Кристина Миле – Где-то всегда светит солнце (страница 29)

– У меня просто открылись глаза, – ответил Дэвид, ставя на стол еще два бокала.

– Тебе стоит почаще водить его в приличные места, – усмехнулся Пол.

– Да, в следующий раз надо будет сходить на оперу, – воодушевился Дэвид.

Мы с Полом переглянулись и через мгновение расхохотались.

– Я вполне серьезно! – обиженно воскликнул Дэвид.

– Ладно, надо будет посмотреть билеты, – примирительно улыбнулась я.

– Отлично! Я займусь этим, – тут же сказал Дэвид.

– Давай лучше я посмотрю. Я и сам давно не был в театре, – предложил Пол, и я облегченно вздохнула: рядом с отцом Дэвид не станет переходить границы.

– Хорошо, пап.

Дэвид бросил на него странный взгляд, означающий нечто среднее между раздражением и досадой, но Пол не обратил на это внимания, устремив его на меня:

– Дэвид сказал, что мы завтра идем на ужин к Ричарду?

– Да. Вы уверены, что мне обязательно там присутствовать?

У меня еще была надежда, что смогу избежать наверняка скучного ужина, но Пол и Дэвид настаивали, так что выбора у меня не оставалось.

Глава 19

Следующим вечером они забрали меня из мастерской. Дом нашего бессменного мэра Ричарда Ноулза стоял немного в отдалении от спальных районов, на возвышенности. Насколько я помнила, дом перешел к нему в наследство от его родителей, которые стали известными в городе людьми благодаря своему театру, где его отец был режиссером, а мать, как это обычно бывает, его музой – актрисой, игравшей все главные роли. Их единственный сын не пошел по стопам родителей, а сразу же после учебы посвятил жизнь общественной работе. До поста мэра он успел поработать во всех государственных органах, за что заслужил непоколебимое уважение всех жителей. У него был веселый нрав, он любил устраивать пышные праздники, покровительствовал искусству, школам, и город у нас был очень красивый и ухоженный. В общем, Ричард был на своем месте. Папа и Пол всегда хорошо о нем отзывались, но я ни разу не общалась с ним лично и даже не ожидала, что все рассказы о нем действительно окажутся правдой. Он обладал невероятным обаянием и сумел расположить меня к себе с первой же фразы.

– Пол, Дэвид! – наскоро кивнул он им и с широкой улыбкой остановился напротив меня. – Кристина!.. Могу на «ты»? Я столько слышал о тебе от твоего отца, да и от него… – фамильярно махнул он в сторону Пола. – Рад наконец-то познакомиться поближе!

Он взял мою ладонь и аккуратно сжал ее, накрыв своей второй рукой:

– Добро пожаловать!

Я не ожидала такого теплого приема и даже немного растерялась.

– Мистер Ноулз, спасибо за приглашение.

– О, прошу, просто Ричард! У нас тут сегодня все свои! – Он еще раз легонько сжал мою руку и отпустил, все-таки вернувшись к Полу и Дэвиду, поочередно поздоровавшись с каждым. – Ну проходите, там уже почти все собрались!

«Всех своих» оказалось человек двадцать, из которых я знала максимум половину. Не успели мы зайти, как нас сразу же окружили: Пол и Дэвид всегда были центром притяжения во всех компаниях.

Даже не пытаясь поймать нить беседы, я быстренько выскользнула из толпы и вышла на балкон. Вид оттуда был волшебный: солнце уже село, внизу светились огни города, а за ними угадывалось темное море, которое почти сливалось с горизонтом.

– Кристина?

Я обернулась и увидела мэра, в этот раз рассмотрев его повнимательнее. Он был ровесником моего отца, но выглядел младше. Невысокий рост, коротко подстриженные светлые волосы и серые глаза; на его узком удлиненном лице играла обычная приветливая улыбка.

– Ричард, – вежливо кивнула я ему. – Здесь очень красиво.

– Да, я сам люблю по вечерам выходить сюда. Похоже, ты не очень любишь шумные компании? – спросил он, бросая на меня лукавый взгляд.

Я смутилась.

– Ничего страшного! Я тоже, – засмеялся он. – Но знаешь, работа такая. Кстати, я слышал, ты увлекаешься искусством?

Не дожидаясь ответа, он положил мою руку на свою и повел меня в дом.

