами.

— Вовсе нет. Собираюсь готовить завтрак. Ты ужинала?

— Как ты вообще узнал, где я? — выпалила Калинина.

— Вера сказала. Твой телефон, к сожалению, молчал, — легко ответил Стас. — А телефон Веры я взял ещё во время нашего знакомства у тебя дома, на всякий случай. Как видишь, пригодился.

— Да уж, — вздохнула Калинина. — Как отец?

Рука Стаса замерла над банкой клубничного джема.

— Провели пересадку. Состояние тяжёлое. Он в реанимации…

— Сочувствую… — искренне произнесла Саша и натянуто улыбнулась.

— Ничего. Просто потерпи немного и больше… не кидайся в крайности, ладно? — он протянул руку и заправил ей прядь волос за ухо. — Будь хорошей девочкой, Калина, и слушайся Стаса.

Саша фыркнула и усмехнулась. Странно, но снова видеть Корнева — приятно. Приятней чем ехать с каким-то Евгением в отель. Только вот… Не стоит поддаваться на его очарование.

— Говорил с матерью? Я видела её вчера в ресторане с каким-то мужчиной. Говорит, знакомый.

Стас глянул на неё через плечо, продолжая выбирать белый хлеб.

— Я не знаю с кем она «шарится». Может, приятель, может, любовник. В любом случае, её цель пребывания в России, это убедить меня вернуться.

— И как? — тихо спросила Саша, неожиданно для себя отметив, что ей не всё равно и будет грустно… да, будет жаль, если Корнев уедет…

Стас внезапно с нежностью улыбнулся.

— Никак. Если я и перееду, то куда-нибудь в Канаду или Норвегию, где уровень жизни выше. Но это будет не скоро, и если уж переезжать на «пмж», то всей семьёй. Понимаешь? А жену я хочу из России, — он подмигнул и продолжил поиски «лучшего хлеба».

— Зря, — улыбнулась Саша. — Норвежки очень красивые.

— Не в красоте дело, Калина, — улыбнулся Стас и щёлкнул её по носу. — Дело в менталитете и не убиваемом русском юморе. Мне жена нужна самодостаточная, сильная, чтобы я всегда её добивался, чтобы она могла держать меня в тонусе, чтобы не глупая была, проницательная, а главное — простая. Посмеяться могла, посочувствовать, притвориться слабой. Иногда. Чтобы сердце было доброе, бескорыстное…

— Ты прямо Золушку описал, — заметила Саша, скрывая смущение от подобного разговора.

— Я тебя описал, Калина, — серьёзно произнёс глядя в глаза. Саша испуганно отступила и уткнулась в полку.

— Ты хоть улыбайся, когда шутишь… — прошептала она.

Стас грустно усмехнулся краешком губ и пошёл дальше. Они скупили ещё полмагазина, и Калинина гадала, а не много ли для одного завтрака?

Хотела поделить «чек» пополам, но Стас не позволил, заявил, чтобы не ущемляла его мужское достоинство. Я заявила, что оно у него такое большое… достоинство, в смысле, что даже если я немного ущемлю, он, скорее всего, ничего не почувствует. На что Стас ответил ехидной улыбой.

Дома он сам разложил продукты и даже покормил кошек, пока я смывала косметику и переодевалась в домашнюю одежду. Стас зашёл в ванную и демонстративно поставил свою щётку рядом с моей. Это было немного странно. Первая мужская щётка в моём доме.

Мы оба слишком устали, чтобы распивать чаи и обсуждать случившееся. Вежливо пожелали друг другу спокойной ночи и разошлись по комнатам.

А утром…

Проснулась от того, что меня кто-то гладит по лицу. Лениво открыла глаза и дернулась, увидев Стаса. Он придержал меня, подвинул, и закинул ноги на мою кровать.

Инки потянулась и забралась к нему на колени. Маркиза недовольно дергала хвостом, оттого что её потревожили.

— Корнев, ты ничего не перепутал? — изумлённо спросила я и прочистила горло.

— Нет, — улыбнулся он, продолжая непринуждённо гладить Инки. — Ты не хотела просыпаться от чарующих запахов, и я пришёл к тебе сам. Давай позавтракаем вместе? Мне скоро в офис на совещание…

Хотела сказать, а я каким боком? Иди завтракай и вали, но глядя на то, как мужчина умиротворённо гладит мою кошку, не посмела грубить. Что ж, раз хочет вместе позавтракать…

Я сначала поднялась и полезла в шкаф, а потом уже подумала, что на мне только розовая майка и трусы. Замерла с халатом в руках и обернулась через плечо, Корнев, улыбаясь, гладил кошку. Я подозрительно покосилась и быстро закуталась в халат.

— У тебя милые трусики, — донеслось мне вслед, когда я почти вышла из комнаты. Вот гад!

Завтрак был божественен. Никогда не думала, что омлет можно приготовить так. Так чтобы хотелось стонать от удовольствия и облизывать вилку. Тосты с маслом и джемом зашли на ура, и мысленно я поблагодарила маму за подарок.

Стас помог убрать со стола, загрузить посуду «стираться», и стал собираться.

— Веди себя хорошо, — предупредил он, стоя в дверях.

— Ты тоже… — скупо улыбнулась в ответ, вспоминая тот его поцелуй в клубе.

Мужчина приподнял мою голову за подбородок.

— Саш? Ну, что случилось?..

От него головокружительно пахло. Я отступила.

— Ничего, — дернула головой и открыла дверь. — Опоздаешь на совещание.

Стас умудрился быстро поцеловать меня в щеку и скрылся в лифте. Со вздохом направилась в комнату заниматься великим и благородным ничегонеделанием. Кто-то же должен это делать?

Глава семнадцатая

Суббота наступила как-то слишком уж быстро. Я ходила в бассейн, на танцы, бродила по торговым центрам, прикупая вещички на море: самое сложное выбрать купальник и солнцезащитные очки. Всегда с этим были проблемы.

Я не люблю купальники с дурацкими трусами, не люблю стринги и танго, чтобы весь пляж пялился на мою скромную пятую точку. А найти достойный купальник с шортиками — очень сложно. Верх, как правило, у таких купальников — отвратительный.

И вот за этими бесполезными делами, хотя меня одолевали звонками: Женя, вера, все кому не лень и кому лень — тоже одолевали. Как так, я уволилась и никому ничего не сообщила, не отчиталась. Но настроение было таким, что мне просто хотелось побыть одной. Я написала друзьям сообщение, что непременно с ними пообщаюсь, а пока со мной всё отлично и не нужно бить тревогу, запасаться спиртным и лететь меня спасать. Наступила пятница.