Кристина Миляева – Райская клетка для золотой птички (страница 22)

— Не бойся, я не собираюсь на тебя нападать, — тихо пробормотал канцлер. — Просто ты не такая, какой казалась мне в столице. Тут вообще все другое. Еще мать с ее вечными нотациями. Я уже даже перестал различать, где мое собственное мнение, а где навязанные о тебе слухи. И вот это меня по-настоящему злит. Не твое происхождение или попытка спрятаться от меня на этом островке райской сказки. А факт того, что ты заставляешь меня слишком много думать. Не о том, о чем должен размышлять глава тайной канцелярии.

— И в чем причина? — удивленно посмотрела я на него.

— В том, что не поддаешься логическому объяснению. Все с тобой не так и не из-за того. Я даже нормально не смог объяснить королю причину, по которой должен отправиться на самый край страны и найти ту, о ком уже давно все забыли. Я долгие годы мучился в неизвестности. Меня словно насильно тянуло туда, куда я сам никогда бы не рискнул сунуться. Мое дело ловить особо опасных преступников, а не бегать за девицей, которая сама уже думать забыла о престоле и спокойно управляет захудалой гостиницей в богами забытом городке на окраине необъятного континента. Так что постарайся объяснить мне, что значит это непонятное письмо в твоих руках.

— Я не совсем понимаю, что именно мне стоит рассказывать, — замялась я на секунду, — но, пожалуй, начну с того, что сама знаю. Не так давно стали происходить события, запланированные самим провидением. А начало истории берет свой исток в те далекие времена, когда я все еще была принцессой этой страны и имела доступ в собственное поместье. Предки предсказали, что мой принц обязательно найдет меня и я узнаю его из всех мужчин мира. Ведь проклятие или пророчество, каждый считает так, как думает, обмануть невозможно. Сами боги ведут нас по заковыристым путям и требуют повиновения. Вот тогда-то ты и появился впервые в моей жизни.

— Подожди, я вообще узнал о твоем существовании только из сводок, — возмутился он.

— А я и не говорила, что это было личное знакомство, — призвав чайник, я водрузила его на стол между нами, — это было видение. Предки показали мне, что ждет настоящую кровь и плоть великого рода в будущем. Это древняя тайна, известная лишь «Белой Розе». Наша страна катилась в бездну отчаяния и разрухи. Мать пожертвовала собой, мной, семьей и еще много чем ради того, чтобы не допустить беды. И пусть отец был отвратительным правителем, ему хватило смелости согласиться на переворот. Пусть и в последний момент, но он стал частью огромной машины под названием: воскрешение великой династии. Все это привело нас к тем событиям и последствиям, которые происходят сейчас. Наверное, со стороны это звучит глупо и наивно, но все так. А письмо у меня в руках — последний отголосок древнего пророчества.

— Хочешь сказать, — он внимательно наблюдал за моими движениями, — что мы с тобой — герои того самого древнего пророчества, которое обсуждается в кулуарах дворца тихим шепотом?

— Нет, — покачала я головой. — Мы не герои этого романа, мы всего лишь второстепенные персонажи, которым отведена одна почетная и очень важная миссия. Мы должны воспитать ребенка, который с достоинством и грацией взойдет на престол и покорит сердце того, в чьих жилах течет кровь третьей ветви Ляголь. Вот с рождением истинной наследницы и замкнется древний круг. Мы просто шестерни, двигающие заржавевший механизм к финальной черте. Не обольщайся, я давно смирилась с таким положением дел.

— Но все это похоже на абсурд, — возмутился канцлер. — Я сотни раз слышал пророчества, но никогда в жизни они не затрагивали одновременно несколько поколений. Они произносятся для конкретного человека и не могут распространяться так глубоко в историю. Вас просто обманули и ввели в заблуждение. Из-за этой глупой шутки страдает слишком много народу. Так что давай, ты перестанешь верить во всякую ерунду и нормально расскажешь мне, что привело нас к этой странной точке невозврата.

— Я и рассказываю. Понятное дело, поверить нелегко. Это далеко не рядовой случай, и вряд ли нормальный человек примет на веру мои слова. Но все именно так, как я сейчас тебе рассказала. Больше мне скрывать нечего.

— Возможно, тебе просто заморочили голову, — подозрительно протянул мужчина. — Никто в здравом уме не сможет рассматривать данную версию как настоящую и правдоподобную. О чем свидетельствует твое собственное недоверие и неприятие всей правды. Мы видим друг друга впервые в жизни. И если меня вводили в заблуждение последние месяцы, то тебя с рождения. В этом нет ничего странного. Ты сама поверила в пророчество и вбила себе в голову тот факт, что следовать ему — единственный возможный вариант.