– У меня есть несколько картин итальянского ренессанса, уверен, тебе понравятся!

– Спасибо, – пробормотала я, удивленная его вниманием. – Но вы уверены, что можете уйти от гостей?

– О, конечно! Когда там есть Пол, обо мне никто и не вспомнит, – рассмеялся он.

Мы поднялись на второй этаж по широкой мраморной лестнице и, пройдя через небольшую галерею, попали в библиотеку, где Ричард отпустил мою руку и смущенно откашлялся.

– Кристина, прости, я соврал тебе.

– О чем вы? – недоуменно спросила я, с интересом осматриваясь.

Книг на полках было много, и все они были разные и лежали как попало, а не ровными неестественными рядами, так что было похоже, что их действительно читали, а не собирали для красоты.

– У меня нет картин итальянского ренессанса…

Я оторвалась от книг и вопросительно посмотрела на него.

– Ты знаешь, я хорошо знал твоего отца и для тебя желаю самого лучшего…

Я не понимала, к чему он клонит.

– И хоть я давно сам хотел с тобой познакомиться, сегодня я позвал тебя по просьбе другого человека.

Пазл в моей голове сложился: «Амир!» Я дернулась, но взяла себя в руки.

– Поверь, – продолжил Ричард со смущенной улыбкой, – я разбираюсь в людях, и он заслуживает того, чтобы быть выслушанным. Вот, прочитай.

Он протянул мне конверт. Дрожащими руками я вытащила хрустящий лист бумаги, где было написано от руки красивым ровным почерком:

Дорогая Кристина,

я понял, что хочу быть рядом с тобой всю жизнь, когда впервые увидел тебя. Все, чего я желал, – это бесконечно любить тебя и удивлять, видеть восторг в твоих глазах. Мне безумно жаль, что все так случилось. Поверь, я бы отдал душу, чтобы вернуть время вспять и все исправить. Два года назад мой отец настоял на том, чтобы я женился на дочери его друга. Я не стал идти против его воли, мы сыграли свадьбу, но полюбить ее я не смог. Мы давно с ней разъехались, у каждого из нас своя жизнь. Я был честен с тобой. Для меня этот брак всего лишь формальность, мы давно не муж и жена, если и были ими когда-то.

Знай, что я никогда не остановлюсь, пока мы не будем вместе.

Последняя строчка расплылась перед моими глазами из-за слез. Я быстро смахнула их и подняла голову. Вместо Ричарда рядом стоял он. Конечно, мне следовало убежать, закричать, делать что угодно, только не оставаться с ним. Но тело не слушалось.

Он еле слышно прошептал мое имя. Мы ничего не говорили, но знали, что́ чувствует другой. Эмоции буквально смешались с воздухом, который мы вдыхали, – любовь и боль одновременно. Так мы и стояли, молча смотря друг на друга, пока не раздался стук в дверь.

– Прошу меня простить, нам пора возвращаться, – тихо объявил Ричард.

Наверное, прошло минут десять, но, казалось, одно мгновение.

– Минуту, – попросил Амир, не отводя от меня взгляда.

– Мне… надо идти… – От волнения я не могла нормально говорить.

– Я не могу тебя отпустить, – произнес он, беря мои руки в свои.

Ричард еще раз позвал меня. Волшебный сон закончился. Тоска безжалостно стиснула все внутри. Опустив голову, я хотела шагнуть к двери, но он не отпустил меня.

– Кристина! – с пылом воскликнул он, и я вновь встретилась с ним взглядом. – Мы будем вместе, обещаю, – прошептал он и отпустил мою руку.

Когда я вышла, в глазах стояли слезы. Ричард учтиво протянул мне платок.

– Об этом никто не должен знать? – просто спросил он.

Я благодарно кивнула, он легонько пожал мою руку.

– Картины итальянского ренессанса, помнишь? – улыбнулся он, и я опять кивнула.

– У вас замечательная коллекция, Ричард, – ответила я, улыбнувшись.

Он весело подмигнул мне и повел вниз. И как раз вовремя: Пол уже повсюду искал меня.

– Кристина! Ричард! Где вы были? – недоуменно спросил он, подходя к нам.

– Прости, друг, я ненадолго украл твоего очаровательного партнера! Хотел показать свою небольшую коллекцию, – непринужденно ответил мэр, похлопывая его по плечу.