Кристина Миляева – Шёпот, который знает моё имя (страница 1)

Кристина Миляева

Шёпот, который знает моё имя

Глава 1. Краем глаза

Костер потрескивал, отбрасывая пляшущие тени на лица моих немногих, усталых слушателей. Огонь был островком тепла и света в огромной, безразличной темноте, которая сгущалась за пределами нашего маленького круга. Именно здесь, под этим усыпанным звёздами небом, в тишине, нарушаемой лишь треском поленьев и далёким уханьем совы, я решился рассказать. Рассказать с самого начала. Потому что всё, абсолютно всё, началось с мелочей. Знаете, как иногда краем глаза что-то мелькнёт? Быстрое, неуловимое движение, пятно, силуэт? Миг – и его уже нет. Словно игра света, пылинка в воздухе или просто уставший мозг рисует картинки. Я, как и большинство, всегда отмахивался. «Нафантазировал», «глаза устали», «нужно выспаться». До прошлого месяца… До тех пор, пока эти мелочи не начали складываться в жуткую, неоспоримую мозаику. Мозаику, которая привела меня сюда, к этому костру, с холодом внутри, который не смог растопить даже жар пламени.

Прошлый месяц выдался адски загруженным. Проект «Аквилон» на работе висел на волоске, сроки горели синим пламенем, а начальство дышало в затылок с интенсивностью паровоза. Я буквально жил в офисе. Кофе литрами, сон урывками по три-четыре часа, еда на бегу – стандартный набор офисного мученика. Домой я возвращался затемно, выжатый как лимон, с тяжёлой головой и песочком под веками. Именно тогда, в этом состоянии хронической усталости и стресса, они и появились. Первые тени.

Помню, как сейчас. Сижу за кухонным столом, поздно вечером. Передо мной ноутбук, экран слепит глаза. Я пытаюсь вникнуть в отчёт, который уже должен был быть сдан позавчера. Голова гудит, мысли путаются. И вдруг… Краем левого глаза. Мелькнуло. В дверном проёме, ведущем в тёмный коридор. Быстрое, тёмное движение. Словно кто-то резко шагнул назад, вглубь темноты. Я вздрогнул, резко повернул голову. Коридор пуст. Только слабый свет из кухни выхватывает край вешалки и тёмный прямоугольник двери в спальню. Тишина.

«Глючит, – подумал я тогда, с раздражением потирая виски. – Глаза слипаются. Надо заканчивать». Я допил остывший кофе, горький и противный, и снова уткнулся в экран. Но ощущение было неприятное. Словно кто-то действительно стоял там, в темноте, и наблюдал. И когда я посмотрел – исчез. Списав всё на переутомление и стресс, я постарался забыть.

Но «оно» не забыло меня. Тени стали возвращаться. Всегда на периферии зрения. Всегда дома. И особенно – вечером или ночью, когда я был один, измотанный и уязвимый. В гостиной, когда я смотрел телевизор – движение за спиной, у окна. Я оборачивался – пусто. Шторка колышется от сквозняка? В ванной, когда чистил зубы – отражение чего-то тёмного и быстрого в зеркале, за моей спиной, в открытой двери. Резкий поворот – никого. Сердце бешено колотилось, по спине бежали мурашки. Я щёлкал выключателем, заливая маленькую комнату ярким светом. Ничего. Пустота.

– Это нервы, – бубнил я себе под нос, пытаясь успокоить дрожь в руках. – Работа, стресс… Надо взять выходной. Или сходить к врачу, проверить зрение. Может, астигматизм? Или просто мозг, доведённый до предела, начинает глючить.

Я стал замечать закономерность: чем позже час, чем сильнее усталость, тем чаще мелькали эти проклятые тени. Они были мимолётными, растворяющимися в воздухе при прямом взгляде, как дым. Неясные, без формы, просто ощущение движения там, где его не должно быть. Я начал избегать смотреть в тёмные углы, старался включать свет во всех комнатах, даже если заходил ненадолго. Иррациональный, щемящий страх начал подкрадываться по вечерам вместе с сумерками.

Потом пришёл шепот.

Первый раз я услышал его через неделю после появления теней. Была глубокая ночь. Я лежал в постели, но спать не мог. Мысли о проваленном проекте вертелись в голове, как белки в колесе. Окно было приоткрыто – в квартире душно. И вдруг… Краем слуха. Совсем тихо. Неразборчивое бормотание, похожее на помехи плохо настроенного радио. Ш-ш-шшш… чч-ч-ч… м-м-м… Звук был едва уловимым, доносился словно из ниоткуда. Я замер, прислушался. Тишина. Только шорох листвы за окном и далёкий гул ночного города.

– Ветер, – выдохнул я с облегчением, которого не чувствовал. – Или соседи за стеной. Телевизор забыли выключить.

Я перевернулся на другой бок, натянул одеяло повыше, пытаясь заглушить не только этот звук, но и нарастающее беспокойство. Но шепот… он был другим. Непохожим ни на ветер в листве, ни на приглушённый телевизор. Он был… без источника. Без направления. Как будто звучал прямо в воздухе комнаты. И в нём чувствовалась какая-то навязчивая, неприятная вибрация.

