Кристина Римшайте – Дерзкие игры. Поиграем? (страница 4)
Стас нервничал, хоть и не показывал виду. Красивая. Признался себе. Действительно красивая, не придерёшься. И ноги стройные, кожа бронзовая, даже зубы ровные и белоснежные, как в рекламах зубной пасты. Волосы хоть и крашенные, скорее мелированые, но ухоженные, длинные и волнистые. Но что-то его сильно смущало. Манера поведения, он никак не мог понять, в чём дело…
— Давай здесь, — девушка показала на съезд с дороги и отстегнула ремень.
Стас заглушил двигатель, погасил фары и повернулся к незнакомке, ожидая дальнейших действий.
Саша не растерялась. Она скинула туфли и заползла на сиденье с ногами, сверкая красным лаком педикюра.
— Доверься мне, — снова повторила она и провела пальцами по лицу парня. — Я буду осторожной и ласковой. Тебе понравится, — Саша чуть подалась вперёд, демонстрируя неглубокое декольте.
Стас на секунду засмотрелся и облизал внезапно пересохшие губы. Протянул руку и заправил прядь волос за ухо девушки. Локоны показались невероятно мягкими и шелковистыми.
Саша мысленно вздохнула, перекрестилась три раза и забралась на колени к парню. Пара обязательных поцелуев, чтобы усыпить бдительность и можно переходить к делу.
Это последнее её посвящение в жизни. К чёрту, пора завязывать. Стара она уж для таких подвигов. Да и стыдно всё-таки.
Стас гипнотизировал аппетитные полные губы и не понимал, почему девушка медлит, когда он уже в полной боевой готовности.
Опустил руки на упругие бёдра и прижал к себе, желая ощутить тепло между загорелых ножек. Девушка гладила его плечи, ласкала губами шею, скулы, слегка раскачиваясь, чем жутко заводила.
Он не выдержал первым и впился в сладкие губы. Проснулась животная страсть. Видимо, сказалось длительное воздержание.
— Тише… — ласково осадила незнакомка и облизала покрасневшие губы. — Я сейчас, — она потянулась за сумкой, заставив Стаса прерывисто вздохнуть. — Говорят, что с завязанными глазами, ощущения другие. Невероятные. Более чувственные… Хочу сделать тебе приятно, — промурлыкала она, извлекая на свет чёрную широкую ленту.
— Ты подготовилась, — усмехнулся парень и скинул бейсболку.
Ага, подготовилась, блин, мысленно ворчала Саша, придумывая отмазку.
— Я знаю, чего хочу, — улыбнулась она и припала к губам, отвлекая внимание от повязки.
Стас позволил завязать себе глаза, потому что эндорфины в мозгу плясали ламбаду, а тонкие пальчики парящие под его рубашкой, отвлекали от реальности, заставляя трепетать в предвкушении.
Саша не скупилась на ласку, боясь быть разоблачённой. Пульс стучал в висках, оглушая. Страшно… Нежно целовала мускулистую шею незнакомца, рукой шаря в сумке в поисках наручников. Есть!
Не давая себе возможности одуматься, защёлкнула наручник на руке незнакомца, спрыгнула с колен, перехватила вторую руку, перекинула наручники через дырку в руле и защёлкнула второй браслет, как часто видела это в фильмах.
Стас не сразу понял что происходит.
— Это тоже для остроты чувств? — поинтересовался он, вращая головой, пытаясь что-то разглядеть.
— Ага, — усмехнулась Саша, выдыхая. Сердце бешено колотилось, грозя проломить грудную клетку. Достала из сумки клейкую ленту и оторвала кусок. — И это тоже, — она заклеила парню рот, радуясь наступившей тишине и покою.
Достала красную помаду и заячьи ушки. Незнакомец замычал.
— Расслабься, — хмыкнула она, жирно крася губы. — Я быстро. Главное, будь паинькой.
Нацепила незнакомцу уши на голову, а сама принялась покрывать его тело поцелуями, оставляя красные следы. Подумала и сняла повязку.
Глаза парня горели яростным огнём и казались, ещё темнее, чем есть. Саша усмехнулась.
— И не надо на меня так смотреть, — невинно протянула она, роясь в сумке в поисках телефона. — В отношениях всегда виноваты оба. Так психологи говорят, — голосом примерной ученицы произнесла она и достала «дилдо», потому что мешался.
Стас испугался и вжался в кресло, безрезультатно дернув металлические наручники. В голове крутились панические мысли.
Саша усмехнулась.
— На, подержи, — не смогла отказать себе в удовольствие и бросила фаллос парню на колени. Незнакомец брезгливо прикрыл глаза. — Да, ладно. Не строй из себя невинность. Можно подумать, первый раз видишь резиновый член, — беззаботно произнесла девушка, продолжая, что-то искать, заставив Стаса нервничать ещё больше. Надо было так вляпаться? Поверил, м-ля…
— Нашла, — радостно оскалилась она, снимая блок с телефона.
