Кристина Миляева – Инфанта без права на жизнь (страница 18)

— Овергерские лайнаты? — учтиво подсказали мне по ту сторону стола.

— Вот да они самые, она еще психовала, что какую-то суку облезлую заместо ее посадили на выставку, — поморщилась я от щелчка в плече, — я особо не разбиралась. Но дуру жалко, она хоть и полная идиотка, велась на провокации, но дура в своем праве.

— Ну-ка, постой-ка, прекрати бессмысленный поток информации, — неожиданно рявкнул Оморен, — ты только что сказала дневник. Но Борджи даже писать не умела, да и читала по слогам. Мы вообще не про одну и ту же говорим. Тем страннее всем показалась твоя выходка вчера. Мол, спятила принцесса окончательно, ну хоть гости оценили по достоинству. Так что там за дневник. Вылезай, даже наручники снимем, поговорить надо. Серьезно поговорить.

— Точно, — я осторожно выглянула из-под столешницы.

— Дела государственной безопасности касаются нас напрямую, — кивнул Делехан, — поворачивайся спиной, сниму.

— Снимай, — аккуратно приподняла я руки.

— А ты как? — удивленно раздались два голоса.

— Обыкновенно, — тряхнула я руками, — мне долго еще ждать, пока вы насмотритесь.

— Фалтайм, — и в меня прилетела оранжевая искра, сорвавшаяся с пальцев мужчины.

— Итак, позволь узнать кто ты, — склонив голову набок произнес брюнет.

— Принцесса ваша, — размяв плечи, я все же рискнула выйти, — точнее, с позавчерашнего вечера ею являюсь. А до этого была женой одного весьма крупного и влиятельного преступника, который мог бы свернуть вам шеи и самих нагнуть раком, за подобное отношение к его жене.

— Рассказывай, пожалуйста, по порядку и без столь грубой лексики, — попросил меня герцог Новес. — Как-то слух режет, что принцесса говорит в подобной манере.

— Выпить есть? — пошарила я глазами по комнате. — А то от местного вина толку как от кота молока, если не меньше. Или оно у вас безалкогольное?

— Могу только виски, но оно крепкое сильно, для девушки, — плеснули из пузатой бутылки на пару пальцев.

— Сойдет, — опрокинув в себя стакан, я рухнула обратно на диван, ноги все еще тряслись.

— Итак, мы слушаем, — уселись оба напротив меня.

— Два месяца назад, — посмотрела я на дно пустого бокала, — моего мужа убили, его же люди. За что не знаю, я во внутренние дела не лезла, так бухгалтерию считала, письма переводила да помогала, когда просил. Тем более я после родов едва живая ползала, возраст под палтос, еще бы было не тяжело. Но тут дело не в том. Когда ко мне в дом пришли первый раз, спасли только доберманы и дробовик в кабинете. Второго ждать не стала. Оставила ребенка сестре и с ее же помощью свалила из страны за океан. Потом была куча, разных гостиниц, мотелей и отелей разной степени паршивости. А когда я расслабилась и понадеялась на то, что меня перестали искать, пришел Липкий. Мудак конченный, всегда его не любила, зато сука такая мог любую информацию достать, даже из мертвого, фокусник сраный. Чудом или нет, но в голову он стрелять не решился, плечо прошил, думал, я кровью истеку и медленно сдохну. Я же в долгу решила не оставаться… Пришила эту падлу прямо там, с плечом у меня еще был шанс, а вот у него с селезенкой не было. Что произошло потом, да черт его, собственно, знает. Он меня отшвырнул, а я на зеркало приземлилась. Старинная какая-то хриновина, зазвенела вся, а тут и конец пришел. Думала я так, до тех пор, пока глаза не открыла, перед тем же самым зеркалом, да только в совершенно незнакомом месте. На морду все двадцать ничего не болит и только шрам от пули на плече. Подумала, что того крышей уехала, а нет… Все сложнее оказалось. Труп девки, как две капли воды на меня похожей заставил насторожиться. Вы мне поверьте, там верняк был. От ножичка в сердце еще никто не оживал. Я комнату прошманала, нашла дневник ее и записи о том, как ее все заколебало в этой жизни. Что на ее место дрянь белобрысая претендует и давалка отцовская, мать, порешившая, издевается над ней. Жалко стало девку, клянусь вам, никогда не понимала, как детей можно бросать. Вот и придумала план. Поменялась с ней одеждой. Ее туда в мой мир через зеркало, а сама ее место заняла. Ну вот, собственно, и все. Вчера вы, если что, простите, не со зла. Просто реально так обидно стало. Она же неплохая была, страну любила, ну подумаешь, примороженной маленько была, так у всех свои недостатки. Серьезно говорю, не со зла делала.

— А подход к гостям ты нашла… — немного покраснел пришедший в себя Делахан.