После этого случая я стал ловить себя на том, что прислушиваюсь к тишине. Каждый шорох, каждый скрип старого паркета или гулок труб отдавался в моей голове громче, чем обычно. Я начал замечать другие «мелочи». Например, ощущение, что за мной следят. Невидимый взгляд, тяжёлый и пристальный, который я чувствовал спиной, когда мыл посуду на кухне или сидел за компьютером. Я оборачивался – никого. Пустота, которая, казалось, насмехалась надо мной.

Однажды вечером, возвращаясь с работы, я задержался у подъезда, роясь в сумке в поисках ключей. Было уже темно. Фонарь через дорогу мигал, отбрасывая неровные, прыгающие тени. И вдруг я почувствовал этот взгляд снова. Сильный, недобрый. Я резко поднял голову и посмотрел вверх, на окна своей квартиры. Там горел свет – я оставлял его в прихожей, чтобы не заходить в тёмную квартиру. Ничего необычного. Но ощущение было таким явственным, таким физическим, что по спине пробежал ледяной холод. Я вбежал в подъезд, запирая за собой все двери с преувеличенной тщательностью.

Дома я включил все лампы, какие были. Свет был ярким, почти болезненным. Я обошёл все комнаты, заглянул под кровать, в шкафы. Глупо, конечно. Но страх был сильнее логики. Я стоял посреди гостиной, прислушиваясь к тиканью настенных часов, и чувствовал себя идиотом. Взрослый мужчина, образованный, рациональный, боится теней и шорохов? Это же классические симптомы недосыпа и нервного срыва.

– Собирайся, тряпка, – сказал я себе вслух, голос прозвучал хрипло и неуверенно. – Завтра берёшь отгул. Спишь до обеда. Потом идёшь в спортзал. И всё наладится. Это просто… перегруз. Совпадения. Воображение.

Я пошёл на кухню, чтобы налить себе воды. Рука дрожала, когда я подносил стакан ко рту. В отражении в тёмном окне кухни я видел своё лицо – осунувшееся, с тёмными кругами под глазами, с выражением затаённой тревоги. И пока я смотрел на это отражение, краем глаза, в проёме двери в коридор, мелькнуло что-то тёмное. Быстрое. Уходящее. На этот раз я не обернулся. Просто стиснул стакан так, что костяшки пальцев побелели, и зажмурился. Нет. Не было. Ничего не было. Просто усталость. Просто стресс. До прошлого месяца я бы в это свято верил.

Я допил воду, поставил стакан в раковину. Тишина в квартире была теперь гулкой, напряжённой. Словно дом затаил дыхание. Я потушил свет на кухне и медленно пошёл в спальню. Свет в прихожей и коридоре я оставил гореть. На всякий случай. Лёжа в постели, я долго вглядывался в полумрак комнаты, прислушиваясь к каждому звуку. Шороха не было. Тени не мелькали. Но ощущение присутствия чего-то чужого, незримого, витающего в воздухе моей собственной квартиры, не покидало меня. Оно было тяжёлым, липким, как паутина. И я понимал, что отмахнуться от этого уже не получится. Что-то началось. Что-то нехорошее. И это «что-то» зацепилось за меня краем глаза и теперь не отпускало.

Утро не принесло облегчения. Я взял отгул, как и планировал, но сон не шёл. Я ворочался, просыпался от каждого звука, хотя в квартире было тихо. Днём я попытался заняться делами по дому, но был рассеян, ронял вещи, не мог сосредоточиться. Мысль о походе в спортзал вызывала только отвращение. Вместо этого я включил телевизор на полную громкость, пытаясь заглушить навязчивую тишину и собственные мысли. Шумные ток-шоу, реклама – всё это создавало иллюзию жизни, наполненности пространства. Но стоило мне выйти в тихий коридор или в ванную, как ощущение незримого наблюдателя возвращалось с удвоенной силой.

Вечером я позвонил Ане, моей девушке. Мы встречались уже год, но жили пока отдельно. Она была на работе.

– Привет, солнце, – её голос, обычно такой тёплый и бодрящий, сейчас звучал как глоток свежего воздуха. – Как дела? Отдыхаешь?

– Привет, – моё собственное «привет» прозвучало каким-то одеревенелым. – Да… отдыхаю. Спину разогнул немного. А ты как?

– Завал, как обычно. Этот новый клиент… Ну ты знаешь. – Она вздохнула. – Ты странно звучишь. Всё в порядке? Не заболел?

– Нет, нет, – поспешно ответил я. – Просто… не выспался ещё, наверное. И работа эта… вымотал конкретно.

– Понимаю, – посочувствовала она. – Вечером заеду? Привезу чего-нибудь вкусненького, поболтаем.

Мысль о том, что я не буду один в квартире вечером, показалась мне невероятно привлекательной. Но тут же возникла другая мысль: а если «оно» проявится при ней? Если она увидит тень или услышит этот шепот? Она подумает, что я сошёл с ума. Или испугается. Или… что ещё хуже… не заметит ничего. И тогда я точно пойму, что галлюцинирую.

– Знаешь… – я замялся. – Я… сегодня как-то совсем разбитый. Голова трещит. Может, в другой раз? Я просто пораньше спать улягусь.