Стас замычал. Капец… Если фотки попадут в журнал или того хуже в интернет, отец подарит ему на день рождения аккумулятор и спустить вместе с ним в Волгу.
— Улыбайся, — Саша, словно не замечая паники на лице незнакомца, прижалась к нему и уставилась в камеру. Раздался щелчок. Ещё и ещё… — Так не пойдёт, — она решительно достала помаду и нарисовала на непрозрачном скотче улыбку.
Стас обречённо прикрыл глаза.
— А теперь, — девушка убирала вещи назад в свою богатую на сюрпризы сумку. — Теперь я тебя отпущу. Но ты пообещаешь, что не погонишься за мной, тогда твои фотки никуда не попадут, только на глаза моим друзьям. Прости, ничего личного, только игры… — саркастично произнесла она, смутив этим Стаса, и достала маленькие ключики.
Саша решила дать незнакомцу слово.
— Хочешь, что-нибудь сказать на прощание? — и отклеила ленту.
Стас думал, что взорвётся.
— Ты идиотка! Если фотографии попадут в газеты…
— Да, кому они нужны? — искренне удивилась сумасшедшая. — Чтобы их толкнуть, мне придётся доплатить.
Стас нахмурился, не понимая. Неужели она не узнала его? Такое возможно, но тогда…
— Зачем ты это сделала?
Девушка внезапно тяжело вздохнула.
— Потому что у меня нет семьи. Вместо того, чтобы заниматься детьми и домом… В общем, неважно. Спасибо, что выручил, — она похлопала его по плечу и открыла один наручник.
Стас потёр запястье и резко схватил девушку за руку, желая вытрясти из неё правду и стереть снимки.
Саша дернулась и ловко включила телефон.
— Полегче. У нас уговор. Одно неверное движение и фотографии увидит весь мир, а так только пятёрка отмороженных людей, которым нет до тебя дела.
Стас нехотя разжал руку, в которую тут же сунули ключ. Сумасшедшая быстро подхватила сумку и вылетела из машины. В заднее стекло ударил свет фар. Позади стояло такси.
— Стерва! — парень ударил по рулю, стиснув зубы и выдохнул. — Всё продумала…
Откинулся на спинку кресла и рассмеялся. Если эта больная думает, что так просто отделалась, то глубоко заблуждается. Фотографии нужно удалить любой ценой…
Бред какой-то! В произошедшее верилось с трудом. Необходимо найти её. И наказать. Жестко…
Думая это, Стас даже не предполагал, что совсем скоро сумасшедшая найдёт его сама. Найдёт и удивит…
Выспаться не получилось. Голос Луи Армстронга льющийся из динамика телефона, призывал заткнуть его чем-нибудь тяжёлым.
— Громов… чтоб тебя… — прохрипела Саша, пытаясь нашарить в кровати телефон. — Кондрашка долбанула! Да, Юрий Саныч, — ровным приветливым голосом произнесла она и села. — Неужели мне привиделось моё повышение и рабочий график? Почему вы мне звоните в семь утра?
Саша уже предвидела беду, а потому, мысленно готовилась к бою и уговаривала себя не сдаваться.
— Не язви, Калина, — пробасил руководитель всех руководителей и улыбнулся. Эту улыбку можно услышать на большом расстоянии по треску мясистого лица. — Дело есть. Чрезвычайной важности, — произнёс он и сам же рассмеялся.
Ой, как весело. Какой забавный каламбур. Саша немного покривлялась и выдохнула.
— У нас всё очень чрезвычайно… Во сколько?
— Через час. И… будь по форме, — добавил Громов и поспешно отключился, боясь быть проклятым до десятого колена. Калинина могла и не такое.
Саша вдохнула полной грудью, сложив из пальцев буддийскую мудру и процедила:
— Я добрая. Я уравновешенная. У меня всё хорошо, несмотря на отсутствие личной жизни. Одиночество мне к лицу и совсем не старит. Я счастлива! Я, чёрт возьми, счастлива, подрываясь в любое время суток и мчать по первому зову начальства, потому что я грёбанный Чип и Дейл в одном лице!.. Ом… Ом… Ом…
Маркиза, до этого следившая жёлтым глазом за хозяйкой, потянулась и решила, что пора.
— Мяу… — потянулась, прогнув спинку, и выпустила коготки, оставляя зацепки на новом постельном белье.
Калинина обиженно надула губы, желая захныкать, словно маленькая и повалилась на бок, притягивая к себе кошку, которая хотела совсем не этого. Еда в семь утра интересовала пушистую куда больше, чем внезапная нежность хозяйки.
Из шкафа выползла Инки, услышав шорох. Почему это обнимашки проходят без её участия? Надо срочно запрыгнуть на человеческий бок, помурлыкать и сделать лёгкий утренний массаж…
— Инки! — закричала Саша, пытаясь смахнуть кошку. — Зараза… — прошипела она, разглядывая поцарапанный бок. — Ну, вас… Никакой дружеской поддержки. Эгоистки.