— Я не говорю, что мой путь истинно правильный, но эти слова высечены на камне так давно, что никто уже не вспомнит, когда точно они появились. Пророчество свело в могилу не один десяток людей, но я не допущу, чтобы их жертвы оказались напрасными. Если вам, канцлер, до него нет никакого дела, то, прошу, переспите со мной и, убедившись в моей беременности, проваливайте на все четыре стороны. Как сказала мать, ребенку не нужен отец, ему нужна лишь сила, дарованная нашим предкам верховными богами. Так что прошу простить мою грубость, но можете дальше сидеть и делать вид, что все происходит согласно вашему плану.

— Вы так легко примете ребенка от мужчины? — удивленно посмотрел на меня Навье.

— Да, как только мое положение подтвердится, я соберу вещи и покину страну, — равнодушно пожала я плечами. — Мне нет смысла находиться здесь дольше положенного. Все, что от меня требуется — забеременеть от того, на кого указали боги. В данном случае это вы, милорд. Выбор у меня небольшой. И раз вы не горите желанием становиться частью запутанной истории, то я предлагаю идеальный вариант для всех. Матушка до безумия будет счастлива, что я спустя десятилетие наконец-то вернусь домой и перестану прозябать в нищете и одиночестве.

— Но все же это дикость, которую я не могу принять, — растерянно пробормотал канцлер. — Так легко согласиться на сущее безумие. Вы даже не пытаетесь проанализировать ситуацию и найти легкий и безболезненный выход. Смирение — это не всегда хорошо…

— Вы думаете, все так просто? — вскинула я бровь. — Дорогой канцлер, это вам совсем не о чем волноваться. А у меня слишком много проблем в голове, чтобы легко отпустить ситуацию. Я трусиха, и уж лучше забеременею от вас и уплыву, чем еще, черт его знает, сколько буду жить в вечном страхе и сожалении. Моя жизнь не похожа на красивую сказку. И коли сие уготовано мне судьбой, то я приму его с высоко поднятой головой.

— Все равно, нормальные люди не будут так рисковать из-за глупых предрассудков, — продолжал убеждать то ли меня, то ли себя мужчина.

— Вот таким и говори, — рассмеялась я. — Мы с тобой точно не относимся к представителям сего направления. Беглая принцесса и темный канцлер — уже одно это должно вызывать смех. Но как-то я не вижу желающих поглумиться над ситуацией.

— Пожалуй, ты права, — не нашелся с ответом собеседник.

В крохотной комнатке повисла тишина. Но на этот раз она не давила на уши и не заставляла сжиматься в комочек. Нет, напротив, она была какой-то родной и привычной. Словно мы постоянно, каждый божий день, завтракали, обедали и ужинали вместе. С ароматным чаем и вкусным печеньем. И эта умиротворенная атмосфера наталкивала меня на мысль о том, что, возможно, не все так плохо, как я считала изначально. Ведь еще ничего не кончено. Это только начало нашей длинной и, надеюсь, счастливой истории.

Если бы Навье на самом деле хотел просто сдать меня под ясные очи монарха, то ни за что не поехал бы в такую даль, не слушал бы выкрики своей матери, и уж тем более не принимал бы из моих рук дымящуюся чашку с чаем. Он делал все это с такой уверенностью в собственную правоту, что мне начинало казаться, будто мы взаправду женаты лет двадцать и прошли не одну передрягу плечом к плечу. Глубоко в моей душе начали распускаться прекрасные цветы и порхать фантастические бабочки. И почему это не может оказаться правдой?

Зачем нам вообще вникать во все проблемы и пытаться перехитрить другого в надежде оправдать точку зрения? Пророчество или банальная выдумка — какая нам разница… Мы на самом деле посланы друг другу небесами. Не лучше ли сосредоточиться только на этом? А все остальное оставить за порогом. Там, в суровом мире, который может катиться в бездну. Я не хочу ничего решать, опять бежать, прятаться и нервничать. Я просто хочу нормально жить! Без всяких но и если. Так, как сотни тысяч людей по всему огромному миру. Почему же мне не дается счастье? За что невзгоды?

Наверное, я слишком много думаю и переживаю, вот и лезет в голову всякая чушь. Надо больше контролировать эмоции и не удаляться в глубины памяти. А то в один прекрасный день на самом деле могу попрощаться с собственной головой. Она у меня хоть и безмозглая, но мне слишком нужная и второй, увы, уже не будет. Я же в очередной раз дразню опасного хищника и без зазрения совести дергаю его за усы. Вот как это назвать? Цензурных слов у меня не находилось, а те, что приходили на ум, принцессам знать не полагалось.

В качестве исключения можно было попытаться разговорить самого канцлера, но я сердцем чуяла, что задачка это невыполнимая. Он слишком привык никому не доверять и жить одиночкой. Так проще, меньше вероятностей, что тебя подставят и сделают козлом отпущения. Но, наверное, это тоже не моего ума дело. Лезть человеку в душу так настойчиво и беспардонно. Это я должна просить у него помощи, а не нападать. Мои несдержанность и высокомерие, возможно, испортили все на свете и лишили меня последней надежды.