— Потому что знаю, как мужиками крутить, — понимающе кивнула я головой. — В том мире, ну в смысле, где я родилась, в твоих наклонностях ничего страшного и нет. Там и похлеще извращенцы встречаются. А за то, что сейчас было, ну извини, не думала, что так тормоза сорвет. Сперва шесть месяцев беременности, потом реабилитация, побеги эти, короче не до него мне было родимого. А вы оба, как назло, смазливые и красивы, трахаться захотелось, что аж ноги тряслись. Сорян, мой косяк, знала бы, не стала преставать.

— А вот то, что ты мне на балу вчера сказала, — и второй тоже неожиданно совершенно покраснел, сравниваясь цветом лица с волосами соседа.

— Не бери в голову, — покачала я головой, наливая себе еще. — Я же не знала, что у вас тут такого отродясь не было, вот и как-то само вырвалось.

— Ты… Это, сейчас… Ну, как бы… Только… Хотя, — бубнил себе под нос Оморен.

— Не межуйся уж, спрашивай как есть, — махнула я еще стакан для уверенности.

— — Правда, с двумя? — поднял он на меня ярко горящие глаза цвета дорогих аметистов.

— Групповуха, что ли? — удивленно вскинула я бровь. — Ой, фигня, по молодости, когда еще муж в простых шестерках ходил и не с двумя было. Иногда и мне его косяки приходилось отрабатывать. Там всякое бывала. Так что меня наклонностями Делехана не напугать. Сама могу связать, профессионально, между прочим. И с девками могу… Бурная у меня жизнь была, много чего видела, много чего знаю, всякое умею. А гости ваши не прочь, между прочим, парочку девах по кругу пустить. Чую, за этими такое водится, хотя не уверена, что только телок, пацанов посмазливее тоже оприходуют.

— Что ты сейчас сказала? — резко подался ко мне брюнет.

— Что слышали, то и сказала, — сделал еще глоток виски, — все по факту, от этих такого можно ждать. Головой ручаюсь, видела не раз и не два. Сама по просьбе мужа проститутов искала, от девок со спины неотличимых. По крайней мере, дедок, точно по молодости баловался мальчиками, на жопу Делехана он пялился вполне красноречиво.

— Черт, я готов расцеловать того придурка, по воле которого ты тут оказался, — всплеснул руками герцог Новес. — У нас теперь есть шанс их к стенке прижать и заставить подписать все бумаги, лишь бы скандала не последовало. Где ж ты раньше-то была. С такой здравой мыслью. Финстейн, зайди, нет, не заходи, слушай сюда внимательно, найди среди солдат самого на морду приятного и с длинными волосами. Оденьте как-нибудь, эмм…

— Пусть штаны в обтяжку наденет и без трусов, — отсалютовала я бокалом, — наверх рубашку какого-нибудь пастельного оттенка, да попрозрачнее, в идеале чуть приличнее вон той тряпки, где-то тут валяющейся. И каждый раз, когда наклоняться будет, пусть с придыханием вздыхает. Красить не знаю, нужно, нет, тут по их усмотрению.

— Боже, спасибо тебе за такое сокровище, — взмолился маг, — слышал все указания исполнять, и стойте на страже, как заорет через минуты, врывайтесь в комнату и настаивайте на том, что изнасилование было. И предупредите, чтобы орать орал, а не брыкался, нам картинка нужна для суда, нежный агнец на заклятии, а не вояка без штанов.

— Понял, — зычный бас отозвался из-за двери, и куда-то утопали тяжелые шаги.

— А ты тут сиди и никуда не высовывайся, — указали на меня пальцем, — я одежду схожу, принесу, потом решим куда тебя.

— Так, у меня платье есть, — посмотрела я через спинку дивана на пол. — По крайней мере было, куда швырнула, не помню. Не пошла бы я в одной сорочке, через весь замок. С головой, может, я и не сильно дружу, но в таких делах не лажаю.

— Нет, — рыжий встал и поднял рубашку, — ты не поняла, тебя не должны видеть рядом с нами и гостями. В противном случае все можно будет повесить на полоумную инфанту. А ты по-нашему говоришь через слово.

— Поняла не дура, вы разгребаете конфликт, — кивнула я, — а я тут диваном прикидываюсь, дабы мазу повинную не повесили.

— Вот и умница, — потрепали меня по голове здоровенной рукой, — только не напивайся, вернемся, продолжим разговор с этого места.

Пиджак у меня отнимать не стали. Причем ни один из двух. Так что я тяжело вздохнула, плеснула себе еще и расслабилась. Чего теперь переживать, они вроде как у меня в долгу. Так что посмотрим, к чему все это приведет в конечном счете.

Глава 13

За невеселыми размышлениями обо всем произошедшем я даже успела задремать. Погрузившись в легкую полудрему и пропустив момент, когда в комнате прибавилась народу. Лишь приглушенные голоса, доносившиеся из-за спины, заставили напрячься. Подрываться и мгновенно выдавать тот факт, что я проснулась, не стала. Не дура! Таким методом можно много чего интересного узнать. Особенно когда один из собеседников не осведомлен о том, что в комнате есть кто-то посторонний. Навострив ушки, я все обратилась вслух.

— Как ты можешь такое говорить! — девушка взвизгнула на высокой ноте.